По следам Адама: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

По версии иудеев сперва выпустили ворона, но он вернулся. То же произошло с голубем. Но на седьмой день Ной снова выпустил голубя, и тот вернулся с оливковой ветвью в клюве. Еще через семь дней другой голубь отправился на поиски земли и не вернулся. После этого Ной покинул свой ковчег вместе со всеми животными и принес благодарственную жертву богу, а тот пообещал в дальнейшем быть милостивее к людям.

— Мог ли Ноев ковчег быть сделан из тростника?

Во времена шумеров не было других больших судов, кроме тростниковых «магуров». И в изложении ассирийцев, Утнапишти получил приказ разобрать свой тростниковый дом, чтобы построить большой корабль. Вот как гласит текст:

Тростник, из которого был сделан «Тигрис», не был ничем пропитан, но он прекрасно держался на плаву все пять месяцев нашего путешествия. А затем мы сожгли его в знак протеста против войны в Красном море. Но мы испытывали большое искушение воспользоваться советами, тем более что все упомянутые им составляющие можно было легко достать в современном Ираке.

В современной выверенной англоязычной Библии Бог советует Ною построить более современный ковчег:

— А что наука говорит о Потопе?

Когда в конце двадцатых годов нашего столетия британцы приступили к раскопкам Ура, Леонард Вули обнаружил, что под священным городом шумеров находится трехметровый слой совершенно однородного речного ила. А ниже этого ила британцы нашли остатки гораздо более древнего поселения, уничтоженного гигантской волной. Эта волна затопила всю нижнюю часть Месопотамии восьмиметровым слоем воды и, отступив, оставила после себя илистые отложения. В точно таком же иле мы застряли во время нашей встречи с пиратами, и произошло это у тех же берегов.

Датский археолог Глоб, пятнадцать лет проведший в раскопках на Дилмуне, первым изо всех ученых всерьез воспринял шумерские легенды о потопе. Он сопоставил их с трехметровым слоем ила, поверх которого шумеры построили город пять тысяч лет назад.

— В тот далекий год много странных вещей произошло на нашей планете.

— Примерно пять тысяч лет назад, или в 3000–3100 годах до нашей эры, древнейшие мировые цивилизации переживали эпоху интенсивного развития. Не только одни шумеры, покинув Бахрейн, основали свое государство в устье месопотамских рек. Предки фараонов приплыли на берега Нила и положили начало государству Египет. На какое-то время они обложили данью могущественные государства, внезапно возникшие на Крите и на Кипре. Вскоре, если не одновременно, другие мореплаватели высадились в низовьях Инда и дали жизнь третьей древнейшей мировой цивилизации. Все они пришли неизвестно откуда, были носителями высокоразвитой культуры, владели письменностью, и в их религиях значительное место занимали богоподобные правители на тростниковых кораблях.

Наверное, ничто не занимало меня в жизни больше, чем вопрос: что же случилось в те годы с нашей планетой? А ведь что-то определенно случилось.

Именно тогда огромная трещина расколола Исландию пополам и пролегла дальше, по морскому дну, через подводный Срединно-Атлантический хребет. Когда через несколько тысячелетий на остров приплыли викинги, они созвали первый в Европе парламент как раз в этой расселине. Исландские ученые обнаружили ствол дерева в застывшей лаве, вырвавшейся на поверхность при этой катастрофе, и углеродный анализ позволил установить дату возникновения трещины — около 3000 года до нашей эры.

В климате тогда тоже произошли значительные изменения. Исследуя отложения пыльцы, ботаники выяснили, что именно в то время начали высыхать реки и озера в Северной Африке, а Сахара и Месопотамия превратились в пустыни.

Изменения произошли и в тихоокеанском регионе. В наши дни все знают о течении Эль-Ниньо, зарождающемся через регулярные промежутки времени у побережья Южной Америки и вызывающем штормы, наводнения и засухи во всем мире. За несколько лет до того, как я начал раскопки вокруг пирамид в Тукумане, Эль-Ниньо полностью разрушил находившуюся там деревню. Следом за нами раскопки в прибрежных районах Перу продолжил Даниэль Сандвейс. Он и его американские коллеги обнаружили следы дотоле неизвестных рыбацких поселений, в течение десяти тысяч лет живших рыбалкой и сбором моллюсков. На основании изучения раковин тропических моллюсков в древних выгребных ямах им удалось точно установить, в какие годы на протяжении последних пяти тысяч лет Эль-Ниньо обрушивался на побережье. И самое интересное — впервые это произошло за 3000 лет до нашей эры. До этого никакого Эль-Ниньо не было и в помине! Под воздействием совершенно не известных причин именно 5000 лет назад у берегов Перу возникло это тропическое течение, оказавшее значительное влияние на климат всей планеты.

Современные ученые могут только приблизительно определять даты событий, на тысячу и более лет предшествовавших Рождеству Христову. Ведь наше собственное летосчисление не проникает настолько глубоко в глубь времен. Мы принимаем за точку отсчета год рождения Христа, мусульмане — год, когда Мухаммед пришел в Мекку (по нашему календарю это 622 год н. э.). Буддисты ведут летосчисление от смерти Будды — по-нашему от 544 года до н. э. Но в противоположных уголках планеты предки индусов и индейцев майя имели основанный на астрономических наблюдениях календарь, настолько точный, что нам впору задуматься и пересмотреть свои представления об истории. Оба календаря возникли независимо друг от друга в одном и том же столетии, за три тысячи сто лет до Рождества Христова по нашему летосчислению.

— Но что же случилось?

Больше других наук индейцев майя интересовали астрономия и история. Европейцы сожгли все их написанные на бумаге книги, но на стенах своих храмов майя оставили вырезанные в камне результаты астрономических наблюдений и математических расчетов. Они вычислили, что в году 365,2329 дня. Эта цифра на 8,64 секунды точнее нашего современного календаря и дает ошибку всего в один день раз в 5000 лет. Интересно отметить, что исходной точкой своего календаря майя считают 4 ахау 2 чумху, по-нашему 12 августа 3113 года до н. э.

Не только шумеры ведут свою историю от природного катаклизма. С потопа начинают экскурс в прошлое и ацтеки, и инки. О нем же вам расскажут на любом острове Полинезии. Единственный в Америке письменный источник доколумбовой эпохи, избежавший гибели в костре инквизиции, — это священная книга майя-киче «Пополь Вух» («Книга Народа»). Оригинал бесследно исчез, но с него успели сделать копию, которая хранится в Гватемале. Для меня это часть всемирной истории, рассказанная в форме сказки. Бог Хуракан создал первых людей, но они ему не понравились, поскольку у них не было сердец и они походили на деревянных кукол. Он вознегодовал и наслал на них ужасное наводнение:

Согласно легенде, гватемальские правители происходят от вождя, первым ступившего на берег после Потопа, когда темнота отступила в глубь континента в поисках нового убежища.

— Вернемся на берега Атлантического океана. Тебе не избежать разговора об Атлантиде.

— О ней столько говорили, что ученые стали пугаться этой темы, как огня. Но глупо отбрасывать ее, не попытавшись проанализировать, как возникла эта легенда, и проследить, какие формы она принимала. В 400 году до нашей эры Платон якобы разговаривает со своими соотечественниками, Солоном и Сократом, — прием, типичный для эллинской культуры. Солон вспоминает о своем посещении Египта и о том, как местные священники смеялись над исторической безграмотностью греков. Но затем они признали, что у греков имелось оправдание: их ученые погибли, когда огромная волна обрушилась на средиземноморские страны, причем греки и их соседи оказались в числе наиболее пострадавших народов. Спаслись только пастухи высоко в горах, поэтому грекам пришлось восстанавливать свою культуру практически с нуля. А потом Солону рассказали об острове, некогда возвышавшемся у входа в Средиземное море. Папирусы говорили о том, как давным-давно жители острова отрядили огромную армию, чтобы покорить города Европы, но афиняне отразили нападение. А затем Солон пересказывает египетский вариант легенды о потопе:

Никто не может точно сказать, что же случилось пять тысяч лет назад, но неведомое событие стало точкой отсчета событий и времени для цивилизаций всего мира. Чтобы попытаться пролить свет на эту тайну, фонд ФРИ в качестве одного из первых шагов своей деятельности собирается организовать в университете штата Мэн международную конференцию на тему: «Климатические и культурные перемены в третьем тысячелетии до нашей эры».

Возможно, наука будущего больше узнает о нашем прошлом, и мы перестанем суетиться, как деревянные куклы, а посвятим свои мысли нашим матерям и отцам, которые воистину являются Сердцем Неба.

Водная гладь и небесная твердь

Я сидел на берегу Тихого океана в северо-западной Америке и смотрел вдаль. Где-то там, на севере, Азия и Америка склонялись друг к другу настолько близко, что между Сибирью и Аляской оставался только узкий пролив. Невысокие волны Японского течения ласково набегали на широкий песчаный берег и останавливались у самых моих ботинок. Я размышлял о жизни.

Итак, круг замкнулся.

Второй круг. Первый раз это случилось в Перу, на праздновании 50-й годовщины плавания на «Кон-Тики». Минул год, и судьба забросила меня в Британскую Колумбию, к индейцам американского северо-запада. Именно здесь я начал поиски ближайших родственников туземцев из Полинезии, поиски, столь внезапно и жестоко оборванные войной.

Я до сих пор уверен, что именно здесь будущие полинезийцы рубили деревья для своих катамаранов и именно отсюда ветра и течения подхватили их и понесли в сторону Таити. Добравшись же до Таити, они начали один за другим завоевывать острова Тихого океана, на которых уже жили люди, приплывшие из Перу на бальсовых плотах.

Пятьдесят лет назад все утверждали, что я устраиваю бурю в стакане воды. Волны по-прежнему ласкали песок у меня под ногами. Они зародились на просторах Тихого океана, занимающего половину Земного шара — ровно столько же, сколько все остальные океаны и континенты, вместе взятые. Ничего не зная ни о каких научных теориях, океан жил своей жизнью. По его безграничным просторам вращались, едва не сталкиваясь в районе экватора, два могучих течения. Одно, южное, закручивалось против часовой стрелки и помогало судам, плывущим из Перу в Полинезию. К северу от экватора океан вращался по часовой стрелке и нес свои волны к тем же островам. В доме одного из здешних индейцев висело два стеклянных шара поплавки от японских сетей, выброшенные волнами на здешний берег. Вместе с Жаклин и моим американским коллегой археологом Дональдом Райаном я приехал в Британскую Колумбию, чтобы доделать то, что не успел в свой первый визит много лет назад. Научные круги в Виктории и университетском городе Ванкувере встретили нас так же тепло, как и в прошлый раз. В Королевском музее Британской Колумбии нам тоже очень обрадовались. Директор, антрополог, а не зоолог, устроил нам экскурсию по обновленному зданию, а затем пригласил на обед. Странно было снова увидеть те экспонаты, которые много лет назад пылились в картонных коробках в подвале старого музея. Здесь не забыли, как в 1939 году я сидел в кабинете директора, окруженный книгами и каменными топорами, и убеждал всех и каждого, что полинезийцы бывали на этих берегах.