Электронная чума: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Затем он включил свет. Салли задремала в изолированном кресле, в котором вытерпела трое суток. Теперь она наконец-то расслабилась. Вид у нее был усталый и жалкий, и она сладко заснула, как ребенок.

Бен смотрел на нее, на ее освободившееся от напряжения лицо.

— Может быть, оно убито, — тихо сказал он, — но может, и нет. Но оно больше не посмеет набрасываться на тебя!

Бен отправился в каюту и тщательно изолировал кровать, чтобы электричество никак не могло проникнуть туда с пола и стен. Сам он надел ботинки с изолированной подошвой. Потом взял Салли на руки, отнес ее, спящую, в каюту, положил на кровать и укрыл одеялом. И нежно поцеловал.

А в кабине на металлическом каркасе кресла появилось слабое сияние. Оно поднялось повыше и задержалось там. Оставаясь неподвижным, оно пульсировало. Можно было подумать, что оно чем-то взволновано. Несколько минут назад Бену показалось, что он слышал крик агонии. Но если бы он сейчас находился в кабине, то мог бы почувствовать, как все вокруг пропитано страшной ненавистью. У него мурашки пробежали бы по спине.

Бен вернулся в кабину. Сияние спешно исчезло в металлических деталях кресла. Когда Бен переступил порог, уже не было видно ничего подозрительного. Но сияние вдруг возникло в каюте. Оно нервно и неустанно перемещалось вдоль металлических стен. И казалось, каюта тоже наполнилась ненавистью.

Крейсер покорно вышел на орбиту тусклой звезды под названием Лямбда Волопаса. Он будет висеть там полгода, прежде чем получит разрешение удалиться. Сорок лет назад один комиссар решил, что ему удобно делать здесь пересадку, и приказал, чтобы его всегда поджидал свободный крейсер. Потом комиссар сменил маршрут перелетов, но первоначальный приказ так и не был отменен. Первый из крейсеров после полугода пустого ожидания попросил отменить дежурства. Ему разрешили уйти, тут же заменив его на другой корабль. Семьдесят восемь крейсеров по очереди бессмысленно кружили вокруг тусклой звезды по шесть месяцев из-за приказа, отданного сорок лет назад и не отмененного до сих пор. В официальных кругах распространилась сплетня, что комиссар Маркхаба назвал комиссара Формалхаута дураком. Возмущенный комиссар Формалхаута запретил выдавать разрешения на проход всем кораблям, идущим в Маркхаб или из него. Торговые пути в этой части космоса пересекали оба сектора. В результате экономика, от которой зависело благосостояние восьмисот миллионов человек, пришла в состояние застоя.

Небольшая звезда Мю Орла выказывала явные признаки нестабильности — согласно формуле Макферсона — Адера это грозило неминуемым взрывом. На ее планетах не было службы администрации, а население там составляло пять миллионов человек. Сообщение о возможной вспышке сверхновой было послано в офис соседнего сектора. В нем содержалась просьба об эвакуации жителей всех планет, которые будут уничтожены или превратятся в необитаемые. Недавно назначенный чиновник пожелал отличиться и нашел, что прошение составлено неправильно. Он вернул его на редактирование, не приступая к реальным действиям. Он забыл поставить на письме пометку «Государственное. Срочно», и потому оно было отправлено обычной почтой и дошло до адресата через два месяца. Разумеется, по формуле Макферсона — Адера взрыв должен произойти через шесть-семь недель.

На Фароне свирепствовала чума, и карантин запрещал посадку и вылет любых частных и коммерческих судов. Но судно с официальной корреспонденцией администрации все-таки приземлилось. Его команда, конечно, приняла все меры санитарной предосторожности. Но когда оно приземлилось на Галате, случаи заболевания чумой стали отмечаться уже спустя двенадцать часов.

А Бен Шолто оставался жив и тем самым выказывал неповиновение Космическому флоту, администрации и, следовательно, Галактической комиссии.

Крупные зазубренные глыбы плыли в межзвездном пространстве. Среди больших камней крутилось бесчисленное количество маленьких. Катер летел в потоке обломков, придерживаясь их скорости. Бело-голубое солнце этой системы за дальностью стало едва различимым. Но даже невооруженным глазом из катера всего в нескольких милях можно было заметить полдюжины огромных скал неправильной формы, самую густую часть метеоритного потока. Очевидно, раньше эти осколки были ядром кометы. Некоторые из метеоритов достигали в поперечнике полумили, а то и трех ее четвертей. Один фрагмент был длиной по крайней мере полторы мили при толщине не больше четырехсот ярдов и напоминал гигантскую иглу.

Бен внимательно следил за окрестностями. Небольшой электронный телескоп позволял различить отраженный свет даже мелких объектов. Телефон ОС все звонил и звонил. Где-то кто-то включил протонный луч. Детектор Космического флота уловил поток радиации — ведь вспышки позитронного излучения в природе не встречаются. Корабли сосредоточились на поисках его источника. Разумеется, это был след выстрела Бена по сидевшему на пороге существу. Координаты беглеца сильно отличались от ожидаемых, и никто даже не предполагал, что он поведет себя столь безрассудно. Тем не менее охота могла бы увенчаться успехом, если бы действия кораблей не были скованы напыщенными приказами штабных крыс, идущими сплошным потоком и противоречащими друг другу.

Бен запустил двигатель на самую слабую мощность. Развиваемую им силу тяги стоило бы измерять в динах, а не в миллионах футофунтов, как обычно. Катер медленно маневрировал среди осколков кометы, пока не оказался рядом с самым крупным куском в пределах видимости. Их разделяло каких-то пятьдесят футов. Между телами, конечно, возникало притяжение, и рано или поздно они должны были подойти друг к другу вплотную. Но это произошло бы не раньше чем через месяц или больше, учитывая, каким маленьким было гравитационное ускорение.

Уже двое суток Салли провела на изолированной койке. Чтобы немного прогуляться по тесному кораблю, она надевала герметичный скафандр со шлемом. Существо не могло подобраться к ней. Постепенно она оправлялась от тяжкого переживания. А Бен корил себя за несообразительность. Вместо того чтобы позволить существу самому копить положительный заряд, можно было создать его искусственно. И если теперь существу опять удастся напасть на Салли, Бен был уверен, что сможет изгнать его, и не за дни, а за минуты. Бен знал: существо еще здесь. Счетчик Гейгера время от времени выдавал его присутствие. И Салли видела его — оно зловеще светилось во тьме каюты, когда она очнулась от долгого сна.

Теперь катер попал под защиту бесформенной глыбы металла и камня. Он все удалялся и удалялся от бело-голубой звезды. За ним охотились понукаемые штабными офицерами истребители, крейсеры и линкоры. Телефон продолжал звонить. Даже не включая экраны детекторов, которые были почти бесполезны в условиях метеоритного потока, Бен мог оценить дистанцию, отделявшую его от преследователей. И он чувствовал себя в безопасности. Им не по силам будет проверить миллионы осколков, разбросанных вдоль орбиты бывшей кометы. Это невыполнимая задача.

Он в очередной раз посмотрел в электронный телескоп и улыбнулся Салли.

— Нужно чудо, чтобы разглядеть нас даже за тысячу миль, — сказал он. — Мы можем проводить время за приятными разговорами, пока флотские не решат, что кто-то из них ошибся или что мы мертвы. А я пока подумаю, как испортить жизнь этому существу.

Существо придерживалось металлических конструкций корабля. Оно передвигалось везде, где был проводник тока. Очевидно, оторваться от металла оно не могло. Это был хищник — он жил за счет других существ. По каким-то причинам мужское тело и его жизненная сила не устраивали существо. Оно питалось только энергией женщин. Но и внутри металла оно кое-как функционировало — по-прежнему испускало космические лучи, как и в человеческом организме. Значит, вселившись в неживую материю, оно теряло силы, а в живом теле восстанавливало их. Если не подпускать его к Салли, оно должно изголодаться.

Салли улыбнулась Бену. Теперь их сближало не только чувство, но и то, что им пришлось бросить вызов буквально целой Вселенной. Мощь всех наций, всех планет всех солнц Галактики обратилась против них. Они оставались живы и уже тем шли наперекор штабным крысам. Все власть имущие требовали их смерти. Тысячи кораблей, число которых росло день ото дня, сотни тысяч солдат выбивались из сил, чтобы найти маленький спортивный катер, в котором Бен Шолто и Салли Хэйл везли возбудителя чумы, унесшей жизни десяти миллионов человек. И толстяки во вращающихся креслах багровели от бешенства, получая выговоры от начальства.

— Разговоры? — спросила Салли с улыбкой. — Мы уже вместе… как давно, Бен? И всегда будем вместе. Может быть, нам всю жизнь предстоит скрываться вдвоем, год за годом!

— Может быть, — усмехнулся он. — Так и пойдем по жизни, держась за руки.

Она положила ладонь в перчатке ему на плечо и наклонилась. Бен поцеловал ее. И вдруг — новая вспышка света. Салли отпрянула, ее лицо вытянулось и побледнело.

— Оно… вернулось! — прохрипела она. — О Бен! Вернулось! Я его… чувствую! И оно в бешенстве! Оно охвачено ненавистью! Это… это… это ужасно!

Бен взял счетчик Гейгера и повернул его к Салли. Прибор затрещал. Нет, он даже не затрещал — он взревел. Космическое излучение, испускаемое существом, судя по показаниям, усилилось во много раз. Казалось, что существо и правда изголодалось и теперь с жадностью набросилось на Салли, потребляя ее жизненную силу.

— Сейчас я наполню тебя положительными зарядами, — с волнением воскликнул Бен. — И мы прогоним существо. Я убью его!

Не теряя времени, он принялся за дело. Салли села. В изолированном кресле существо не могло покинуть ее, хотя они с Беном так страстно желали именно этого. Бен быстро наладил старый генератор статического электричества. Прибор сильно устарел, но именно на нем основывалась теория Бена. Он вращал ручку генератора, приложив электрод к щеке Салли. Быстро начался рост потенциала. Волосы на голове Салли встали дыбом.

— Как теперь? — с нетерпением спросил Бен.

Салли что-то пробормотала в ответ. Бен принялся крутить ручку с такой яростью, что почти не смотрел на девушку. Лицо Салли покраснело. Глаза широко открылись, но взгляд оставался туманным. У нее были явные признаки лихорадки. Но в прошлый раз существо бежало, испугавшись куда меньшего заряда, чем этот.

Бен коснулся щеки Салли, и между ними проскочила искра. Салли слегка вздрогнула.

— В-воды, — прошептала она. — Я бы выпила воды со льдом и розовыми лепестками…