Часть первая. Джо и его друзья
Глава I. Беспокойная ночь и такое же утро
Стенные часы торопливо тикали. Стрелки уже подбирались к одиннадцати. Таня, сидя с ногами в кресле, старалась не дремать, следила за движением стрелок. Это плохо удавалось. Веки смыкались сами собой.
«Бумм... — расслышала она сквозь сон. — Бумм...»
— Двадцать три ноль-ноль, — подражая любившему точность брату, пробормотала девочка. — Что же с ними случилось?
Чтобы прогнать сонное оцепенение, она потянулась и пошла в столовую, где белел скатертью нарядно сервированный стол. Крышка соусника оказалась слегка сдвинутой.
— Василий Никандрыч, — сухо спросила Таня, — совесть у тебя есть?
Большой белый кот, примостившись на краю стола, медленно, со вкусом умывался.
— Брысь!
Не теряя достоинства, кот спустился на стул, всем видом показывая, что считает себя выше вздорных человеческих упреков.
Дверь приоткрылась.
— Твои еще не приехали?
— Все жду. Заходи, Маша, — повернулась Таня к подруге.
Несмотря на ночную пору, гостья была в светлом, легком сарафанчике. В южном курортном городе ночи стояли жаркие.
— Чай будешь пить?
— Давай. Как у тебя сегодня красиво!
Маше, как и Тане, было двенадцать лет. Она старалась держаться солидно, по-взрослому, но это не всегда удавалось — мешало любопытство ко всему, что творится вокруг. Девочка вертелась на стуле, рассматривала сервированный стол, приодевшуюся подругу, мирно дремавшего Василия Никандрыча. И не забывала о сладостях, расставленных на столе.
— В общем не волнуйся, — говорила Маша, намазывая булочку вишневым вареньем. — Поезд мог опоздать ужасно намного. Или на автобус не сели. Или мало ли что...
— Ну, что ты! — презрительно сказала Таня. — Во-первых, дядя Боря летит самолетом. Во-вторых, они с дедушкой сразу возьмут такси. При чем тут автобус?
Машу нелегко было смутить.
— А если нелетная погода? Если не встретились или не узнали друг друга? Однажды был такой случай. Может, и дедушка не узнал.
— Родного сына?! Ты бы думала, что говоришь!
— Я-то думаю, а ты слова не даешь сказать, — заметила Маша. Точь-в-точь так отвечала ее мать, работница пошивочного ателье, своим клиентам.
— Таня! — послышался звонкий мальчишеский голос со двора. — Папа тебе записку привез. Захар Игнатьевич в городе остался ночевать. Лови!
Камень, обернутый бумагой, упал на подоконник. Таня быстро развернула его и прочла записку.
— Только этого не хватало!..
Девочка с досадой бросила бумагу на стол, где ее немедленно подхватила Маша.