Книга Лазури: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— У меня никогда не было такого медиума.

— Все когда-нибудь случается впервые, Соу. Так ты научишь меня?

Соусейсеки посмотрела мне в глаза, и видно было, что нечто в ней изменилось. Кажется, я знал этот взгляд, в котором смешались решимость и фатализм.

— Будет нелегко. Но я дам ответы на многие вопросы, мастер. И подскажу, где искать остальные.

Страх может грызть изнутри, может лишать рассудка паникой или сковывать тело параличом. Страх живет в каждом, от величайшего храбреца до последнего труса. Но в то время как храбрый думает о победе, а хитрый о бегстве или ударе в спину, трус переживает поражение. Проигрывает, даже не вступая в бой, заранее. Мне следовало научиться думать иначе — это был первый урок Соусейсеки.

Мы стояли под сводами мрачного зала, где потолок терялся в сумерках, а тусклый свет факелов выхватывал детали сложных узоров свисавших со стен штандартов.

Я не знал назначения этого места, но это был не мой сон — реальность не поддавалась приказам. Н-поле? Возможно. Но почему я не заметил перехода?

Из темноты раздались тяжелые шаги. Я обернулся к Соусейсеки — но ее уже не было рядом.

— Соусейсеки! - позвал я, но никто не ответил. Мне вдруг стало очень неуютно. Где же она? И шаги все ближе — неторопливые, словно шаги самой смерти.

— Соусейсеки! Ответь же!

Из темноты появился силуэт шагавшего — приземистый, массивный, проросший корнями сквозь висящее на нем тряпьё. При каждом шаге от него отваливались комья земли — словно пень срубленного дуба выкопался из земли, чтобы отомстить дровосекам. Отвратительно низко, почти на уровне груди из лохмотьев выглядывало лицо — изрытое морщинами, словно кора, с мерцающими глазами-гнилушками и сучком вместо носа. Леший. Им пугала меня бабушка, когда я не хотел есть.

«Не будешь есть кашу, придет за ней леший. Кашу сьест, а потом и тебя с ней заодно».

Мороз пробрал меня от одного этого воспоминания, и с самыми грязными ругательствами в адрес каши, лешего, бабушки и авторов книг о детском питании я побежал прочь от этой сырой, трухлявой, ненасытной мерзости.

Долго бежать не пришлось — впереди появилась какая-то тень, в которой можно было узнать спину того самого лешего. Я бежал по кругу!

— Соусейсеки! Вытащи меня отсюда! Где я, черт подери?!

— Ты в моем Н-поле.

Голос шел со всех сторон сразу, и гулкое эхо разнеслось по галерее. Леший тоже услышал меня и уже успел подойти довольно близко.

— Откуда здесь эта дрянь, Соусейсеки? Выпусти меня!

— Он жил в тебе очень давно, я лишь выпустила его наружу.

— И что мне с ним делать? Он же меня сожрет!

— Так не дай ему это сделать.

— Чтоб тебе треснуть, мер…

Тяжелый удар выбил воздух у меня из легких, сбил с ног и швырнул на пол. Леший был быстрее, чем казался. Я едва успел подняться на четвереньки, как снова оказался на полу, а в груди словно разорвалась граната. «Он же забьет меня» — мелькнула мысль, и крик ужаса заметался над невидимым потолком.

Леший занес лапу для следующего удара, но я успел откатиться. Во рту был соленый привкус крови, кружилась голова. От очередного удара я спрятался за колонной и осколки камня оцарапали мне лицо. Думать, думать, думать. Как же, подумаешь тут, когда за тобой охотится пень-переросток!

Идея пришла довольно быстро. Метнувшись в сторону от загребущей лапы, я сдернул со стены неожиданно легко поддавшийся штандарт и накинул его на лешего, когда тот заглянул за колонну. У пенька не хватило ума разорвать или снять тряпку, и он вертелся на месте, бестолково размахивая корявыми ручищами.

— И что мне теперь с ним делать?! — крикнул я в темноту.

— Убить, что же еще?

— Чем? Руками?!

— Чем получится, леший-то твой.

— Ребра мне хоть подлатаешь потом?