В небе Украины: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сухощавый офицер с растрепанными пепельными волосами пытается что-то объяснить командиру дивизии, только что прибывшему на КП. Возможно, при других обстоятельствах пленный летчик в своей кожаной куртке, щегольских хромовых сапогах произвел бы иное впечатление. А сейчас он был жалок и смешон, от страха дрожал как в ознобе. Полковник приподнялся из-за стола и внимательно следил за летчиком, когда тот пытался что-то пояснить, но понять, видно по всему, ничего не смог.

Пленный пугливо озирался, подобострастно вытягивался по стойке смирно и напряженно следил за комдивом, видимо, понимая, что он является старшим начальником и от него во многом зависит его жизнь.

— Кто знает немецкий? — спросил полковник, обращаясь к нам.

— Я два языка знаю, — пошутил Пискунов, — русский письменный и русский устный.

— Не понимайт? — спросил немец, вопросительно, смотря на Пискунова.

— Попался бы ты мне в воздухе, — угрожающе проговорил летчик, — тогда бы я тебе все по порядку пояснил…

— Ну вот что, Пискунов, — распорядился полковник. — Готовьте боевой самолет и доставьте его в штаб армии. Да смотрите, чтобы без этих самых выкрутасов…

Пискунов крепкого телосложения, не по годам возмужалый, взглянул на ошалевшего от страха фашиста и вдруг дружелюбно похлопал рукой по плечу:

— Да ты не бойся, теперь не тронем. Слышишь! Не тронем, говорю. А-а! Курить хочешь? На!

Через несколько минут до нас доносится знакомое гудение мотора: это поднимается в воздух «ильюшин» Пискунова.

Раздался телефонный звонок. Комдив поднял трубку.

— Хитали, готовьтесь на задание, — приказал полковник. — Надо срочно провести разведку.

…До цели оставалось минут десять лета. Все помыслы Хитали, который теперь стал нашим комэском, были прикованы к земле. Летчик залюбовался бегущими под крылом еле заметными тропками, живописной местностью. Может, вспомнил свою родную Грузию, извивающуюся змейкой реку Арагви и то, как часто перебирался в половодье с одного берега на другой.

Внизу появился столб пыли, сквозь который замелькали стекла кабин автомобилей. Наклонив крыло в сторону дороги, Хитали метнул тревожный взгляд на колонну. Колонна не простая. Помимо автомашин, крытых брезентом, есть танки. Но что скрывается под тентами автомашин?

Красноватым фосфором отсвечивают яркие пунктиры «эрликонов», слева от самолета летят совсем рядом снаряды. Любой летчик знает опасность «эрликонов», у каждого из нас припасено на сей счет успокаивающее слово: «Пронесет». Но ничто так не опасно, как термитные снаряды «эрликонов». Они пробивают даже бронеплиты моторов. И об этом, конечно, хорошо знает Хитали. Вот почему он энергично прижимает самолет к земле и переходит на бреющий.

Оставив вражескую колонну слева, чтобы избежать поражения от «эрликонов», Захар решает осмотреться и определить, что же находится под тентами машин. У него созревает решение атаковать, и он дает две-три очереди из пушек и пулеметов. После первой же атаки вспыхнул и взорвался один из грузовиков. Сомнения нет — боеприпасы. Скорее назад, сообщить комдиву о своих наблюдениях. Захар торопится передать результаты разведки по радио. Но услышат ли его, сказать трудно. Слишком маломощна радиостанция, да и высота не более ста метров.

Делая крутой разворот, летчик заметил скользнувшие тени самолетов. Может, это собственная тень? А вдруг «мессеры»? Да, он не ошибся, видно, «мессершмитты», прикрывавшие колонну, обнаружили его и сразу же пошли в атаку.

Хитали отдает ручку управления от себя и идет на предельно малой высоте, маскируясь рельефом местности. На какое-то время ему удается укрыться от вражеских истребителей, уйти из-под удара.

«Мессеры» бросаются вниз, наперерез штурмовику, намереваясь произвести атаку сверху. Вот один из них стремительно пошел на самолет Захара. Пилот вовремя заметил его и резко задрал нос самолета в сторону истребителя. Он еще не знал, что будет делать, но знал твердо, что не свернет и не уклонится. Самолеты сходились на встречных курсах, что называется лоб в лоб. В нескольких десятках метров до столкновения немец не выдержал и резко взмыл вверх, подставив «илу» желтое брюхо. Летчик на какую-то доли секунды поймал в прицел «мессер» и с силой придавил обе гашетки пушек и пулеметов. «Мессершмитт» выпустил узкую полоску черного дыма, перевалился на спину и быстро пошел вниз.

Теперь как можно быстрее к линии фронта! Летчик готов к самому трудному, ведь есть еще один «мессер». Мгновения, пока не обнаружен второй вражеский самолет, тянутся для Хитали томительно и медленно, Ну, где же он? Судя по всему, истребитель не ушел и выжидает удобного момента. Это очень беспокоит Хитали.

Он вспомнил утреннюю встречу с немецким летчиком. Сама кротость была на лице этого фашиста. Другими выглядели они в воздушном бою. «Мессеры» действовали исподтишка, используя преимущество в скорости и маневренности. Поэтому ворочалась, сосала душу досада: как его обнаружить? Надо во что бы то ни стало найти «худого». И он вращал самолет из стороны в сторону, прижимаясь к балкам и лощинам.

В открытом бою легче. Там полностью полагаешься на себя, на свой самолет, на свое умение. А сейчас другая ситуация.

Хитали страшно устал от непрерывного поворачивания ручки управления. Кажется, вот-вот должен уже пересечь Волгу, а ее все нет и нет. Стоило ему на какое-то мгновение поставить самолет в горизонтальный полет, как сразу почувствовал удар сзади, снизу. Одна короткая очередь. Где-то глубоко внутри появился неприятный холодок. «Кажется, конец».

Прикусив губы до крови, Захар дал левый крен, но самолет не слушался. Первым делом нужно было избежать повторной атаки, прижаться как можно ниже к земле и не дать «мессеру» подойти снизу.

«Мессершмитт» не отстает, он непрерывно атакует, но трассы проходят мимо. Захар повторяет маневр в обратной последовательности. Теперь летчик ни на секунду не оставляет самолет в горизонтальном полете. Конечно, туго бы ему пришлось, если бы не сидящий за спиной воздушный стрелок, яростно отбивавший одну атаку за другой.

В это время мы стояли около КП, всматривались туда, откуда должен был появиться самолет-разведчик. И хотя по радио голос Хитали звучал спокойно, без паники, все взволновались: слишком много времени прошло с момента вылета.

Подошел командир дивизии, помолчал. Наконец, нарушив тягостную тишину, твердо сказал:

— Хитали должен прийти. Я верю в него.

А летчику в это время оставалось пройти совсем небольшое расстояние, однако самое трудное и самое опасное. Секунды полета вырывают из-под крыльев последние остатки метров к аэродрому. Горючее в баках на исходе.

Вот, наконец показался «илыюшин». Он идет вихляющей «походкой». Чувствуется, что машина сильно повреждена. Если самолет окажется левее или правее узкой полоски, летчик бессилен что-либо сделать — аварии не избежать.