Семибоярщина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но Терехов был слишком счастлив.

— Ну его! — сказал он.

Князь сверкнул глазами.

— Ну, нет! Я этому ворону покажу сокола! — сказал он. — Семен, пойдем!

И они быстро прошли к избушке, где лежал связанный Ходзевич.

Поляк пришел в себя и теперь спокойно лежал на лавке.

Приход князя не удивил его.

— Ну, пан мой, вот мы и опять встретились. Как думаешь, не докончить ли мне того, что я тогда начал? — насмешливо заговорил Теряев.

Ходзевич холодно взглянул на него и довольно спокойно ответил:

— Только торопись, а то придут сюда наши — опять убежишь!

— Люди! — позвал князь.

Только то время, полное мести и злобы, могло так ожесточить души против своих врагов. Великодушный сердцем князь Теряев на время обратился в хищного зверя Спустя три часа в изуродованном, обугленном трупе никто не узнал бы красивого пана Ходзевича.

Теряев вернулся в ставку. Терехов еще не спал и сказал ему:

— Князь, нельзя здесь княжну оставить. Не дай Бог, и здесь жечь станут!

— Я уже думал об этом и говорил с Семеном. Завтра он возьмет дружину и свезет их всех к Троицкой лавре. Там они в безопасности будут, — ответил князь и ухмыльнулся. — Ну, Петр Васильевич, наш пан черту душу отдал!

Терехов кивнул головой.

— А знаешь, — сказал он, — я бы его на радостях выпустил!

— Ну, я не таков, — ответил князь, — добра не забываю и обиду долго держу в памяти. — Он потянулся, зевнул и добавил, смеясь. — А знаешь, Сеня-то эту Пашку полюбил!..

Рано утром Терехов пришел проводить Ольгу из слободы. Он добыл для нее колымагу, сам на руках донес ее и посадил на мягкое сиденье. Ольга уже весело смеялась.

— Рыбка моя, — сказал Терехов, — я к тебе что ни день ездить буду!

Пашка села рядом с Ольгой, Маремьяниха пред ними, и колымага медленно тронулась, окруженная людьми Теряева, под его начальством.

Ольга нагнулась к Пашке и, смеясь, сказала.

— Гляди-ка, как Семен Андреевич в твою сторону смотрит! Ты его сразу в полон взяла.

— Полно болтать глупости! — сердито сказала Пашка, однако вся вспыхнула и потупилась.

Ольга рассмеялась еще громче.

А Андреев шагал у завесы колымаги и время от времени невольно взглядывал на Пашку, когда завеса, вздрогнув, откидывалась в сторону.

К вечеру они пришли в посад Троицкой лавры, и Андреев поместил их в надежном доме.

Для Терехова и Андреева наступило время любви и битв. Не проходило дня, чтобы они не дрались с поляками, которые дожигали последние дома, а затем каждый вечер они скакали в Троицкий посад повидать Ольгу и Пашку. Андреев уже не таил своей любви от друзей и только не решался открыться Пашке.

Среди тревог, бедствий и битв наступил праздник Пасхи. Вряд ли еще когда случалось при такой обстановке праздновать русским этот торжественный, великий день. Казалось, и колокола не умели звонить весело в утро великого праздника, но для Андреева он наступил, потому что в этот самый день Пашка, потупившись, ответила на его признание.

— Уж и счастлив же я, Петя! — сказал Андреев Терехову, возвращаясь вместе с ним в Москву опять на ратное дело.