Она сделала большой глоток из бокала.
— Как приобретают опыт, необходимый для приема на такую работу?
Гидеон пожал плечами:
— Лично я любил все взрывать.
— Что именно? Людей, автомобили?
— Ну нет. Это началось еще в детстве. Я сам придумывал пиротехнические устройства, сам изобретал порох. Сходил с ума по фейерверкам. Устраивал их в лесу за нашим домом, платил соседским ребятам по четвертаку, чтобы были у меня за зрителей. Потом этому нашлось… другое применение. — Он зевнул.
— Настоящий человек эпохи Возрождения! Закажем еду?
— Я слишком устал, чтобы есть.
— Устал? Может, нам взять два номера? — Последний вопрос она задала совсем тихо, при этом ее губы растянулись в соблазнительной улыбке.
Он пригляделся к ней. Зеленые глаза, атласная кожа, веснушчатый нос… Пульсирующая синяя жилка на шее.
— Не так уж я устал.
Она бросила на стойку бумажку в пятьдесят долларов и встала.
— Это хорошо. Не хотелось бы тратить правительственные деньги на второй номер, раз он нам все равно ни к чему.
ГЛАВА 37
Роджер Марион тщательно запер дверь квартиры и тяжело вздохнул. Четверг был в Чайнатауне полным суеты днем, на Мотт-стрит было не протолкнуться, в квартиру проникал гул голосов сквозь плотно закрытые двери и окна, выходящие на пожарные лестницы, под которыми громыхала улица.
Роджер постарался взять себя в руки, восстановить центр спокойствия, разрушенный вездесущим городским хаосом. Замер с закрытыми глазами, потом произвел серию движений, известную как «меле шенайо» — свободно, легко. Он снова чувствовал безостановочное вращение Колеса Закона.
Закончив упражнения, Марион пошел на кухню заваривать чай. Поставил на огонь чайник с водой, разместил перед собой тяжелый железный заварник и баночку с белым чаем. Когда вода уже готовилась закипеть, плеснул немного в железный заварник, чтобы его нагреть, сполоснул и опорожнил, бросил туда щепотку листьев белого чая и налил еще горячей воды. Отнес чайник с заваркой и чашку в гостиную, где посреди комнаты его ждал незнакомый мужчина со скрещенными на груди руками и улыбкой на лице.
— Чай? Чудесно! — сказал тот по-китайски.
Одет он был неприметно: белая рубашка, серый репсовый галстук. На шелковом лице — ни единой морщины, пустые глаза смотрят холодно, движения — сама грация. Марион не мог не обратить внимания на совершенство его мускулатуры.
— Чай должен настояться, — произнес Марион без всякого удивления, хотя был поражен и сбит с толку тем, что незнакомец сумел проникнуть в квартиру. — Позвольте, я принесу чашку и вам.
Незнакомец кивнул, и Марион отправился в кухню за второй чашкой. Вместе с чашкой он прихватил, спрятав в карман, маленький нож.
В гостиной Марион поставил чашку рядом с чайником.
— Полагаю, чай должен настаиваться не меньше десяти минут, — произнес незваный гость. — У нас есть время поговорить.
Марион ждал. Незнакомец сцепил руки за спиной и стал медленно прохаживаться по комнате.
— Я кое-что ищу, — сообщил он, остановившись перед плакатом на стене.
Марион ничего не ответил. Он продумывал наиболее эффективный набор движений, требуемый для погружения ножа в горло гостя.
— Вам известно, где это? — спросил тот.
— Вы не сказали, что ищете.
— Вы не знаете?
— Понятия не имею.