Электрический момент.
Воспламеняющее напряжение.
«Они собирались закончить все на кровати», подумал Блэй, обхватив своими пальцами широкие запястья Куина.
— Скажи всего одно слово. Сделай это и я проведу ночь с тобой. Мы выйдем с Хекс и Джоном, а когда они уйдут, мы вернемся сюда. Скажи это.
Сине-зеленые глаза, преследовавшие Блэя по жизни, были прикованы к его рту, а грудная клетка Куина поднималась и опадала, словно он пробежал стометровку.
— А еще лучше, — протянул Блей, — почему бы тебе просто не поцеловать меня…
Блэй развернулся и грубо толкнул его на комод, который с грохотом ударился об стену. Когда бутылочки с одеколоном задребезжали и попадали на пол, Куин обрушил свой рот на губы Блэя, вцепившись пальцами в горло парня.
Хотя это не имело значения. Жестко и отчаянно — все, что он хотел от парня. И Куин преуспел в этом, его язык ворвался внутрь, беря… завладевая.
Шаря руками, Блэй вытащил рубашку из брюк и начал ее расстегивать. Он так долго этого ждал…
Но это закончилось до тога как успело начаться.
Куин развернулся, когда штаны Блэя упали на пол и бросился к двери. Положив руку на дверную ручку, он ударил головой в панель один раз. Другой.
И затем мертвым голосом, он проговорил:
— Иди. Наслаждайся. Только прошу, будь осторожен, и постарайся в него не влюбиться. Он разобьет тебе сердце.
В мгновение ока Куин покинул комнату, дверь которой закрылась за ним без малейшего шума.
После ухода Куина, Блэй стоял там, где тот его оставил, его брюки болтались на лодыжках, его угасающая эрекция смутила его, хотя он и был один. Когда мир покачнулся, а в груди все сжалось в кулак, он быстро заморгал, пытаясь сдержать слезы.
Словно тысячелетний старик, он медленно наклонился и потянул за пояс штанов, его руки, возились с застежкой-молнией. Не заправляя рубашки, он подошел и сел на кровать.
Когда на тумбочке зазвонил телефон, он повернулся и посмотрел на экран. На каком-то подсознательном уровне он понадеялся, что это окажется Куин, но это был последний человек, с которым он захотел сейчас говорить, и позволил, кому бы там ни было, оставить ему голосовое сообщение, не став брать трубку.
По какой-то причине он думал о часе, проведенном в своей ванной, трясущийся над бритьем, обрезанием ногтей, и укладыванием волос проклятым гелем. Потом время перед шкафом. Все это, теперь казалось потраченным впустую.
Он чувствовал себя грязным. Совершенно грязным.
И он никуда не пойдет с Секстоном или кем бы то ни было сегодня вечером. Он был не в настроении. Нет причин выливать всю свою грязь на ни в чем неповинного парня.
Боже…
Черт.
Почувствовав, что уже может говорить, он потянулся к тумбочке и взял трубку. Нажав кнопку, он увидел, что ему звонил Секстон.
Может, чтобы все отменить? И не должно ли это стать облегчением. Быть отшитым дважды за одну ночь едва ли можно назвать хорошими новостями, но это спасет его от необходимости объясняться с мужчиной.
Включив голосовую почту, Блей подпер руками лоб и уставился на свои босые ноги.
«Добрый вечер, Блэйлок. Я воображаю, что прямо сейчас, ты стоишь перед своим шкафом и пытаешься определиться с выбором, что надеть». Ровный, глубокий голос Секстона стал неожиданным бальзамом, успокаивающим его. «Ладно, на самом деле это я сейчас перед собственным шкафом с одеждой… Думаю, что надену костюм и пальто и жилет в озорную ломаную клетку. Я подумал, что полоски были бы не плохим сочетанием с твоей стороны». Последовала пауза и смешок. «Не то, чтобы я указывал, что тебе надевать, конечно же. А вообще звони, если понадобится помощь. В смысле твоего гардероба, конечно же». Снова пауза и затем уже серьезный тон. «С нетерпением жду с тобой встречи. Пока».
Блэй отнял телефон от уха и поставил свой большой палец над кнопкой «удалить». В порыве он сохранил сообщение.
После протяжного вдоха, он вынудил себя подняться на ноги. Дрожащими руками, он застегнул свою шикарную рубашку и вернулся к комоду, который теперь был разгромлен.
Он поднял флаконы с одеколоном, снова поставив их на место, и подмел пол. Затем выдвинул ящик с носками… и вынул от туда то, что ему было нужно.
Чтобы закончить свой туалет.