— Я позабочусь о нем, — ответил он.
— Как?
— Он позвонит. Мы встретимся с ним и дадим ему еще 25000 долларов.
— Но, Джош, этого ненормального не интересуют деньги!
— Тогда мы скажем, что ФБР ведет следствие по делу Джентайла, и он от нас отстанет.
Я так и не смог донести до него мой страх и дурных предчувствий. Он отказывался слушать. В отеле он принял душ и повалился в кровать, оставив меня полным страха и молитв, пока по небу не начал медленно расплываться рассвет.
КНИГА ПЯТАЯ
Черная страница
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
Фоли-Сквер
В жизни каждого человека есть день, который он хорошо помнит, день до того ужасный, что мельчайшие его детали отпечатываются в памяти.
Этот день, самый страшный в моей жизни, начался с воя сирен. Он и закончился так же.
Мы с Джошем только-только позавтракали, когда услышали сирену. Сирены на Манхэттене дело обычное, поэтому мы не обратили на нее внимания, хотя она и завывала под нашими окнами. Через несколько минут раздался звонок в дверь. Когда я открыл, на пороге стоял полицейский.
— Мистер Маккул?
Я тяжело сглотнул: может старый коп передумал?
— Это я. А в чем дело?
— Мистер Майклз здесь?
— Здесь-здесь, — ответил Джош. — Что-нибудь случилось?
— Лейтенант велел мне как можно скорее доставить вас обоих на Сентрал-Парк-Вест, — сказал полицейский.
— Зачем?
— Затрудняюсь ответить. Я с партнером только прибыл в дом, как нас заловил лейтенант.
Он перелистнул свой блокнот.
— Сентрал-Парк-Вест и Семьдесят вторая улица. Вы можете ехать?
— Конечно.
Мы накинули плащи и последовали за полицейским к лифту, а потом мимо изумленного клерка вышли на улицу. Второй полицейский сидел за рулем.
— Это они? — спросил он.
Первый полицейский кивнул, мы протиснулись на заднее сидение радиофицированной машины, которая рванула с места с визгом шин и ужасным завыванием сирены.
— Вы, ребята, не знаете, что стряслось? — спросил Джош.
— Вроде, убийство, — бросил через плечо полицейский за рулем. — У вас там нет друзей? Может, детективы хотят, чтобы вы кого-нибудь опознали.
— Я там никого не знаю, — начал я, но остановился. Мы с Джошем посмотрели друг на друга.
— Эва, — прошептал он, — немецкая проститутка.
Через несколько минут мы входили в роскошный холл дома, где находилась квартира Эвы. Люди в форме проводили нас до восемнадцатого этажа, где трое сыщиков в штатском представились как детективы из отдела убийств Западного Манхэттена.