— Хорошо, полагаю, Бенни будет главным свидетелем в Вашингтоне.
— А Сондерс, Ремингтон и судья в Нью-Йорке, — продолжал Джош.
— Это будут сногшибательные слушания, — произнес Люк и, ей-Богу, причмокнул губами.
— Может быть, даже если мы подтвердим хотя бы половину обвинений. После того, как Бенни выскажется в Вашингтоне, и мы получим свидетельства остальных независимых свидетелей, не знаю, как Сондерс и Ремингтон смогут все объяснить.
— Первым свидетелем будет тот адвокат из Джерси, который выплатил взятку Сондерсу в деле об изнасиловании? — спросил Лютер, взглянув на отпечатанный проект.
— Он будет замечательным свидетелем, — заявил Джош. — Мы распнем его, если он попытается молчать.
— Как? — поинтересовался Люк.
— Перед тем, как занять место свидетеля, он будет проинформирован, что на заседании присутствуют члены дисциплинарных комитетов нью-йоркской и нью-джерсийской коллегий адвокатов, а также представитель окружного прокурора.
— А через 24 часа после обнародования наших данных в Нью-Йорке соберется большое жюри, — добавил Лютер. — Первый помощник окружного прокурора просто фанатик в преследовании юристов-мошенников.
— У него штаны станут сырыми, когда мы намекнем ему на нашу информацию, — заметил Джош.
— А не будет этот юрист прикрываться отношениями между клиентом и адвокатом? — спросил Шиа.
— Пусть себе, — ответил Джош. — Мы будем записывать вопросы. И он будет знать, что окружная прокуратура получит копию всего, чем мы располагаем.
— Потом отец этого мальчишки, — сказал Дайк Шорт. — Он крупный бизнесмен в Джерси. Он не будет лгать.
— Если не захочет, чтобы его привлекли к уголовной ответственности за лжесвидетельство, — подтвердил Джош.
— Следователи нашли тех рэкетиров, которые выплатили взятку? — спросил Люк.
— Братьев Блитц? Мы стараемся преподнести их, но даже если мы сделаем это, они могут сослаться на Пятую поправку. Но несколько гангстеров хороши на слушаниях, особенно для телевидения.
— В этом мы достигнем успеха, — отозвался Лютер. — Помните людей Костелло{96} и Бобби Бейкера?
— У меня есть еще несколько трюков в запасе, — сообщил Джош. — Не волнуйтесь, телевидение получит все, что можно показать.
— Джош, думаете Ремингтон будет говорить? — спросил Люк. — Здесь сказано, что он пьяница.
— Думаю будет, — ответил Джош. — Не думаю, что он сможет устоять перед давлением.
— А Сондерс?
— Он будет спокоен. Вы не заставите его признать сразу все, но, полагаю, он сменит музыку, когда стены начнут падать на него.
Джош закрыл папку и посмотрел на нас.
— Не забудьте, Сондерс наша основная мишень, не считая Джентайла, конечно. Все, что будет сказано, должно быть связано с ним. Если мы не можем ничего получить на Джентайла, это сделает Сондерс.
— Я не собираюсь уничтожать Джентайла, Джош, — твердо заявил Келли. — Я хочу, чтобы это было ясно.
— А вам и не надо, — спокойно ответил Джош. — Любой газетчик или комментатор, который не упомянет, что Сондерс шурин Феликса Дюранта Джентайла, человека, которого большинство людей рассматривает как будущего губернатора и, возможно, президента, будет распят.
Он кивнул Лютеру и Люку.
— Есть проблемы?
— Нет, — ответил Лютер.
— Что теперь по расписанию? — спросил Люк. — Когда вы…