Записки летчика-наблюдателя: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Посмотрим еще на тебя, — кричали некоторые, обращаясь к комиссару, какой ты коммунист!

Так хорошо начатое собрание было испорчено. Шум не унимался. Многие повскакивали с мест. А комиссар вдруг дружелюбно заулыбался, нисколько не смущаясь происходившим. Одна за другой возбужденная пара глаз останавливалась на комиссаре, и один за другим замолкали возбужденные голоса.

Воспользовавшись затишьем, Левашев заговорил:

— Товарищи! Я чертовски рад тому, что сейчас слышал и видел. Да, вы действительно все коммунисты, и хорошие коммунисты. Недаром вы почти все добровольцы. Я уверен, что мы будем жить и работать дружно. Я вижу, как дорога вам наша партия и Советская власть. Вы, как сознательные революционеры, понимаете, что у нас должен быть порядок и что каждому, кто состоит в партии, нужно иметь документ, подтверждающий это. Давайте, товарищи, сейчас собрание закончим, а завтра в течение дня, да и вечером, каждый из вас, кто хочет, пусть скажет мне, чтобы я его зарегистрировал, как вступающего в партию.

На этом закончилось собрание, оставшееся для нас памятным надолго. В список желающих состоять в рядах партии записались почти все мотористы и их помощники, многие красноармейцы строевой команды. Из летного состава записались Столяров и Лапса.

Через два дня комиссар собрал всех записавшихся и спокойно объяснил, что по существующему порядку все присутствующие, подавшие заявление о приеме в партию, записываются сочувствующими. На этот раз никто не стал горячиться и спорить: раз установлен такой порядок, что же поделаешь. Комиссар предложил избрать президиум организации сочувствующих из трех человек и рекомендовал выбрать в президиум трех самых сознательных, дисциплинированных и авторитетных из нашей среды. Такое предложение сразу привлекло внимание и, может быть, впервые в отряде, заставило критически посмотреть друг на друга и даже на самих себя, вспомнить и проанализировать все поступки иа службе и вне ее.

Посыпались предложения. Комиссар попросил каждого кандидата, которого выдвигали, коротко рассказать о себе.

Потом о кандидате высказывался кто-либо из присутствующих. Почти каждому давал оценку командир отряда Столяров. Были выбраны: председателем Мошков, заместителем председателя — моторист Кузьмин, секретарем — я.

В заключение комиссар зачитал-грамоту, которая вместе со знаменем была вручена в Москве командованием Красного воздушного флота РСФСР 1-му Социалистическому истребительному авиационному отряду при отправке его на Восточный фронт летом 1918 г.

«Непреоборимой, бессмертной волей Пролетарской Революции, энтузиазмом могучего порыва классовой борьбы был возрожден Воздушный Флот к новому боевому творчеству.

Окрыленный величием и мощью пролетарского класса, овеянный и закаленный героической борьбой за победу великих заветов создания нового общества, Рабоче-Крестьянский Красный Воздушный Флот стал достойным звездоносным соратником — другом всей Красной Армии и ее зорким бдительным оком для далеких горизонтов ратных полей РСФСР.

1-й истребительный авиаотряд, входивший в состав 1-й Советской группы первая из первых, созданная и оперенная под сенью Всероссийского Совета Воздушного Флота и его историческим стягом — воздушный застрельщик смертельно-смелых боев, является достойным из достойнейших истребительных отрядов в геройской семье крылатых красных бойцов. Всероссийский Совет Воздушного Флота в лице своих членов и ответственных работников Воздушного Флота дарует свое знамя, — в багряном отблеске которого живет яркая кровь погибших красных орлов, — для новых битв и побед за коммунистический идеал.

Безумству храбрых поется Слава!»

Комиссар призвал всех нас боевыми делами заслужить такую же высокую оценку, какая дана 1-му Социалистическому истребительному авиационному отряду.

Скоро благодаря хлопотам комиссара отряд начал получать ежедневную астраханскую газету «Коммунист». Кроме того, была приобретена небольшая библиотечка. Желающих почитать газеты и книги с каждым днем становилось больше. Неграмотным читали газеты их товарищи. Отрядная организация сочувствующих начала проводить регулярные собрания и установила связь с комитетом РКП (б) Селенского района г. Астрахани.

В течение дня комиссар находился главным образом на аэродроме среди мотористов. Нередко он сам принимал участие в ремонтных работах. По специальности он был столяром, причем столяром квалифицированным. У него был большой опыт ремонта самолетов в Центральном парке-складе в Москве, и он лучше других в отряде справлялся с ремонтом деревянных частей самолетов. Не прошло и двух недель, как всем уже казалось, что комиссар находится в отряде давным-давно.

Левашев не отличался крепким здоровьем: он болел туберкулезом легких. Однако он старался не обращать на это внимания и даже в один из летних дней настоял, чтобы Столяров «провез» его на своем «Фармане». Благодаря стараниям комиссара формирование отряда заметно ускорилось. Мы дополучили необходимое техническое имущество. Полностью была укомплектована и строевая команда.

На Астраханском аэродроме в сентябре 1918 г.

Из Царицына прибыли в отряд летчик Демченко и моторист Сероглазов. Демченко окончил летную школу в Одессе в 1916 году и служил в старой армии солдатом-летчиком в авиационном отряде, находившемся на Юго-Западном фронте. Он располагал к себе простотой обращения. Его моторист Сероглазов, бойкий юноша, по характеру под стать своему летчику, был весельчак и балагур. Он носил тюбетейку, так лихо сдвинутую на затылок, что нас всех удивляло, как она держится в таком положении.

Как-то на повестку дня очередного собрания организации сочувствующих РКП(б) и членов партии комиссар поставил вопрос о борьбе с выпивками, которые иногда случались в отряде. Комиссар был очень краток. Он сказал о тяжелом времени, которое переживает молодая Советская республика, и о необходимости повышения дисциплины и организованности, о недопустимости пьянства в Красной Армии, да еще в таких частях, как авиационные, где требуется особенно точная работа.

Выступивший вслед за Левашевым помощник моториста Федоров предложил выдавать за ужином строго ограниченное количество спирта и категорически запретить пить кому бы то ни было в остальное время. Это предложение поддержали многие.

Более решительным было выступление Мошкова, который потребовал полного запрещения выпивок вообще. Это предложение Мошкова, большого любителя спиртного, многих удивило и было встречено с недоверием. Но Мошков горячо отстаивал свое предложение.

Прямо противоположную точку зрения занял летчик Лапса. Он отстаивал ту мысль, что пить надо с умом: «Пей, но дело разумей». Незачем запрещать выпивать, а надо строго наказывать тех, кто ведет себя не так, как следует: напьется и безобразничает. По мнению Лапсы, человека не за что наказывать, если он выпьет немного «для здоровья» и ведет себя прилично.

В конце концов после долгих споров собрание приняло резолюцию решительно бороться с пьянством. Виновных привлекать к ответственности, вплоть до ареста и предания революционному суду.

Выдачу спирта на технические нужды решили поручить Мошкову. Ему запрещалось давать кому-либо спирт для выпивки.

Тяжелое это было для Мошкова задание.

Собрание отметило в решении, что в отдельных случаях после напряженных работ по распоряжению командира и комиссара отряда могут выдаваться перед ужином небольшие порции спирта для поддержания сил работавших.

Решение собрания стали строго проводить в жизнь.

Глава 2