Читать книгу «Я сам» онлайн.
В 1904 году 11-летний Владимир Маяковский принимает активное участие в ученических сходках, нелегальных собраниях и демонстрациях. В своих воспоминаниях X. Н. Ставраков пишет: «2 февраля 1904 года, в 9 часов утра, в Кутаиси, возле Красной речки, у так называемой Язоновой пещеры, состоялась сходка, в которой принимали участие гимназисты и реалисты. Нагрянула полиция и разогнала собравшихся. В этой сходке я был со своими братьями, помнится мне, что там был и Володя» («Маяковский в воспоминаниях родных и друзей», стр. 75).
Восхищают открытки крейсеров. Увеличиваю и перерисовываю. — Рисование было для Владимира Маяковского не только школьным любимым предметом, но постоянным занятием в течение всей жизни. Одноклассник Маяковского Георгий Гачечиладзе рассказывает: «Володя… покорял нас своими рисунками. Его работы всегда красовались в классе — портреты писателей и иллюстрации к отдельным эпизодам литературных произведений.
И не всегда это были копии с книжных иллюстраций. Теперь я понимаю, что некоторые эпизоды особенно волновали Володю и он находил для них свое непривычное и непосредственное толкование… запомнились его рисунки к толстовскому «Кавказскому пленнику» — произведению, всегда увлекающему детские сердца… Володя снабдил эти рисунки… очень удачным портретом Л. Толстого» («О Маяковском. Дни и встречи». Тбилиси, изд. «Литература и искусство», 1963, стр. 28–29).
Появилось слово «прокламация». — По воспоминаниям школьного товарища В. Маяковского Аполлона Месхи, уже в начале 1904 года «в душную атмосферу гимназии, как свежий ветер, ворвалась прокламация…«Учащиеся!.. вы грозно раскинулись по главным улицам города и криками «Долой самодержавие! Да здравствует демократическая республика!» приводили в неописуемый ужас ваших педагогов… Вы смело примкнули к социал-демократии… настал момент, когда всеобщая скрытая злоба и ненависть, вырываясь из истомленных грудей сынов народа, превращается в грозный клич: Долой самодержавие! Долой героев кнута и насилия! Долой хищника-кровопийцу и его опричников! Да здравствует демократическая республика!..» («Пережитое», стр. 33).
По свидетельству Гачечиладзе, Кутаисская классическая гимназия «славилась во всем Кавказском учебном округе как самая вольнодумная, и она действительно оправдывала эту свою славу» (сб. «О Маяковском. Дни и встречи», стр. 31).
«В России революционная ситуация сложилась к 1901–02 гг. совершенно определенно. В 1904–05 гг. мы имели уже непосредственно-революционную ситуацию, перешедшую к концу 1905 г. в прямую революцию (однако не победившую)», — говорится в решении XIV партийной конференции (1925 г.) («КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», т. 3. М., Политиздат, 1970, стр. 208).
«Революционные события 1904–1905 годов в Кутаиси, безусловно, оказали большое влияние на Володю Маяковского. По существу, они подготовили его для последующей революционной работы в московском большевистском подполье и, конечно, оказали влияние на формирование его как поэта. Этому способствовала и обстановка в семье Маяковских. Отец, мать и сестры Володи были демократически настроены, жили в дружбе с простым народом, понимали его нужды и интересы» (X. Н. Ставраков «Маяковский в воспоминаниях родных и друзей», стр. 76).
НЕЛЕГАЛЬЩИНА. Приехала сестра из Москвы. — Осенью 1904 года Л. В Маяковская, выдержав конкурсный экзамен, поступила в Московское Строгановское художественно-промышленное училище. В июне 1905 года она приехала в Багдади. В книге «О Владимире Маяковском» она вспоминает: «Я занималась в марксистских кружках. Через товарищей-революционеров получала нелегальную литературу…
Революционная борьба масс оказала влияние… на Володю и Олю Кавказ переживал революцию особенно остро… Учащаяся молодежь организовывалась в политические кружки» («О Владимире Маяковском», стр. 84).
Расстрел царским правительством мирной демонстрации рабочих в Петербурге 9 января 1905 года всколыхнул всю Россию. Негодование и протест охватили все слои населения.
События 9 января 1905 года В. И. Ленин характеризовал как начало революции, как поворотный пункт в истории России, как переход к открытой гражданской войне, к прямому восстанию против царизма. «Рабочий класс получил великий урок гражданской войны; — отмечал В. И. Ленин в статье «Начало революции в России», — революционное воспитание пролетариата за один день шагнуло вперед так, как оно не могло бы шагнуть в месяцы и годы серой, будничной, забитой жизни» (В. И Ленин. Полн, собр. соч., т. 9, стр. 201–202).
Уже 19 января началась забастовка рабочих в Кутаиси. К ней примкнули мастеровые, служащие, извозчики, приказчики, учащиеся средних учебных заведений.
Большевистская пресса давала подробный отчет о боевом настроении населения Кутаиса. «19 января толпа молодежи человек в сто направилась с бульвара по гимназической улице с революционными песнями и возгласами. Остановленная полицией, она… была рассеяна. В этот день арестовано семь человек. На другой день манифестация повторилась, арестовано сорок человек, в том числе 10 гимназистов; их грозят предать суду…
25-го опять была манифестация с красным знаменем. В театре была распространена масса прокламаций, которые читались с жадностью; полиция была изгнана, после чего начались речи на политические темы; затем толпа с революционными песнями прошла по городу. Всеобщие волнения у нас не прерываются вот уже две недели» (газ. «Вперед», Женева, 1905, 15 февраля).
В нарастающем движении гимназисты выступали организованно и сплоченно.
13 марта 1905 года Кутаиси и вся губерния были объявлены на военном положении. По некоторым сведениям, в это время Володя Маяковский вместе со своими товарищами по гимназии помогал в выполнении заданий Имеретино-Мингрельского комитета: в доставке мешков с песком, кирпичей, досок и пр. для сооружения баррикад: в распространении большевистских прокламаций среди солдат Куринского полка (см. Акакий Иремадзе. «Живая легенда», Тбилиси, изд. «Мерани», 1970, стр. 36–39).
Опомнись, товарищ, опомнись-ка, брат, // скорей брось винтовку на землю. — «Постой-ка, товарищ! Опомнись-ка, брат!» — первая строка агитационной песни, широко распространенной в революционных кругах в период первой русской революции (опубликована в 1935 году в сб. «Пролетарские поэты»). По силе воздействия эта песня не уступала прокламации.
…а не то путь иной… — Нелегальное распространение этой сатирической песни лубочного характера «Как у нас в городке…» началось в январе 1905 года с анонимной печатной листовки, которая была выпущена по поводу речи царя. «Уже первая речь царя, сказанная земцам на первом, после вступления его на престол, приеме, когда у него вырвались слова о «бессмысленных мечтаниях» земцев, показала достаточно ясно, с кем придется иметь дело. Тогда же было пущено в ход стихотворение, распространявшееся в тысячах рукописных экземпляров» («Пережитое», стр. 29. См. также «Русская сатира первой революции 1905–1906 гг.». Л., Госиздат, 1925).
Это была революция. — Революционным движением кутаисской молодежи руководил через свои большевистские организации Имеретино-Мингрельский комитет РСДРП, на практике осуществляя указания В. И. Ленина: «Нужны молодые силы… В России людей тьма, надо только шире и смелее, смелее и шире, еще раз шире и еще раз смелее вербовать молодежь не боясь ее. Время военное. Молодежь решит исход всей борьбы, и студенческая и еще больше рабочая молодежь. Бросьте все старые привычки неподвижности, чинопочитания и пр. Основывайте из молодежи сотни кружков впередовцев и поощряйте их работать вовсю. Расширяйте комитет втрое приемом молодежи, создавайте пяток или десяток подкомитетов, «кооптируйте» всякого и каждого честного и энергичного человека» (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 9, стр. 247).
При Имеретино-Мингрельском комитете был создан ученический комитет, который руководил социал-демократическими кружками при учебных заведениях. Ленинская газета «Пролетарий» в номере от 20 июня 1905 года отмечала, что комитет вовлекал в число пропагандистов юных революционеров «из бастующей учащейся молодежи».
Делегат III съезда РСДРП (апрель — май 1905 г.) от Кавказского партийного центра Миха Цхакая (Барсов), оценивая положение в Грузии, в своем докладе на съезде отмечал: «В районе Имеретино-Мингрельского комитета работа закипела главным образом с осени 1903 г., а весь 1904 г. и начало этого 1905 г. были триумфом для работников этого комитета. Здесь, на пространстве, не меньшем территориально, чем Гурия, раскинулись кружки, по последним сведениям за февраль месяц, количеством до 600; устраиваются громадные митинги в 100, 1000 и 5000 человек. Таким образом, к бастовавшим гурийцам в 1903 и 1904 гг. присоединился громадный район Имеретии и частью Мингрелии. Хотя Имеретино-Мингрельский комитет — не комитет сельских рабочих, а комитет партии, который работает и в городе Кутаисе, и в Чиатурах в среде горных рабочих, но громадную долю своих сил комитет уделяет крестьянскому движению, и наши энергичные товарищи уже успели его весь распропагандировать, так что затхлый губернский город, каких немало в России, они обратили в один из очагов революции» (цит. по сб «Маяковский в Грузии». Тбилиси, «Заря Востока», 1936, стр. 112–113).
По докладу Миха Цхакая В И Ленин написал резолюцию III съезда РСДРП «По поводу событий на Кавказе», принятую съездом. В резолюции отмечались «особые условия социально-политической жизни Кавказа», которые способствовали широкому революционному движению среди большинства населения Кавказа, как в городах, так и в деревнях, где это движение «дошло уже до всенародного восстания против самодержавия» («КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», т. 1, стр. 120).
Широкое революционное движение уже в феврале 1904 года охватило всю учащуюся молодежь Кутаиса. 3 февраля забастовка молодежи переросла в грандиозную демонстрацию. Это была первая открытая политическая демонстрация учащейся молодежи в Грузии. «Казаки лупили нагайками меня вместе со всеми, — рассказывал впоследствии Владимир Маяковский о своем участии в демонстрациях, — Это было первое мое крещение как революционера и агитатора» (цит. по кн. «Маяковский в Грузии», стр. 107).
Знаменательно, что «первое крещение» В. Маяковского как революционера и агитатора совпало с его первыми литературными опытами. В. А. Васильев (1881–1964), классный наставник будущего поэта (преподавал русский язык и историю), в своих воспоминаниях сообщает: «Припоминаю, что в 1904 году… Маяковский обратился ко мне с маленьким стихотворением, прося прочесть его Стихотворение это, небольшое по объему, старательно переписанное крупными, тщательно вырисованными буквами, поразило, помнится мне, не содержанием, а особой оригинальностью ритма; она было написано белым стихом. Я посоветовал Маяковскому работать над собой» (В. А. Васильев. «Кутаисская гимназия времени пребывания в ней В. В. Маяковского», Пятигорский гос. пединститут, 1948, стр. 6).
Стихи и революция как-то объединились в голове. — Революционная действительность первой русской революции (1905–1907) сыграла огромную роль в формировании взглядов будущего поэта. «Мы диалектику учили не по Гегелю. Бряцанием боев она врывалась в стих», — скажет он об этом во вступлении к поэме «Во весь голос». Именно с 1905 года революция для Маяковского становится и поэтическим понятием. Это понятие он пронесет через всю свою жизнь. С этим понятием — «стихи и революция» — он будет оценивать свои первые литературные опыты в Москве (см. главы «Первое полустихотворение» и «11 бутырских месяцев»).
905-й ГОД. Не до учения… Перешел в четвертый… — В аттестационном листе ученика 3-го параллельного класса Кутаисской мужской гимназии Владимира Маяковского за 1905/1906 гг. значатся следующие общие годовые отметки: закон божий — 3; русский язык — 4; латинский язык — 3; французский язык — 3; немецкий язык — 3; математика — 3; история — 4; география — 4; естествоведение — 5; рисование — 5 (Центральный государственный исторический архив — ЦГИА — ГССР).
По постановлению педагогического совета от 13 июня 1906 года Владимир Маяковский был переведен в 4-й класс «по прошению матери».
…убили генерала Алиханова. — Здесь неточность. Палач генерал-майор Алиханов-Аварский был убит во время восстания 1907 года. На Алиханова, который отличался жестокостью при подавлении революционных выступлений, было совершено несколько покушений. Известие об одном из них, наверное, и запомнил Маяковский.
Пошли демонстрации и митинги. Я тоже пошел. Хорошо. — В течение 1905 года революционная волна в Грузии продолжала нарастать. Маяковский внимательно следил за событиями народной борьбы против самодержавия. Уже весной крестьяне Озергутского уезда обучались военному делу и открыто готовились к вооруженному восстанию. В большевистской газете «Вперед» (10/23 марта) говорилось: «Для революции готова Гурия (Озергутский уезд. — В. М.), которая в случае нужды сегодня может выставить 15 000 отборных людей».
«Володя Маяковский, как и другие товарищи, всецело был на стороне революции, — вспоминает Е. Е. Гванцеладзе, учившийся в то время в Кутаисской гимназии. — Занятия в гимназии шли нерегулярно. Бывали забастовки… демонстрации, в которых мы принимали участие» (ГММ).