- Живых? Ну, давайте сначала посчитаем покойничков, - Гарри усмехнулся, отложил схему в сторону и взял еще один чистый лист бумаги. - Регулус Блэк, Гиббон, Уилкс и Розье были убиты еще в первую войну. Сразу после возрождения Реддля погиб Крауч-младший, а несколько позже — Игорь Каркаров, убитый своими же подельниками. Недавно я прибавил к этому списку обоих супругов Лестранжей, Беллатрикс и Рудольфуса, а также Уолдена Макнейра.
При звуке этого имени у Гермионы чуть дернулась щека.
- Еще ряды Упивающихся Смертью покинул Северус Снейп, но, что необычно, не вперед ногами, а вполне живехоньким.
- Как так? - искренне удивился Эдвард. - Снейпа просто отпустили? Не может быть...
- Может, мистер Норт, уж поверьте. Причем он перестал быть и агентом Ордена Феникса, полностью устранившись от этой борьбы. Итак, кто из потенциальных источников информации у нас остался? Руквуд, Алекто и Амикус Кэрроу, Долохов, Гойл, Джагсон, Крэбб, Рабастан Лестрейндж, Люциус Малфой, Мальсибер, Нотт, Петтигрю, Трэвэрс, Фенрир Сивый, Эйвери и Яксли. Исключая оборотня — вряд ли с него будет большой толк - мы имеем пятнадцать человек. По-моему, очень даже неплохо, шансы захватить кого-либо из этой шайки вполне реальны, тем более, что люди Вольдеморта в последнее время наверняка слегка расслабились от своих побед.
- Это все ясно Гарри, но пока мы не обзаведемся действительно ценными источниками сведений мы что, будем все же действовать вслепую? - озвучил витавший в воздухе вопрос Фред.
- Нет, - ответил Гарри. - Пока мы будем собирать те самые косвенные данные, о которых говорили вначале.
- И как же? Будем ходить и спрашивать всех подряд: «А вы случайно не слышали, что затевают приспешники Того-Кого-Нельзя-Называть или, может, он сам?»
- Глупости... Никого мы спрашивать не будем, - отмахнулся Гарри, отложив перо. - Сначала мы - я, Гермиона и Эдвард, потратили целый вечер на обсуждение, как нам проще всего заиметь собственную агентурную сеть, пока мистер Норт не подал мысль, простую, как кувалда. И такую же действенную. Зачем создавать свою сеть осведомителей, если можно прибегнуть к услугам уже имеющейся?
- Ты собрался пойти на поклон к аврорам? - спросил Джордж, и его живое лицо выразило крайнюю степень сомнения. - Не уверен, что они вообще станут тебя слушать...
- К дементорам Аврорат, - ответил Гарри проникновенным тоном. - По сравнению с теми людьми, с которыми я хочу попробовать договориться, большинство шпиков Министерства Магии — жалкие дилетанты. Эти же проросли в общество такими корнями...
- И кто же эти вездесущие шпионы?
- Это извечные антагонисты авроров — магический криминалитет. Проще говоря, преступники, воры, грабители и контрабандисты. В общем, все те, кто любит называть себя «джентльменами удачи». Хотя, конечно, разговор будет вовсе не с ними, а с теми, кто возглавляет эти преступные сообщества и способен отдавать приказы этой теневой армии.
Как ни странно, подобное заявление не вызвало яркого неприятия у друзей Поттера (как он втайне опасался). Рен и Окой вообще никак не прореагировали, близнецы дружно нахмурились, крепко задумавшись, лишь Джинни неуверенно произнесла:
- Но Гарри, связываться с преступниками - это...
- А кто сказал, что мы с ними будем связываться? Я сделаю им предложение и постараюсь, чтоб они от него не отказались. Они будут получать звонкую монету, а мы - столь необходимые нам сведения. И все. Мы ничем не рискуем. А потом, когда в нашем распоряжении окажется пара-тройка «жирных» агентов из стана врага, о которых мы говорили раньше, ничто нам не помешает разорвать эти взаимоотношения.
- Но согласятся ли они? - спросил один из близнецов.
- Скорее да, чем нет, - ответил вместо Поттера Норт. - Вы в курсе, ребятки, что в первую войну Дамблдор очень сильно опасался, что на волне выступлений Упивающихся, может резко активизироваться английская магическая преступность? А один из Прюэттов, кажется Фабиан, даже всех уверял, что еще день-другой - и весь преступный мир встанет под знамена Вольдеморта? Однако этого не произошло. И знаете почему? Потому что процент полукровок среди преступников велик, как нигде больше. Так какой им резон поддерживать того, кто не считает их за людей? Я допускаю, что ради пользы дела Реддль готов был пойти на временный союз с криминалом. Но после победы он точно тут же открестился бы от всех данных им обещаний и принялся бы за бывших союзников особенно рьяно. Вольдеморт и его ближайшие сподвижники выставляют себя аристократами, голубой кровью и белою костью магического мира, они никогда даже в мыслях не допустят равенства между собой и полукровным отребьем, вылезшим из грязи в князи теневого мира. А вот использовать их, а потом снова втоптать в эту грязь — это уже ближе к истине. Но те, другие, тоже не лыком шиты, особенно те, кто смог пробиться к вершине из рядовых душегубов и ворья. Они промышляют не сколько лихостью, сколько умом, причем умом, натренированным в условиях жизни, когда тебе сегодня улыбаются, а завтра загонят нож под лопатку. Так что с кем-кем, а уж с Вольдемортом им точно не по пути, и они это превосходно знают.
- Что-то вы, мистер Норт, больно сведущи в предмете, - отметила Гермиона. - Интересно, откуда?
- А ты внимательная, - одобряюще произнес Эдвард. - Но не волнуйся, я не грабил банков и белье с веревок тоже не воровал. Просто за время, проведенное в Ордене Феникса, я достаточно пообщался с этим контингентом. В тех местах, где мы бывали, часто можно встретить людей двух категорий — либо археологов, но их было меньшинство, либо «вольных археологов», любящих себя именовать «охотниками за сокровищами». И большинство из них, что бы там не писали книжки, как раз и есть те самые джентльмены удачи. Приходилось как-то находить с ними общий язык, а иногда и влезать в их шкуру. Так что я знаю, о чем говорю.
- Но как ты собираешься выйти на них? - снова спросил Джордж, обращаясь к Гарри. - Думаю, вряд ли у тамошних воротил есть офис с табличкой «Глава убийц и воров всея Англии».
- А вот с этим мне поможет один наш с вами общий знакомец, - в ответ улыбнулся Гарри. - Думаю, уж вы-то знаете, о ком речь.
Глава 17. Будни Лютного переулка.
Лютный переулок был довольно своеобразным местом.
Почему-то любой человеческий социум, где бы и в какие времена он не возникал, всегда порождал определенное место, участок или район, где, несмотря на все усилия властей, писаные законы этого социума работали лишь отчасти или же не работали вообще. Любое человеческое поселение, достигнув определенных размеров, всегда обзаводилось подобным «местом полусвета», где при наличии денежных знаков можно было получить все, что душе угодно — оружие, наркотики, любую нелегальщину и плотские удовольствия в широчайшем ассортименте. Хотя нож в спину или удар тупым тяжелым предметом по голове с последующим изъятием наличности тоже нисколько не исключались.
Таким местом в магическом мире Англии и был Лютный переулок, вход в который напоминал темную щель между домами в нарядном и благопристойном Косом переулке. Как и любое злачное место, он был грязен и полон разнообразных темных личностей. В любое время года и дня на нем царил сумрачный вечер, как будто наплевательское отношение его обитателей к закону распространялось и на законы природы. Погруженная в полутень длинная, узкая, хаотично петляющая улица, разветвляющаяся настоящим лабиринтом переходов и проулков, утыканная лавочками и магазинами с запыленными витринами лишь на первый взгляд казалась сонной и вялой. Ее истинная, скрытая жизнь бурлила, не затихая ни на минуту. Владелец увесистого кошелька мог купить здесь любое из официально запрещенных алхимических средств или снадобий, большинство из известных черномагических артефактов или книг, приобрести незарегистрированную волшебную палочку и другой контрабандный товар. Для желающих с тугим карманом были широко открыты двери разнообразных притонов и увеселительных заведений на любой вкус.
Но вся эта деятельность тоже была лишь одним из верхних слоев теневой жизни Лютного переулка, которая в этом отношении сильно напоминала иерархию моря - чем глубже вниз, тем крупнее и беспощаднее хищники. К самому дну стекались денежные потоки со всего английского черного рынка, а там, как пауки в центре паутины, сидели воротилы теневого мира, имевшие процент практически с каждой мало-мальски стоящей нелегальной сделки. Но каждому, начиная от королей преступного мира и заканчивая последним профессиональным попрошайкой, в этой системе была отведена своя роль и место. Ибо это была именно система, живой организм, гибкий и самоорганизующийся, в том числе потому, что он не был скован гуманизмом, а главенствующим законом признавал право сильного.
Случавшиеся по этому вертепу нечастые рейды авроров либо вообще не приносили результатов, либо приносили, но такие скудные, что даже аврорам-стажерам становилось ясно, что все обнаруженное и конфискованное — лишь для отвода глаз. Если же Аврорату и удавалось провернуть крупное дело с поимкой действительно серьезных лиц, то знающие люди и в этом случае не спешили радоваться торжеству закона, понимая, что громкий арест — это, скорее, результат внутренних конфликтов преступного мира, чем ювелирной работы авроров. Министерство же, довольное временной победой, на время успокаивалось, а преступная гидра отращивала новую голову взамен срубленной, и все продолжалось по-старому. Что, впрочем, было неудивительно, ведь еще ни одному государству не удавалось полностью искоренить преступность, к каким бы жестким методам оно не прибегало.
***
Наземникус Флетчер уже который день пребывал в преотвратнейшем настроении. Эта разгоравшаяся война ломала к чертям весь его нехитрый бизнес по перепродаже краденого и поставкам мелкой контрабанды. Накладки и неудачи, конечно, случались, на то это и бизнес, но в такой переплет он не попадал уже давно. Сейчас он петлял по кривым проходам Лютного переулка, надвинув шляпу на глаза и подняв воротник своей латаной куртки с лоснящимися, вытертыми рукавами, временами тщательно оглядываясь по сторонам. Опасался он вовсе не авроров — последнее время все их силы были брошены на другие цели, и в Лютном переулке уже давненько не слышали резких выкриков: «Аврорат Министерства Магии! Всем оставаться на местах!» Но если бы сейчас Наземникуса спросили, с кем он предпочел встретиться — с неулыбчивыми оперативниками Аврората или с теми, кто, весьма вероятно, его уже разыскивал, Флетчер, ни секунды не сомневаясь, выбрал бы первых. Ведь встреча с аврорами сулила ему, самое худшее, ночь в камере предварительного задержания на жестких нарах с жидкой баландой на ужин. Что же касается тех, других... Тут вариантов было куда больше — от банального избиения до заплыва в Темзу, будучи обутым в модные цементные штиблеты на босу ногу. Братья Логан, занимавшиеся торговлей запрещенными снадобьями и алхимическими зельями, несмотря на свой, относительно мирный промысел, репутацию имели весьма мрачную. Ходили слухи, что тех, кто, сгоряча приняв их за «жирных фраеров», пытался их потрясти или кинуть, Логаны чуть ли не живьем перерабатывали в те самые алхимические ингредиенты, что потом продавались за баснословные деньги. Слухи, конечно, слухами, но на пустом месте они не возникают, а то, что старожилы Лютного переулка относились к четырем братьям с опасливым уважением, наводило на определенные мысли. Которые радости жизни Наземникусу Флетчеру, естественно, нисколько не прибавляли.