- Правда? - несколько недоверчиво поглядел на него подросток. - Ведь все говорили, что Гарри Поттер...
- Гарри, мы закончили, - их прервали вторично; на сей раз это был Норт, который вошел в комнату в тот самый момент, когда с него закончили стекать его магические доспехи. Эдвард был мрачен, как грозовая туча, и вытирал с правой щеки густую россыпь темных брызг подобранным где-то полотенцем. – Их там всего шестеро было. Одни, видать, самый смышленый, аппарировал… О! – Эдвард заметил труп на полу и прищелкнул пальцами. – А вот и он. Выходит, недалеко успел убежать. Четверых оприходовал я, а последний от страха совсем голову потерял: забыл про всю магию и сиганул в окно. Сильно испугался, наверное. Только зря он на что-то надеялся - там его наши братцы на лету, как утку, продырявили. Но вот здешним обитателям...
Его взгляд упал на мальчишку.
- Так. А это еще кто тут у нас?
Эдвард и Гарри вопросительно уставились на белобрысого.
- Я...- начал паренек, с лица которого постепенно сходило выражение, как будто он был готов вцепиться в глотки всем присутствующим разом. - Я Крис... Кристофер Уитсфорд. Мы вместе ужинали наверху, отец послал меня за банкой персиков в кладовку, как тут... Эти...
Паренек неожиданно встрепенулся, как будто очнувшись от легкого забытья.
- Скажите, что с моими родителями? А мои сестры? Кэт и Мойра...
Поттер бросил взгляд на Норта. Тот еще более помрачнел и еле заметно покачал головой, но от Кристофера это не ускользнуло.
- Они... Они погибли? Эти… Они убили их? Всех?
Гарри приготовился, было, перехватить мальчишку, если он рванет наверх, но тот наоборот, отступил к стенке, сполз по ней и обхватил себя руками, до крови закусив нижнюю губу и глядя прямо перед собой.
Поттер слегка нахмурился. Накладки в их операциях, конечно, случались- взять хотя бы ту неудачную защиту дома сирот, когда Гермиона чуть не поубивала всех подряд. Но всех выживших они всегда погружали в беспамятство, чтобы избежать истерик, лишних вопросов и, разумеется, не дать в руки ни аврорам, ни Упивающимся лишнюю зацепку о себе.
Но этот паренек... Он хоть и неважно выглядел — дрожь, расширенные зрачки, обескровленные, бледные щеки - но на истерика не походил ничуть. И справлялся со страшным известием молча и без соплей, а на это способен не каждый, узнавший, что только что стал круглым сиротой.
Гарри подошел к нему, присев на корточки, внимательно заглянул в остановившиеся глаза и крепко взял за плечо.
- Держись, парень, - твердо и негромко, без всяких слащаво-успокаивающих интонаций, сказал он мальчишке.
- Не надо меня успокаивать! - и Кристофер сбросил руку Гарри со своего плеча и поднял на него совершенно сухие и серьезные глаза, полыхнувшие не менее серьезной злостью. - Лучше скажите, как мне быть дальше?
- Дальше? – с некоторым недоумением переспросил Поттер.
- Да, дальше! Никого из родных у меня не осталось, что мне теперь делать? Куда мне теперь? В приют? А эти гады…
- А куда ты хочешь? И чего ты хочешь? - вопросом на вопрос ответил Гарри. - Сражаться вместе с нами?
- А можно?
Наклонив голову, Поттер задумался. Мальчишка вызывал у него противоречивые чувства.
«Совсем еще сопливый пацан, почти ничего не умеет, за душой только упрямство, злость да желание отомстить. Ну, и еще знакомая тяга большинства мальчишек «сбежать на войну». Но с другой стороны — я сам был таким и отлично помню, как меня раздражало, нет, просто бесило, выводило из себя то, как ко мне относились взрослые. Все эти снисходительно-покровительственные разговоры, этот притворный испуг: «У-тю-тю… Да как же можно? Ты же еще ребенок!» А ведь на деле мне многое удавалось, хотя я и был тогда еще младше, чем этот Кристофер. Пусть большей частью с помощью друзей и почти сумасшедшего везения, но все же... И, кстати, насчет везения и удачи. Эти вещи никогда не стоит недооценивать, они вполне реальны и осязаемы, а тот факт, что из всей семьи Уитсфордов выжил лишь он один, уже кое о чем говорит. А то, что он был готов проломить голову кочергой первому вошедшему врагу и плевать хотел на последствия... Это вполне соответствует тем критериям, по которым я отбирал всех своих».
А ещё Поттер неожиданно вспомнил маленьких погибших храбрецов из разгромленного и сожженного интерната.
«Но пока он не научится хоть чему-то, не будет ли он балластом в нашей группе?»
Гарри мысленно поставил себя на место паренька, представив, что ему снова двенадцать, что он только что остался один, потеряв родителей, но обрел шанс войти в некий отряд и воевать против тех, кто лишил его всего — семьи, дома, привычной жизни... Что бы он дал за возможность реализовать этот шанс?
Поттер машинально стиснул зубы, слишком хорошо представив себе ситуацию.
О, он бы не пожалел ничего — подчинился бы самой строгой дисциплине, любым жестким урокам, был бы готов тренироваться до обморока... Да он бы согласился даже чистить ботинки и мыть полы - лишь бы только его взяли, а потом не выгнали! А понимание того, что альтернативой всему этому является сиротский приют, было бы равнозначно сожжению за собой всех мостов. Путь был бы только один — вперед.
Расклад выходил довольно любопытный.
«Ну что ж, будем надеяться, что психология мальчишек большей частью схожа».
- Можно, - буднично кивнул Гарри, как будто каждый день только и делал, что подбирал и пристраивал к себе в когорту мальчишек-сирот. В глазах напряженно ждавшего его решения Кристофера на миг мелькнуло мрачное торжество - наверняка он уже видел, как с палочкой в руках расправляется с ненавистными слугами Того-Кого-Нельзя-Называть. Такой настрой был похвален, но стоило его немного остудить.