Меня удостоили возмущенным взглядом. Но ответили.
— Чемерину, с картотелом, от боли хорошо помогает.
— Но так же нельзя, так, где у вас болит, и, кстати, как вас зовут.
Я шла на граура, по пути закатывая рукава, тот напрягся и зашипел, но меня ему испугать е удалось, и не таких видала.
— Так, где болит, я попробую вас вылечить.
— На грауров магия не действует, так что не подходи, а то укушу и съем.
— я жесткая, так, ложитесь, только снимите рубаху.
— Зачем? — он спросил это таким подозрительным тоном, что я почувствовала себя, по меньшей мере сбежавшей преступницей, теперь решившей позабавиться с новой жертвой.
— Так, объясняю один раз. На грауров действует один вид магии, и называется она лечебной, я сейчас попробую вам помочь, а за это вы потом расскажете нам все, что знаете о проклятии, а теперь я прошу вас лечь, и не сопротивляться, все ясно.
Граур вздохнул и сдался, лег на кровать и временно затих.
Я довольно пристроилась рядом, закрыла глаза и начал внутренний осмотр. Граур был почти здоров, если не считать небольшого зеленого пятнышка, которое спряталась у него в области сердца. Мне оно сильно не понравилось, а вскоре я поняла, что оно еще и живо. Я попробовала его извлечь, но оно вцепилось еще крепче и нипочем не хотело отставать. Хм, ну что же, а если так. В следующий момент я мягко отделила его правую часть от левой, оно затрепыхалось и попыталось убежать, а мне кто-то крепко стиснул шею. Но, я продолжила делать разрезы, пока эта дрянь не затихла. После этого я аккуратно вынула нее оттуда по кусочкам и испарила в воздухе. Открыв глаза первое, что я увидела, это руку граура, которая сжимала мою шею. По его глазам я поняла, что он еще окончательно не решил. Что со мной делать. Но самое интересное было в том, что у его шеи был приставлен изящный кинжал, который держала в руках Мира, а около нее топтался Мирнон и тихо упрашивал ее не паниковать и вообще расслабится. Я захихикала, но когда все разом уставились на меня, тут же замолкла, и сосредоточилась.
— Мира, убери нож от шеи дедушки, порежешь ненароком.
— Не уберу, пока он тебя не отпустит, — Мира была непреклонна, Мирнон закатил глаза, видимо молился. Чтобы ей послали хоть немного ума.
— Мира, если ты не уберешь ножик, он меня не отпустит, послушай меня, я его уже вылечила, и у него просто нет повода, чтобы меня убивать.
Мира насупилась, угрюмо посмотрела на меня, потом мрачно взглянула на отшельника и… все же убрала кинжал. В тот же момент отпустили и меня. А я с удовольствием растерла ноющую шею.
— Меня Рок зовут, — неожиданно сказал он, и… я твой должник, спасибо.
Я удивленно на него посмотрела, но пожала протянутую руку.
— Ну а тебе, воительница у меня будет особый подарок, сказал он Мире и полез под кровать. Мы удивленно переглянулись и вновь уставились на возящегося на полу Рока, который что-то там двигал под своей огромной кроватью.
— Так, это не то, это не туда, а это что? Ну, надо же, а я уж и забыл про этот хлам, так, а где же. А, вот, вот он!
И он, чихая и стряхивая с волос клубы пыли, вылез из-под кровати, держа в руках большой арбалет, заряженный сразу тремя стрелами, и имеющий три спусковых крючка.
— На, держи, пригодится, — грустно сказал Рок и сунул опасную игрушку в руки Мире.
По ее глазам я поняла, что человек счастлив.
— Но вы же ненавидите людей, — удивленно сказала я.
— Эх, ведьма, за двести лет можно пересмотреть некоторые взгляды, и потом она вела себя мужественно, когда защищала друга, а это важно, так как я вижу, что она не плохой человек. Да и потом, когда будет ночь равноденствия, вам этот арбалетик очень даже пригодится.
— но вы, вы хотите, что бы мы убивали ваших же сородичей!
— Нет, я хочу, чтобы вы нас спасли, нарушив чары, и сняв проклятие. Это все, чего я еще желаю. Спокойно ответил он и пошел ставить воду для чая.
Мира разглядывала арбалет и поглаживала его руками. Потом подняла на меня сияющие глаза.
— Лис, а можно я пойду, постреляю снаружи.
— Иди уж.
— Только коз не пристрели, донеслось из угла, и к нам подошел Рок, держа в руках мешочек, наполненный арбалетными болтами.