- Как ты чувствуешь себя? - Лидия провела ладонью по колену друга, глядя в небо. И этот вопрос он тоже истолковал правильно, будто бы их взаимопонимание было уже на самом что ни на есть высшем уровне.
- Мне сейчас трудно определиться, - слизеринец перевёл взгляд на пристально глядящую в ответ подругу, - Это довольно странно. Я всё ещё считаю их своей семьёй, но мне теперь немного неудобно говорить о реальных родителях. Я как будто проявляю неуважение то к одним, то к другим. Я не знаю, как сказать в разговоре о Мириам и Ричарде. С вами я зову их матерью и отцом, но как это сказать людям, которые были моими родителями одиннадцать лет и вырастили меня?
- Попробуй сказать всё как есть, - посоветовала Мартин, - Назови их так, как тебе покажется необходимым именно на момент вашего разговора. Твои родители всё поймут, я уверена. Они прекрасно знают, что ты любишь их, поэтому всё будет нормально.
Уилл, ничего не ответив, лишь улыбнулся, на секунду сжав ладонь подруги на своём колене в качестве благодарности. Ещё несколько минут ребята вновь провели в тишине, думая каждый о своём и ни о чём сразу. Пытаясь свыкнуться с мыслью о том, что буквально через несколько месяцев после обретения настоящих друзей он должен снова расстаться с ними на какое-то время, не давала Уиллу покоя вот уже несколько дней. Недавно у них даже появилась традиция. Экзамены разным курсам и факультетам старались не ставить в одно время, хотя, конечно же, иногда бывали исключение. Но, тем не менее, если у Уилла был свободный час, в то время как гриффиндорцы тряслись перед очередной проверкой знаний, мальчик обязательно приходил к ребятам, называя себя обворожительной духовной поддержкой. И, как и ожидал мальчик, все мигом успокаивались - Малия, Айзек, Скотт и Мэтт переставали трястись, а Эллисон, Стайлз и Лидия начинали выглядеть ещё более уверенными в себе. Это порой даже раздражало, но Уиллу действительно нравилось быть нужным кому-то.
А ещё ему понравилось лицо его сокурсниц, когда он, дожидаясь своей очереди у кабинета Чар, увидел трёх гриффиндорок, притащивших ему его любимых мятных леденцов. Уилл давно заметил проявившийся после последних событий интерес со стороны ровесниц, но его это нисколько не волновало. Стайлз даже стал его в шутку называть сердечником, на что слизеринец мог лишь усмехаться и беспрестанно закатывать глаза. Попытки объяснить гриффиндорцу реальное значение слова потеряли смысл уже недели через две.
Ещё он никак не ожидал, что у него наладятся отношения с Корой. На самом деле, девочка никогда не была его реальным врагом, даже практически никогда не задирала того, маглорождённого Уилла, но неприязнь к ней у слизеринца всё равно была. После же того, как новость о реальном происхождении мальчика распространилась буквально по всему замку, младшая Хейл, кажется, взяла на себя обязанность оберегать его в отсутствие Лидии или Стайлза, с которыми, кстати, тоже теперь почти не ругалась. Почти. Простые прожигающие взгляды были в любом случае лучше летящих в разные стороны заклинаний, так что Уилла вполне всё устраивало.
- Эй, сердечник, тебя поклонницы даже на отдыхе в покое не оставляют? - послышался довольный голос Стилински откуда-то снизу. Удивлённо вскинув брови, Уилл открыл глаза.
Метров через пять от них сидела стайка слизеринок, раньше не упускавших возможности напустить на мальчика несколько хорошеньких заклятий, и кидали на него томные взгляды. Такие томные, что Уилл непроизвольно расхохотался, сползая на траву и упираясь затылком в бедро Стайлза.
- Они все такие глупые, Мерлин, - фыркнул Уилл, наблюдая за облаками.
- Подрастёшь и сможешь быть с любой из них, - пожал плечами Стайлз.
- Когда я подрасту, я не захочу себе такую девушку, - закатил глаза слизеринец, - На кой чёрт мне нужна та, что меня гнобила, пока не узнала происхождение? Господи, даже звучит смешно. Если я через несколько лет реально задумаюсь об отношениях, то выберу ту, с которой общался до всего этого. Такую как Лидия, например, - бросил Уилл, с удовольствием глядя на Стайлза, щёки которого заалели, - Не волнуйся, братишка. Она, может, и является моим идеалом, но она в первую очередь моя подруга, - усмехнулся слизеринец.
- Да ладно, мне-то что? - забормотал Стилински, отводя взгляд. Ещё раз усмехнувшись, Уилл вновь посмотрел на облака.
- Я являюсь твоим идеалом? Я польщена, - пихнула его в бок Мартин.
- Ну, не совсем ты, но ты очень близка, - улыбнулся мальчик, жмурясь, когда солнечный луч попал прямо в глаза, - Ты умная, смелая, добрая и преданная. И за дорогих людей ты готова действительно на многое. Может, у вас, гриффиндорцев, такое в порядке вещей? Просто Эллисон и Малия тоже подходят подо всё перечисленное мной.
- Прости, Уилл, но нам с умственными способностями Лидии не сравниться никогда, - рассмеялась Эллисон, - Но спасибо.
- Но вы всё равно лучше всех девушек с моего факультета. Слизерину важны лишь заносчивость, холодность и умение пожёстче ответить, - закатил глаза мальчик.
- А как же Кора? - Стайлз перевёл на слизеринца заинтересованный взгляд, подмигивая насторожившейся Мартин.
- Кора? Она.. - протянул Уилл, в следующий миг чувствуя, как мысли уносят его очень далеко отсюда. Помотав головой, мальчик нахмурился, приподнимаясь на локтях, - Это дурацкая тема для разговора. Мне двенадцать лет, какие девушки? Ненормально иметь отношения в таком возрасте.
- Они так не считают, - усмехнулся Стайлз, кивком головы указывая на вздыхающих слизеринок.
- Сказал же, глупые до ужаса, - рассмеялся Уилл, падая обратно в траву.
Так ребята провели ещё два дня - в компании друг друга, чередуя важные темы
со всякими глупостями. Как и ожидалось, Скотт и Стайлз, бегающие с Уиллом на обсуждение того самого вопроса, о котором никто ещё не знал, совсем позабыли о сборе чемоданов, и посмотрели на слизеринца как на врага народа, когда тот самозабвенно сообщил, что собрался ещё на прошлой неделе. Именно поэтому Стилински и МакКолл всё оставшееся до праздничного ужина время провозились в своей комнате, кидая завистливые взгляды на сопящих Дэлера и Лейхи - причину их нереальной усталости никто так и не понял.
В Большом зале было даже громче обычного, все старались перекричать друг друга, спорили, болтали, что-то обсуждали. Все предвкушали два события. Первым было вручение кубка школы, заставляющее даже самых тихих представителей факультетов шептаться между собой. Вторым же событием - волнующим Стайлза, кажется, даже больше, - был праздничный пир, обещающий ещё большее количество еды. Общее ощущение расслабленности действовали почти опьяняюще.
- Волнующе, да? - спросил Скотт, потирая ладони друг о друга в предвкушении.
- О да, интересно, что сегодня подадут на десерт, - облизнулся Стайлз.
- Невыносимые, - уже привычно фыркнула Лидия.
По периметру зала висели гобелены с изображением герба Хогвартса. Призраки, летая по помещению, изредка задевали учеников, заставляя тех вздрогнуть и застучать зубами. За профессорским столом царила совершенно обычная атмосфера общего безумия - Дамблдор, хохоча, рассказывал что-то улыбающемуся Флитвику, Макгонагалл, Стебль и Помфри о чём-то любезно беседовали, Хагрид старался не разрушить ничего, Питер ухмылялся, вальяжно развалившись в своём кресле, а Снейп просто прожигал студентов ледяным взглядом.
- Домашний уют, - хмыкнул кто-то над ухом Стайлза, заставляя мальчика обернуться. Конечно, там стоял улыбающийся Уилл.
- Я тоже буду по тебе скучать, милый, - сложил Скотт губы трубочкой.
- МакКолл, вот тебе лишь бы с кем-нибудь пообжиматься, - закатила глаза Лидия под весёлый смех подруг.