Только не из-за новичка.
Стилински как раз облетал одно из колец, когда удача повернулась к нему, наконец, не своим причинным местом. Золотистый блик появился метрах в пятнадцати от парня, и он, не теряя ни секунды, помчался в нужном направлении, думая, что сейчас он долетит, схватит снитч и всё, ведь он-то занимается этим уже столько лет, а Джеймс наверняка и не знает, как летать нужно.
Обязательно.
МакКинни оказался рядом со Стайзом в считанные секунды и сам припустил к земле, не сводя взгляда со снитча. Стилински округлил глаза и подался вперёд, налегая на метлу и заставляя её лететь быстрее, но в следующий миг то же самое сделал и Джеймс. И Стайлз понял.
Они были равны.
Тут не сражение опытного и новенького, сильного и слабого. Они оба одинаковые. По силе, по ловкости. Да у них даже рост был одинаковым.
Джеймс устроил ему битву на равных.
Стайлз выругался и крутанулся на месте, вытягивая руку, но снитч сорвался с места и полетел к трибунам, ныряя под балки. Стилински, выровняв метлу, кинулся следом, надеясь, что Джеймс будет благоразумен и не станет рисковать.
Конечно, через пару секунд МакКинни уже мчался следом за ним, уходя в пике и ныряя под одну из балок, оказываясь в том самом небольшом туннеле. Стайлз чувствовал себя ужасно. Не было того азарта, как обычно, удовольствия от игры. Ему казалось, будто его жестоко обманывают на глазах у всех, позорят. Сердце сжималось, но вовсе не из-за радости от участия в игре.
Стилински петлял меж балок, уворачиваясь и избегая столкновения. Джеймс летел следом и делал абсолютно то же самое, выводя Стайлза из себя. Вот Стилински сделал манёвр и сместился влево, и через миг Джеймс поступил так же, только ушёл вправо, позволяя себе лететь свободно и без помех. Вот Стайлз чуть спустился вниз, огибая одну из балок, и в следующий момент Джеймс облетел её сверху.
Стайлз понятия не имел, сколько они летали по туннелям, являясь абсолютным отражением друг друга, каждого своего движения. В один миг снитч просто вдруг начал подниматься вверх, и Стилински, прекрасно знающий этот манёвр, тут же вылетел на поле, абсолютно точно зная, что Джеймс сделал то же самое.
Стайлз замер на миг, пытаясь рассчитать траекторию полёта снитча, а затем закусил до боли губу, осознавая, какая же ужасная сложилась ситуация. Мячик мчался к земле, и у Стайлза и Джеймса было абсолютно равное расстояние до него. Не было преимуществ, не было отставаний. Они просто были абсолютно равны, в одинаковой ситуации.
И победить мог лишь сильнейший.
Стайлз стиснул зубы и рванул вперёд. Джеймс не отставал от него, летя слева от парня, буквально в полуметре. Вот до мячика остаётся десять метров, семь, пять. Стайлз пытается сделать манёвр, чтобы заставить Джеймса сместиться и не мешать, но тот уворачивается и продолжает лететь вперёд. Три метра, два. Стайлз налегает на метлу и вытягивает вперёд правую руку, и в то же мгновение то же самое делает Джеймс. Метр, половина. Стайлз жмурится и, что есть мочи, ускоряется, вытягивая руку до боли в плече. Секунда, две, три. Пальцы касаются холодного металла, и в следующий миг Стилински резко выравнивает метлу и уходит вбок, оставляя Джеймса совсем немного позади.
Скотт, вскинув обе руки в воздух, с криком подпрыгнул на месте, явно обрадованный победой лучшего друга не меньше него самого. Стайлз, спрыгнув с метлы на землю, сжал снитч чуть крепче и, широко улыбнувшись, взглянул на Джеймса, который, отнюдь не из злобы ему похлопав, усмехнулся и направился к выходу с поля, приняв своё поражение.
Не ликовала только Лидия. Она, нахмурившись, какое-то время просто смотрела на удаляющегося МакКинни, а потом, не выдержав, вскочила на ноги и побежала за ним следом, останавливая парня почти у самого выхода с поля.
- Постой, - крикнула она, мысленно мечтая о том, чтобы её каблуки могли иногда превращаться в удобную спортивную обувь.
- Лидия? - приподнял брови парень, обернувшись на зов. - Чем могу служить? - шутливо отдав девушке честь, улыбнулся он.
- Ты сделал это, - проговорила Мартин, останавливаясь в двух шагах от парня и внимательно глядя на него, чуть хмурясь. - Ты сделал это специально.
- Это вопрос? - спокойно отозвался парень, чуть склоняя голову набок.
- Почему? - нахмурилась Лидия ещё сильнее.
Джеймс несколько секунд бегал взглядом по её лицу, а затем расслабленно улыбнулся, приподнимая одну бровь.
- Я не люблю квиддич, - усмехнулся он. А затем, не давая девушке сказать больше ни слова, он развернулся и пошёл прочь, оставляя рыжеволосую с ещё большим непониманием происходящего.
***
После парни вновь оказались погружены в заботы о квиддиче и предстоящих играх. На места загонщиков были взяты Дэйв Томпсон с курса Лиама и Мейсона и Микки Филтон с пятого. Скотт и Стайлз, как капитан и его негласный помощник, постоянно пропадали на поле, на уроках занимаясь лишь составлением стратегии и тактики.
Лидии ничего не оставалось, кроме как со вздохом принять это. Для парней квиддич - нечто очень и очень важное. Стайлз и так чуть не потерял место, теперь они наверняка должны были вцепиться в подготовку к победе в Чемпионате ещё сильнее.
А потом Лидии вдруг пришла идея. Она листала какой-то старый трактат, и в голове вдруг будто бы что-то зашевелилось. Не теряя времени, девушка направилась к МакГонагалл, осознавая, что, на самом деле, поступок абсурдный.
Но не из-за этого ли она подруга Скотта и Стайлза?
- Профессор, я хотела у вас спросить, - проговорила Мартин, когда Минерва, встретив ученицу, приветливо ей кивнула и усадила в кресло, не забыв предложить съедобного тритона. - Не можем ли мы устроить добровольную поездку для семикурсников?
- Куда, мисс Мартин? - спокойно спросила МакГонагалл, даже не отрываясь от записи чего-то на длиннющий четырёхметровый свиток.