- Вам нужна помощь? - не обращая внимания на дрожащие руки, спросил Стайлз.
- Достаньте из шкафа настойку волчьей лозы, - отозвалась женщина, не сводя взгляда с пациента, осторожно залечивая его раны. Стайлз тут же кинулся к шкафу, чудом не повалив его на пол, и через мгновение вернулся с пузырьком в руках, сжимая пальцы, чтобы не выдать свою дрожь.
- Вот, - произнёс Стайлз, протягивая необходимый пузырёк и сразу же опуская руки, стоило только Помфри принять его.
- А теперь мне нужен отвар лунновки, - дала новое указание Помфри, не глядя на мгновенно умчавшегося Стайлза.
- Вот, - вернувшись через несколько секунд, произнёс Стайлз, протягивая новый пузырёк. Помфри, приняв и его, открутила крышку одной рукой и протянула обратно парню.
- Пей весь пузырёк, - приказала она.
- А? - не понял Стайлз, хмурясь. - Это не для Скотта?
- Давай, - в один голос произнесли близнецы и сами поднесли к губам Стилински бутылочку, заставляя выпить совершенно всё.
- И что же это даст? - даже не поморщившись из-за ужасного вкуса, спросил Стайлз, которого, стоило только ему задать этот вопрос, тут же повело. - О, понял, - пробормотал Стилински, обмякая в руках подскочившего вовремя Фреда.
- Клади его сюда, - проговорила Помфри, указывая на соседнюю койку.
- Но мадам Помфри, зачем? - нахмурился Джордж, наблюдая за тем, как его брат осторожно укладывает почти отключившегося пятикурсника на кровать.
- Его всего трясёт, ещё немного и он бы упал в обморок, - отозвалась женщина и, закончив с заклинаниями, откупорила первый принесённый Стайлзом пузырёк, осторожно капая на плечо МакКолла.
- Мадам, он в порядке? - обеспокоенно спросил Фред, хмурясь и переглядываясь с братом.
- Могу сказать лишь то, что если бы вы привели его чуть позже, то он точно был бы не в порядке, - ответила женщина, теперь уже обрабатывая щёку Скотта.
- Ну класс, - пробормотал Фред, выходя из помещения, чтобы дождаться остальных в коридоре.
***
Малия и Мэтт ввалились в лазарет через десять минут. Через пять к ним пришли Гермиона и Рон, ещё через десять - Айзек и Гарри с Дамблдором позади. Мужчина прошёлся по ранам Скотта своими заклинаниями, и в итоге раны совсем затянулись (только на щеке царапину оставили, посчитав, что она не настолько опасная). Когда Альбус ушёл, в помещение вошли Лидия и Эллисон. Мадам Помфри не могла ничего поделать, так как уходить, конечно, из лазарета никто не хотел.
- А со Стайлзом что? - побледнев, спросила Лидия, округлившимися глазами глядя на Стилински.
- Он спит, - поспешил успокоить её Фред.
- Помфри решила, что лучше нам обойтись одним отключившимся, - усмехнулся Джордж, пытаясь разрядить обстановку.
Все ребята, конечно, переживали, но совершенно не так, как Эллисон. Девушка не говорила ни слова, просто сидела около койки МакКолла и держала его за руку, теперь уже даже не плача. Вероятно, слёзы у неё просто кончились ещё тогда, когда они с Лидией шли в замок.
- Знаете, - протянула Гермиона примерно через двадцать минут, вставая на ноги, - Я думаю, мы пойдём.
- Да, нам пора, - кивнул Гарри, тоже поднимаясь. - Зовите нас, если что, - сказал он и, схватив за руку не желающего уходить Рона, вышел из лазарета.
Затем ребята уходили уже как-то безмолвно. Сначала ушли близнецы, потом решили проветриться и прийти в себя Мэтт, Малия и Айзек, а уж следом за ними и Лидия. Эллисон же ни в какую не соглашалась уходить, так что её так и оставили сидеть у койки МакКолла.
Примерно через час, когда Эллисон уже готова была вновь плакать от накативших воспоминаний, Скотт, тихо вздохнув, начал копошиться, а через несколько мгновений открыл глаза, повергая Арджент в некий шок.
- Ты в порядке? - первым делом спросил МакКолл, вызывая у Арджент очень слабую улыбку.
- Да, - дрогнувшим голосом ответила Эллисон, глядя на парня, сжимающего теперь её ладонь.
- Эй, ты чего? - обеспокоенно спросил Скотт, когда по щеке Арджент скатилась одинокая слеза.
Эллисон, судорожно вздохнув, прикрыла глаза и закусила губу, стараясь не расплакаться. Всё то время, пока Скотт был в отключке, она думала только об одном. Он почти погиб. Из-за неё. Это была бы её вина. Он бы отдал свою жизнь за неё.
Эллисон не могла перестать думать о том, насколько это было опасно. Она сейчас начала понимать давнишние слова отца о том, что близость с кем-то делает тебя уязвимым. Как он говорил, у него такая уязвимость тоже есть, и выражается она в самой Эллисон, в его сестре Кейт, в отце, в жене. В итоге у Криса осталась только Эллисон. Девушка не была готова терять Скотта. Она не хотела, чтобы он был уязвим из-за неё. Она не хотела, чтобы у него была слабость, которая может стоить ему жизни.