- Ты как? — спросил мальчик, немного виновато, но победно улыбаясь.
- Нормально. — отмахнулась Лидия. Подняв с земли шапку, девочка пошла ко входу в замок, но, не успев пройти и половину пути, увидела лежащие рядом ровненькие четыре бугорка. Ахнув, девочка бросилась раскапывать их. Алиса и Соня, кашляя и отплёвываясь, поминали ребят, на чём свет стоит, а Малия и Эллисон, дрожа и стуча зубами, кидали на Мартин взгляды, полные желания убить кого-нибудь. Тем не менее, глядя на подмигнувшую Лидии Тейт, стало ясно, что с девчонками всё в порядке. Облегчённо вздохнув, Мартин пошла ко входу в замок.
- Мы проиграли битву, но не всю войну! — воскликнула Соня и поспешила удалиться.
***
- Как вам удалось не замёрзнуть? — спросила Мартин, сидя на своей кровати по-турецки и поедая отправленные отцом Эллисон леденцы.
- Алиса успела наложить на нас незамерзающие чары. — ответила Малия, стоя на голове. Да, девочкам было скучно.
- А ты почему не замёрзла? Тебя что, никто не преследовал? — спросила Эллисон, голова которой свисала с кровати практически до пола.
- Стайлз не стал меня закапывать, только щекотал. — ответила Лидия и машинально потёрла рёбра.
- Пожалел? -подняв бровь, спросила Тейт.
- Скорее решил, что она может заболеть, и не стал рисковать. — ответила за Лидию Эллисон и неожиданно вскочила. — У нас же обед через десять минут! — воскликнула девочка.
Переглянувшись, девчонки бросились одеваться.
Влетев в Большой зал, девочки, видимо, попали прямо на речь директора, так как взоры всех сидящих обратились к ним, а Дамблдор, стоявший на сцене с распростёртыми руками, посмотрел на девочек с лёгким укором, хотя с губ даже не сошла эта вечная тёплая улыбка. Быстренько прошмыгнув за свой стол, девочки втиснулись рядом с однокурсниками. Прикрыв глаза рукой, Лидия села между Скоттом и Мэттом, напротив Стайлза и Айзека.
- Вы чего? — спросил Мэтт, наклоняясь поближе.
- Забыли совсем. — хлопнула себя по лбу Арджент.
- Ага, если бы Эллисон не напомнила, вообще бы не пришли. — прошептала Лидия, всё так же прикрывая глаза.
- Ой, да ладно, мы тоже забыли. — пожал плечами Стайлз и весело улыбнулся. Лидия в сотый раз поразилась беспечности этого мальчишки.
Оглядевшись, Мартин восторженно вздохнула. По периметру зала стояло, наверное, с десяток высоченных пушистый елей. Каждая была оформлена по-своему, каждая в своей цветовой гамме. Но это совсем не выглядело пёстро или вычурно, это каким-то образом казалось гармоничным и красивым. Подняв взгляд к потолку, девочка увидела тысячи летающий рождественских свечей. Именно рождественских. Такие обычно ставят маглы на камины, а над ними вешают разукрашенные всеми цветами радуги носки. Кстати, за учительским столом стояла (а иногда и летала) голограмма старого доброго Санты, которая иногда совершенно неожиданно выдавала своё «О-хо-хо!».
- ..Поэтому я с превеликим удовольствием поздравляю вас с самым волшебным праздником года! Ну и, естественно, приятного аппетита! — вещал тем временем директор.
По мановению палочки Альбуса на тарелках, как и всегда, появилась куча еды, только сегодня она была оформлена под Новогоднюю тематику. Салаты в виде Санты и оленей, печенья в виде ёлок и целая куча пряничных домиков. Стайлз, как и всегда, в мгновение ока набросился на еду. Глядя на стремительно поглощающих свой обед Стилински и МакКолла, Лидия почему-то не смогла сдержать улыбки.
***
Собирая вечером вещи, Лидия внезапно почувствовала тоску. И, что самое интересное, не по дому, а по Хогвартсу. Она настолько привыкла к этому ежедневному бедламу и хаосу, что в родном поместье, в котором всегда царили тишина и покой, она наверняка будет чувствовать себя неуютно. Первый раз в жизни. Мартин знала, что за те две недели, которые она проведёт без извечных подколов слизеринцев, без нелепости Стилински, без ежедневной злости на него же и его друга, без всего того, что теперь уже воспринималось как должное, ей будет невероятно скучно и тоскливо. Взглянув на смеющихся над чем-то Эллисон и Малию, Мартин тепло улыбнулась. Незаметно встав с кровати и достав из чемодана колдограф, девочка подошла к подругам со спины. Неожиданно просунув руку прямо между девчонками, Лидия сфотографировала их. Честно сказать, колдография получилась очень странная, но забавная. По бокам изображены всё ещё смеющиеся Малия и Эллисон с удивлёнными, но счастливыми глазами, а в центре тепло улыбающаяся Мартин с высунутой вперёд рукой. Проигнорировав изумлённые взгляды подруг, Мартин подошла к чемодану, положила колдограф на место, а фотографию вложила в подаренную Малией книгу. Понимающе хмыкнув, Эллисон забралась в кровать и укрылась почти по подбородок.
- Доброй ночи? — скорее спросила девочка, нежели сказала.
- Серьёзно что ли? В десять вечера? — изумлённо протянула Тейт.
- Завтра и правда вставать рано. — пожала плечами Мартин и застегнула чемодан.
Разочарованно вздохнув, Тейт залезла под одеяло, практически обиженно глядя на подруг.
- Ну что ты, Мал? — весело спросила Лидия, укрываясь пледом и гася свет.
- Я рассчитывала на рождественские истории. — протянула Тейт, показательно натягивая одеяло повыше.
- Рождественские истории? — в один голос спросили Мартин и Арджент.
- У вас что, нет такого? — изумлённо спросила Тейт, даже забыв, что она обиделась. Дождавшись, когда подруги отрицательно покачают головами, девочка раздражённо откинула одеяло и села по-турецки. — Во многих магловских семьях принято за несколько дней до рождества ночью рассказывать друг другу разные рождественские истории. Все садятся рядом и слушают друг друга. Некоторые выдумывают, некоторые рассказывают услышанную когда-то историю.
- А какие истории? — спросила Эллисон, вылезая из-под одеяла.