Единорог: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Пока Мэриан, которая также заметила это, пыталась обдумать, как превратить это в достоинство, лендровер сделал резкий поворот, и перед ней предстало море. От неожиданности она вскрикнула.

Море светилось изумрудно-зеленым цветом, перемежавшимся темно-пурпурными полосами. Маленькие бугорки островов более тусклой зелени, разрезанные пополам тенью, появлялись из него в кольцах белой пены. По мере того как машина, делая крутые повороты, поднималась в гору, картина возникала и исчезала, обрамленная потрескавшимися башнями серых скал, которые, как рассмотрела Мэриан, приблизившись к ним, покрыты были желтым очитком, камнеломкой и розовыми пучками мха.

— Да, — сказал Скоттоу. — Действительно прекрасно. Боюсь, я слишком привык к этому, а у нас так мало посетителей, чтобы посмотреть на все новыми глазами. Через минуту вы увидите знаменитые утесы.

— Здесь живет много людей?

— Это пустая земля. Как видите, здесь почти нет почвы. А вдали от моря большей частью болота. Ближайшее поселение в Блэкпорте — жалкая рыбацкая деревушка.

— А разве в Гэйзе нет деревни? — спросила Мэриан, и ее сердце слегка дрогнуло.

— Сейчас нет. Или едва ли есть. Там были дома рыбаков и постоялый двор. А выше простиралась вересковая пустошь и озеро, куда люди приезжали поохотиться, хотя это место никогда не было фешенебельным. Несколько лет назад страшная буря его уничтожила. Все рыбачьи лодки унесло, а озеро затопило долину. Это нашумевшее бедствие, вы могли читать о нем. А сейчас вересковая пустошь превратилась еще в одно болото, и даже лосось ушел отсюда.

Мэриан подумала с внезапным предчувствием беды, что, возможно, Джеффри был прав. Они вместе изучали карту, на которой Гэйз был отмечен довольно большими буквами, однако Джеффри неодобрительно покачал головой, а Мэриан не сомневалась, что это должно быть действительно цивилизованное место с магазинами и пабом.

Приподнятое настроение и отчаяние так жестоко чередовались в ее душе в течение последнего месяца… Теперь же она поняла, как наивно было предполагать, будто конец путешествия станет началом какого-то счастья. Ее любовь к Джеффри не была первой любовью, но она обладала силой первого чувства, а также глубиной и обстоятельностью, которые приходят с опытом. В конце концов, ока не так уж молода, ей почти тридцать, и ощущение своей прежней жизни как серии сменяющих друг друга декораций заставило ее жадно приветствовать то, что казалось наконец событием. Совершенно разочарованная, она встретила свой проигрыш с яростной рациональностью. Когда стало ясно, что Джеффри не любит и не может полюбить ее, она решила, что должна уехать. Она привыкла — может быть, даже слишком — к своей профессии школьной учительницы. Теперь стало очевидно, что один город, даже одна страна не может вместить их двоих. Она восхищалась этой безжалостностью в себе. Но он восхищался еще больше тем, что произошло потом: после того как она прекратила попытки полностью выбросить его из головы, они нашли наконец-то общий язык и почувствовали доброту друг к другу. Она была щедра — принимала его утешения и испытала чувство болезненного удовлетворения, ощутив его готовность влюбиться в нее. И именно в тот момент, когда она с изумлением обнаружила, что начала, приходить в себя.

Она обнаружила его совершенно случайно, это любопытное маленькое объявление. Джеффри поддразнивал ее, говоря, что на нее просто произвело впечатление громкое имя и мечта о светской жизни. Ее действительно привлекло название Замок Гэйз и отдаленный, предполагаемо прекрасный район.

Упоминалось высокое жалованье, подозрительно высокое, как счел Джеффри, даже если предположить, что это уединенное место. Он вообще был против плана, частично из какого-то чувства ревности и зависти, видя ее так скоро вновь исцеленной и готовой к приключению, — Мэриан отметила это с печальной нежностью к нему.

Мэриан написала, перечислив свои деловые качества, и получила дружеское письмо от Джералда Скоттоу. Последовала переписка, работу ей предложили, но она не сумела разузнать возраст и количество будущих учеников. Также ей не удалось понять по стилю мистера Скоттоу, был ли он другом, родственником или слугой миссис Крен-Смит, от имени которой вел переписку.

Мэриан повернула голову и с любопытством посмотрела на Джералда Скоттоу. Молчаливое присутствие мальчика за спиной смущало ее. Ей очень хотелось оглянуться назад, но для этого она была слишком застенчива. Скоттоу, несомненно, казался одним из дворянчиков по терминологии Джеффри, сразу начавшего дразнить ее. Его произношение и манеры свидетельствовали о том, что он не слуга, и Мэриан предположила, что он, должно быть, родственник или друг семьи. Однако чем же он тут занимался? Такой большой красивый мужчина, с моложавым, свежим, властным лицом, напоминающий военного. Он был шатен, густые вьющиеся волосы ровными локонами касались красноватой обветренной шеи. Его глаза казались понимающими и ясными. Пожалуй, ему было за сорок, и он только начинал полнеть. Тем не менее он производил впечатление крепкого, плотного человека, мускулистого и не лишенного грации. Мэриан перевела взгляд на его большие волосатые руки на руле и вздрогнула. Ей пришла в голову мысль — разузнать, существует ли миссис Скоттоу.

— А вот и утесы.

Мэриан читала о больших утесах из черного песчаника. Подернутые дымкой, сейчас они казались коричневатыми, отступающие рядами огромных контрфорсов так далеко, как только может видеть глаз, изрезанные, отвесные, чрезвычайно высокие, круто спускающиеся в кипящие белые волны. Море, казавшееся здесь черным, смешивалось с пеной, как чернила со сливками.

— Они замечательные, — произнесла Мэриан. Она нашла широкую темную береговую линию отталкивающей и пугающей. Она никогда еще не встречала земли, настолько враждебной человеку.

— Говорят, они грандиозны, — сказал Скоттоу. — Опять же не мне судить. Я слишком привык к ним.

— А есть здесь подходящие места для купания? — спросила Мэриан. — Я имею в виду, можно ли спуститься к морю?

— Спуститься можно. Но здесь никто не плавает.

— Но почему?

— В этом море никто не плавает. Оно слишком холодное. И это море убивает людей.

Мэриан, будучи сильным пловцом, решила про себя, что все равно станет плавать.

Заходящее солнце сверкало в воде и слепило глаза. Она перевела взгляд на землю, ни на минуту не забывая о присутствии за спиной молчащего мальчика. Обнаженная известняковая пустыня отступала, поднимаясь четко очерченными уступами, формирующими низкие горбатые плато, которые лежали одно за другим, — огромные ископаемые чудовища. Несколько жалких красноватых кустиков и невысоких, склоненных к востоку деревьев орешника цеплялись за скалу, окрашенную солнцем в бледно-желтый песчаный цвет.

— Чудесный вид, не правда ли? — спросил Скоттоу. — Конечно, этот пейзаж не всем по вкусу. Но вам следует увидеть утесы в мае или июне. Они сплошь покрыты горечавкой. Даже сейчас там намного больше растений, чем кажется на первый взгляд. Если внимательно присмотритесь, вы найдете странные маленькие цветы и плотоядные растения. Там есть очень интересные пещеры и подземные реки. Вы интересуетесь геологией, цветами или чем-нибудь подобным? Я вижу, вы взяли с собой бинокль.

— Нет, я не геолог. Я подумала, что могла бы понаблюдать за птицами, хотя и о них не очень много знаю.

— Я тоже не знаю о птицах, кроме тех, на которых можно охотиться, но вы, несомненно, встретите здесь редкие экземпляры: вороны, беркуты и тому подобное. Надеюсь, вы любите гулять.

— Да, очень. Но представляю себе, как тут легко заблудиться.

— Да, в Скаррене немного ориентиров — почти нет вертикалей, кроме мегалитов и дольменов. Это очень древняя земля.

Дорога повернула от моря и вилась между невысоких уступов скалы. Ненадежное гудроновое шоссе стало переходить в ухабистую, покрытую гравием дорогу. Скоттоу скинул скорость. Впереди что-то темнело. При приближении оказалось, что это небольшая группа ослов. Среди них было два маленьких осленка, едва ли больше фокстерьеров. Машина осторожно приблизилась к ним, и они лениво переступили своими тонкими ножками. Затем последовал странный крик.

Мэриан воспользовалась случаем, чтобы обернуться и посмотреть на мальчика. Он улыбнулся ей необычайно приятной улыбкой, но она так и не смогла рассмотреть его лицо.