- Извините, - буркнул он.
Во мне забрезжило какое-то предчувствие, неясное, ускользающее. Но пока трудно было расшифровать сигнал непредсказуемого, словно ребенок-вундеркинд, подсознания.
- Вас не затруднит описать внешность Светланы Владимировны? - отозвался я, надеясь на подсказку зрительной памяти.
- Зачем?
- Вы же хотите помочь нашим поискам истины, правда?
Круглов засопел:
- Все женщины красятся. Я понятия не имею, блондинка она, шатенка или брюнетка. За время работы не меньше двух раз меняла колер...
Нехотя стал описывать.
Стройная, привлекательная. С необыкновенными глазами. С необыкновенной улыбкой... И далее в том же духе. Ничего конкретного.
Шеф мямлил. Зам поддакивал.
Для мужчин характерно. Мужчине описать женщину гораздо сложнее, чем женщине - мужчину.
Как правило, наш брат воспринимает общее впечатление, о деталях редко задумывается. У женщин в таких ситуациях всё иначе, те подмечают частности, которые и формируют облик. Хорошо бы с женщиной поговорить, из сотрудниц...
Вряд ли позволят. Фаворитку в коллективе не любят. Шеф это знает. Да и сор выносить не хочет из кабинета.
Я уже почти не сомневался в том, что «крот» - секретарша-любовница. Хотя из того, что мне рассказали, непонятно, как же она сняла информацию, как передала конкуренту.
- Много знаете о сестре?
- Фамилия другая. Но у женщин фамилия - как цвет волос. Живет в небольшом городке у моря...
Я почувствовал холодок в животе:
- Сестра младшая, старшая?
- Они близнецы. Одно лицо. Выросли в детдоме. Не лучшие воспоминания, конечно...
Вот на что намекал ребенок-вундеркинд. Наверное, и здесь совпадения исключены.
Я прикрыл веки. На мгновение вернулся в прошлое. Картины пронеслись вихрем, как при ускоренной перемотке.
3.
Налево - коридор, направо - коридор. Прямо - лестница, ведущая на второй этаж. Вдоль ее перил - развесистые пальмы в лакированных кадках. Зеленая ковровая дорожка между ними.
Что-то прислуги не видно. Спросить не у кого.
Я поднялся на второй этаж особняка.
Налево - коридор, направо - коридор. Солнце, бьющее сквозь арочные окна. Двери.
И куда мне?
Из ближней двери вышел мужчина с нервным, подвижным лицом.
Вот он, клиент.
Пиджак сливочно-белый, черная водолазка, джинсы радикально голубого цвета. Светло-коричневые туфли. Буду работать на него две недели - за очень приличные деньги. Причем шестьдесят процентов гонорара получены и уже разошлись. На долги, на срочные платежи... Но большая часть денег - на врачей. Клиента спас, однако серьезно пострадал от взрыва, которым его хотели отправить на тот свет. Видимо, это последний контракт такого рода.