Периан сжала губы, пока думала:
— Личная Гвардия. Клинки — это только третья часть всех сил. Отряд, в каждом из которых по двести гномов. Два другие отряда — это Серебряные Мечи и Черные Стрелы. Все три отряда сражаются совместно, дополняя свои сильные и перекрывая слабые стороны. Это словно отряды тяжелой пехоты, легкой пехоты и арбалетчиков.
— А ты могла бы не так сильно показывать свою гордость за них? — проворчал Флинт.
Периан выглядела лишь слегка смущенной.
— Старые привычки. — объяснила она.
Флинт присвистнул сквозь зубы.
— Шесть сотен гномов. А против них у нас лишь парочка сотен Агаров. — простонал он. — Может, нам сразу лучше будет сдать Хиллоу?
— Могло быть и хуже. — Периан старалась, чтобы ее голос звучал ободряюще. — У тана в подчинении тысячи воинов, но только Личная Гвардия верна ему одному. Остальные защищают весь Торбардин, а не только Тейваров.
— Как прекрасно. — с сарказмом произнес Флинт, носком ноги ковыряя ямку в снежном заносе.
— Ты забываешь о Базальте. — мягко напомнила ему Периан.
— Отнюдь. — ответил гном холмов, покачав седой головой. — но мы слишком надежд возложили на этого юношу.
— Ну, тогда надо идти. — осторожно сказала она. — За день мы оставим их позади, пока воины Личной Гвардии отдыхают в лагере.
Флинт кивнул, отбрасывая прочь свою меланхолию. Поднявшись вверх по ручью, двое гномов вскоре вернулись к трещине в граните. Там они обнаружили Номскула.
— Ты же должен был строить войска! — укорил его Флинт.
— Остальные ждать внутри. Все смирно. — доложил Номскул, указывая на туннель. — Как им и говорить Номскул.
Неожиданно, из прохода стали выскакивать овражные гномы: Фестер, Кейнкер, Уз, Гарф, Путер и остальные. Они выходили непрерывным потоком, вынося всевозможное оружие: сто пятьдесят Агарпультеров с кинжалами, заткнутыми на пояса мантий, сто Ползучих Кленов со щитами, которые они несли под руками.
Агары организовали возле выхода некое подобие перемешанной толпы. Флинт и Периан кружили вокруг них, словно сторожевые псы, пытаясь не допустить расползания группы, при появлении их командиров.
Последними, но отнюдь не лишними явились Слизневые Бомбардировщики со своими кувшинами, бутылями и горшками с взрывчатой отравой. Флинт не единожды уже предупреждал их чрезвычайно осторожно относиться к емкостям со слизью, поэтому они шли на цыпочках, как можно дальше отставляя от себя свои кувшины, пока выходили на залитый солнцем склон, к своим товарищам.
— Держите их осторожно — очень осторожно! — гаркнул Флинт. — А где носильщики слизневых бомб? — спросил он.
как раз в этот момент, из трещины показались четверо Агаров, держась за ручки два бака ручной работы. Их коренастые тела перетягивали старые кожаные жилеты. В бачки были помещены самые большие кувшины со слизневыми бомбами — до фута в диаметре. Так их можно было переносить более безопасно.
Флинт и Периан, как только могли, стали строить членов своей странноватой армии на горном склоне.
— Собирайте свои отряды! — крикнул Флинт. — Номскул, ты веди Агарпультеров сюда; Уз, поставь Слизневых Бомбардировщиков здесь; а ты, Фестер, выстрой Ползучих Кленов здесь, по центру.
Надо отдать должное Агарам — они попытались выполнить команды своих начальников. Результатом были пара минут чистого хаоса, пока овражные гномы попытались организовать копошащуюся кучу Агаров, где лишь с трудом можно было заметить одинокую руку или различить лицо. Каким-то непостижимым образом, куча умудрилась разбиться на три толкущиеся группки, которые более или менее соответствовали категориям, указанным Флинтом.
Их Король ощутил глубокую обязанность сказать им что-то в напутствие.
— Оставайтесь в постойке «смирно» до следующих приказаний! — гаркнул он.
И вновь, они попытались стоять смирно, но их давнишняя привычка вертеть головами во все возможные стороны, свела «на нет» всю военную идею данного маневра. Флинт только вздохнул.
— Овражные гномы Отстойника, — строго начал он, пытаясь заставить как можно большое количество Агаров смотреть на него. — Сегодня мы отправляемся в великий пох… Уз, ну-ка стань на место!.. В великий поход, чтобы встретиться на поле брани с безжалостными и самоуверенными, жестокими и… Ну, что там стряслось, Номскул?
Шаман возбужденно прыгал на месте и махал рукой над головой, всеми силами держа рот на замке, чтобы не заговорить без королевского разрешения.
— Король слишком много говорить. — пояснил он. — Мы выступать сейчас?
Лицо Флинта стало пунцовым и он бросил на Номскула такой уничтожающий взор, что на его месте, любой мало-мальски понятливый солдат не знал бы куда подеваться. Но так как понятливости у Номскула было явно маловато, он лишь принял эту гримасу за одобряющую улыбку монарха.