Ветры перемен: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И Сэм стала рассказывать. В течение нескольких месяцев, почти с самого переезда сюда, с ней происходило нечто странное. Сначала это были сны — множество сновидений, продолжительных и запутанных, иногда по несколько ночей подряд, и в них всегда происходило примерно одно и то же.

Чарли знала о ее снах. Чаще всего повторялся тот, с рогатым демоном и Сэм, которая неизменно вела красный спортивный автомобиль по извилистой горной дороге вдоль берега моря, хотя Сэм не умела водить машину, а до любого берега были сотни миль.

Сон всегда начинался одинаково, с появления темной фигуры, одиноко сидящей в комнате, похожей на зал в средневековом замке. В камине слабо горел огонь, на столе стояли какие-то кубки, все было зыбко и неясно, как обычно и бывает во сне. Она видела очертания фигуры, но лицо было скрыто в тени. Это были странные очертания довольно крупного человека в свободно ниспадающей одежде, в чем-то вроде шлема с большими изогнутыми рогами по бокам. Она смотрела на него так. словно сама была там, сидела напротив него в кресле. Почему-то она была уверена, что в кубке на маленьком столике налито некое снадобье, которое делает возможным таинственное, смутное присутствие темного человека в кресле напротив.

Внезапно раздавался грохот и треск, очень похожий на электрический разряд, казалось, что-то подхватывало и несло, но не тело ее, а как бы душу. по головокружительному, ослепляющему, многоцветному пути, похожему на взбесившуюся карусель, а тот, темный, в кресле, оставался с ней, и силуэт его чернел на фоне искрящегося огненного круговорота.

Затем была темнота, разрываемая вспышками молний под оглушительные раскаты грома, и вид с высоты на пенящийся океан внизу, бьющийся о черные скалы, и ряд низких гор, образующих зазубренную, извилистую линию берега, и поодаль — пара приближающихся огоньков, двигающихся вдоль берега. Они двое как бы принадлежали буре и медленно двигались вместе с ней к берегу, туда, где буря должна была встретиться с двумя огоньками.

И потом она видела саму себя, ведущую тот красный спортивный автомобиль. Она смотрела на себя с высоты, при вспышках молнии, и, когда они были почти над той, другой Сэм, темная, рогатая фигура произнесла грозным шепотом, который перекрывал грохот бури и прибоя.

— Вот оно! Я был прав. Уравнения сходятся точно. Вот она, кого мы ищем. Минимальное сопротивление, максимальный поток, вероятность успеха свыше девяноста процентов… Вот оно!

Громадная молния вырвалась из облаков и ударила в дорогу чуть впереди автомобиля, ближе к океану, автомобиль внезапно занесло, завертело на залитой дождем дороге, и…

Дальше — чернота.

Таков был первый из снов Сэм, повторявшийся много раз, иногда с небольшими изменениями, но были и другие. Сперва она думала, что все эти кошмары — плод ее слишком развитого воображения, но сны продолжались, и она стала обнаруживать в них некую закономерность.

Сны всегда приходили в те ночи, когда приближалась и разражалась над ее домом гроза.

Сейчас, зимой, Сэм почти избавилась от видений. Почти — до вечера последнего четверга, когда неожиданный теплый фронт столкнулся с очень холодным зимним воздухом и вызвал редкую зимнюю грозу.

Чарли нахмурилась:

— Я не припомню грозы в прошлый четверг.

— Она была очень рано, под утро. Часа в два, может, в три. Ты в это время и атомный взрыв бы не услышала. Можешь проверить по газетам, если хочешь. Гроза была, и я снова видела сон.

— Ты что, хочешь сказать, что удирала от сна?

— Нет.

Сэм проснулась от шума и ярости неожиданной бури и лежала с широко открытыми глазами, чувствуя, что проснулась, и боясь заснуть снова. Вдруг в раскатах грома, в грохоте дождя и града по крыше, в бешено колотившемся в окна ветре возникли голоса, и все в комнате, казалось, стало едва различимым. В почти полной темноте она словно видела все со стороны, не вмешиваясь и не управляя, а словно подсматривая, чувствуя, что ей не полагается быть там, где бы ни находилось это «там».

Это был зал средневекового замка, сырой и довольно мрачный, освещенный факелами и огнем в огромном камине. Она сидела в большом, богато украшенном кресле во главе длинного стола, который выглядел бы нарядно, если бы не малоаппетитное жирное, пережаренное кушанье на стоявшем перед ней блюде. У нее было женское тело, и, когда она протягивала руку за едой и вином, было видно, какие у нее изящные, тонкие пальцы с очень длинными ярко-красными безупречной формы ногтями. Возможно, эта женщина была королевского сана.

Рядом сидел крупный человек с окладистой бородой и волосами до плеч, тяжеловесный и грубый, но роскошно одетый, в накидке с капюшоном. Были еще грубые на вид мужчины, некоторые в сопровождении молодых женщин в шелках и золоте. Но ее поразили совсем, совсем другие.

Один из них — маленький скрюченный человечек, не более трех футов ростом, одетый в серое. и коричневое, с роскошной черной бородой, которая доходила ему до колен, — сидел на особом, очень высоком креслице. Были еще странные существа в малиновых мантиях с капюшонами, из-под которых выглядывали не лица, а скорее морды с лягушачьими ртами и круглыми желтыми немигающими, как у кошки, глазами, в которых отражался свет факелов. У других на длинных, уродливо искривленных, одутловатых лицах выделялись громадные круглые синие глаза, а посередине лба торчал рог, вроде носорожьего. Еще там была женщина с голым костлявым черепом и с клешнями вместо пальцев рук. Наверное, там собралось еще много разной нечисти, но она как будто была больше занята едой и не слишком их рассматривала.

Длинноволосый человек, сидевший рядом с ней, спросил:

— Ваше высочество, полагаю, проблема двойников наконец решена?

Позади нее голос, тот самый, из ее сна, ответил:

— Дорогой лорд Клюэ, все мы знаем, что не существует ничего совершенно определенного, что следует принимать во внимание даже немыслимое. Но до сих пор мы за долгие месяцы поисков обнаружили очень немногих, и вряд ли они представляли собой действительную угрозу. Впрочем, мы устранили каждую из них по очереди. Противник должен обнаружить двойника и каким-то образом перенести его прежде, чем мы сделаем свое дело, а для поиска геометрических мест точек в любом случае существует только один способ. Вы не можете представить себе, на сколько слоев вверх мы прошли, но как только мы думаем, что можно остановиться, мои бури находят следующую, но так далеко… Ну что ж, я разберусь с каждой из них.

— Коль скоро вам так уж необходима определенность, почему бы вам не покончить с собой? — продолжал тот же странный голос. — Что может принести определенность в таком мире, как наш. если не сама смерть. Мы далеко продвинулись в достижении минимально возможного риска, много дальше, чем можно себе представить. Но риск всегда будет существовать, он и должен существовать, Поскольку победа без риска обесценивает награду. Наше предприятие столь грандиозно, что мы рискуем нарушить тонкую ткань нашей реальности и, может быть, даже усилить Ветры Перемен и обратить их на самих себя, но сравните наши цели и возможные альтернативы и успокойтесь.

И тут заговорила ОНА, голосом, похожим на собственный, странно низкий голос Сэм, только Звучал он мягче, нежнее, женственнее, чем тот, которым она обычно говорила, да язык был незнакомый, певучий, нисколько не похожий ни на английский, ни на какой-либо другой язык, который ей приходилось слышать.

— дорогой лорд, к чему эти вопросы? Вам ведомы мои возможности, вам ведомо искусство Клиттихорна-Хранителя. Мы сознательно заключали этот союз. Наши идеи и цели имеют высочайшее значение. Те низкие умы. что в слепоте своей уничтожили вашего сына, чтобы сохранить свои порочные и ничтожные ценности, ныне покушаются и на меня. Мы объединимся и победим либо погибнем — или мы ничего не сделаем и просто умрем, не намного позже и не менее неизбежно. Но если и суждено нам погибнуть, да не будет причиной тому слабость наших душ, коль скоро пока все обстоит благополучно. Высказывайтесь здесь свободно, все вы равны за этим столом.

— Равны, да, кроме НЕГО, — проворчал чернобородый гном неожиданно низким, хриплым голосом. — Мы преданы вам и вашим идеалам до самой смерти, моя леди, но отдать себя в руки другого угнетателя!…

— Хранитель — выдающийся человек, и он мечтает о том же, что я, — ответила она. — Я полностью доверяю ему. и нет никакой надежды на истинную победу без помощи его потрясающего искусства. Я сожалею, что двор и политики не жалуют его, но он всегда служил мне преданно и честно. Отбросьте малейшие сомнения. Мы должны доверять друг другу и поддерживать наш союз.