Авторы не просто создали увлекательное повествование, но и вдоволь посмеялись над многими стереотипами современной западной цивилизации — начиная с пресловутой политкорректности и заканчивая противостоянием «США — арабский Восток». Так что при желании романы можно считать и сатирой, но достаточно легкой и незлобивой.
Поклонниками фэнтези Маккефри, в первую очередь, любима за создание одного из самых масштабных миров — планеты Перн. Похоже, писательница наконец-то решила отдохнуть от бесконечной драконографии Перна и написать нечто для души — милое, компактное и совсем не претендующее на культовость.
Сергей Коротков
Мишель Уэльбек
Возможность острова
Москва: Иностранки, 2006. — 475 с. Пер. с фр. И. Стаф. (Серия «За иллюминатором»). 10 000 экз.
Уэльбек — признанный лидер французской прозы, один из самых популярных авторов мейнстрима. В центре нового романа — история нашего современника, стареющего неполиткорректного комика Даниэля. Неожиданно для себя он оказывается втянут в странную секту «элохимитов», которые верят, что человек создан пришельцами со звезд, и пытаются разработать методики практического бессмертия. Правда, результат далек от ожиданий. После физической смерти «неочеловека» на основе генокода создается новое взрослое тело, в котором благодаря белковым субстратам по дневниковым записям предшественника постепенно формируется новая личность, во многом повторяющая прежнюю. На воссоздание человека уходит пара недель.
В дневнике Даниэля-1 его «потомки» — Даниэль-24 и Даниэль-25 — находят для себя много непонятного. Что такое любовь, зачем человеку смеяться и лить слезы? У «неолюдей» чувствительность нервных окончаний снижена, они не нуждаются в чувственных ласках. Им остается лишь спокойно наблюдать за распадом биосферы и набегами дикарей, ожидая окончательного перехода человечества в электронно-цифровую форму.
Земная цивилизация терпит крах, вытесняется квазибессмертными «неолюдьми» в первобытное состояние. Но нарисованное автором мрачное будущее — лишь незаконнорожденное дитя сегодняшних депрессий и разочарований образованного европейца. Страсть к неограниченному потреблению, жажда чувственных удовольствий и сексуального доминирования, страх перед старостью… Под этим скрывается глубочайший кризис современной культуры, замкнутой на идеологию антропоцентризма. Чтобы изучить природу этого кризиса, Уэльбек вновь обращается к жанровым шаблонам НФ и создает образцовое произведение современной фантастики. По эпическому размаху и широте охватываемых проблем оно сравнимо, возможно, лишь с книгами Азимова и Кларка, но при этом полно горького пессимизма.
Сергей Некрасов
КРУПНЫЙ ПЛАН
Сага о недоделанных Дамблдорах
Сюзанна Кларк. Джонатан Стрендж и Мистер Норрелл. АСТ — Транзиткнига.
Выход этого британского бестселлера 2004 года у нас ожидали с нетерпением. Еще бы: в течение 2005 года дебютный роман Сюзанны Кларк собрал колоритный букет главных жанровых премий — «Hugo», «World Fantasy Award», «Locus» и «Mythopoeic Award». Добавьте к этому список наград, на которые он номинировался, и становится понятно: перед нами самое значительное произведение жанра последних лет. Но вот книга вышла на русском, и нетерпеливое ожидание сменилось… недоумением.
На обложке красуется слоган: «Магическая история Великобритании — для тех, кто уже прочитал Джоан Роулинг». Но объективности ради уточним: чем меньше читатель будет вспоминать о приключениях очкастого волшебника, тем лучше. И для него, читателя, и для автора «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла».
За Сюзанну Кларк, честно говоря, обидно: выйди роман десятью годами раньше, книга определенно вызвала бы если и не сенсацию, то оправданно серьезный интерес. Однако после Дж. Роулинг писать об английской магии можно либо лучше, либо — никак. Лучше у Кларк явно не получилось.
Основная беда романа — его безбожная затянутость. Вытолкнув из себя колоссальную по объему сагу, британская писательница «забыла» обогатить ее увлекательной интригой. А ведь сюжетный посыл книги весьма оригинален, он даже любопытнее, чем в цикле Роулинг.
События «Джонатана Стренджа и мистера Норрелла» развиваются не в нашем мире, а в альтернативном, где в средневековье от эльфов спасу не было и вмешивались они в жизнь простых англичан куда чаще, чем того требуют сказочные приличия. Остроухие выкрадывали человеческих детей и удерживали их внутри полых холмов. Обычно детишкам была уготована незавидная участь рабов, но некоторым все же улыбалось счастье стать приемными детьми эльфийской аристократии. И вот в 1110 году, в дни правления короля Генриха I, на севере Англии появилось эльфийское войско, ведомое Джоном Аскглассом, приемным сыном владыки эльфов Оберона. Аскгласс претендовал на часть английских земель, якобы отнятых норманнами у его настоящего отца-человека. В ходе начавшейся кампании эльфы, используя магические силы, разгромили войска короля Генриха и захватили весь север — от Туида до Трента. Так образовалось два британских королевства — Южное, со столицей в Лондоне, и Северное, где стольным градом провозгласили Ньюкасл.
Четыреста лет правил севером Джон Аскгласс, прозванный Королем-вороном. Четыреста лет росла и развивалась магия на английской земле. Потом Король-ворон исчез. Возможно, он скрылся в Стране фей, возможно, в Аду, однако с тех пор магия начала хиреть и выдыхаться, а к началу XIX столетия на Британских островах и вовсе не осталось ни одного полноценного волшебника.
Сохранялись, правда, общины лжемагов, изучавших волшебство по книгам и любивших о нем посудачить. И вот такому-то обществу колдунов-теоретиков из Йорка в 1807 году неожиданно пришлось столкнуться с самым настоящим волшебником — мистером Гильбертом Норреллом, способным творить истинные чудеса…
Любопытная история, не правда ли? Да только автор почему-то излагает ее шиворот-навыворот. Вместо того чтобы связно поведать предысторию английской магии, С.Кларк начинает свой роман с невнятного эпизода о столкновении Йоркских «волшебников» с мистером Норреллом. Обо всех же предшествующих событиях говорится вскользь и неясно. Вероятно, писательница рассчитывала, что таким образом сумеет привлечь внимание к развитию сюжета. Увы, «завлекаловка» оформлена столь безыскусно, что даже у самого благодушно настроенного читателя начинает сводить скулы от скуки. Неспешная манера повествования, равно как и образы большей части героев, встречающихся в первом томе, также не способствуют тому, чтобы эту скуку разогнать. Волшебники из Йорка выглядят унылыми филистерами, мистер Норрелл — довольно мерзким типом, мелочным сквалыгой и снобом одновременно. Он даже в подметки Альбусу Дамблдору не годится…
А ведь многое в восприятии романа можно было бы исправить незначительными перестановками в драматургии текста: пролог к третьему тому, рассказывающий о пришествии эльфийского войска в Англию, стоило бы сделать прологом к первому. Заинтригованный столь неожиданным изменением хода реальной истории, читатель простил бы автору и затянутую экспозицию, и унылых героев. Ведь действительно было бы интересно проследить, как отразилось правление Короля-ворона на судьбе Британии, да и всей Европы.
Более или менее действие оживляется только к середине фолианта, когда на страницах появляется новое лицо — Джонатан Стрендж, второй великий волшебник XIX века, приход которого в стихотворении-пророчестве возвестил еще Король-ворон. Стрендж, симпатичный сын гнусного отца, верный муж и достойный друг, это единственный по-настоящему запоминающийся персонаж романа. С его появлением книга становится интересней, набирает темп, и самые лучшие страницы романа повествуют о том, как молодой маг помогал герцогу Веллингтону выиграть сначала испанскую кампанию, а затем и битву при Ватерлоо.
Впрочем, не буду раскрывать всех перипетий сюжета, потому что, может статься, кое-кто и пожелает побольше узнать о мире Короля-ворона и Джонатана Стренджа. Но должен предупредить: если ожидать от книги лихих приключений и загадок, ярких героев и непримиримого противостояния добра и зла в волшебном мире магов Англии, то разочарования не избежать. А вот если заранее настроиться на неспешный ритм прозы, имитирующей манеру И.Диккенса и У.Коллинза, на постмодернистскую иронию, пронизывающую многие сцены и эпизоды, и смириться с нарочито невнятным финалом, тогда можно получить от фолианта С.Кларк и некоторое интеллектуальное удовольствие. Одним словом, перед нами очередная «книга для писателей». Коллеги С.Кларк «по цеху» смогут многое из ее текста почерпнуть.
У западных журналистов иногда встречается такая оценка компьютерной игры: «Лучшая игра, в которую никто не играл». И часто непонятно — почему? Рецензенты в таких ситуациях обычно отделываются сакраментальным: «Не цепляет!». Так вот, роман «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» явно стремится к тому, чтобы в нашей стране оказаться «отличной книгой, которую никто не читает». И идея вроде бы интересная, и сюжет ничего, и перевод на уровне, отлично отражающий атмосферу оригинала… А вот не цепляет, хоть ты тресни!
Впрочем, думаю, что благодарные читатели у романа Кларк в России найдутся. Только вот число их окажется существенно меньше миллионной массы фэнов, нетерпеливо ожидающих очередного тома саги о «мальчике, который выжил». Вот и я, пожалуй, отложу на дальнюю полку постмодернистский опыт С.Кларк и примкну к этой толпе сторонников Гарри Поттера.
Глеб ЕЛИСЕЕВ
КУРСОР
Фантастика уже вовсю проявляет себя в политике. Одними из самых рейтинговых вопросов сетевого сообщества президенту России Владимиру Путину на традиционной интернет-конференции стали: «Будут ли использоваться для защиты границ России гигантские боевые человекоподобные роботы?» и «Как вы относитесь к пробуждению Ктулху?». На первый вопрос президент ответил, что все возможно, но пока человек при охране границ гораздо важнее, а поклонникам Говарда Лавкрафта Путин посоветовал обратиться к истинным ценностям и побольше читать Библию, Талмуд или Коран.
Эльдар Рязанов заканчивает работу над художественным фильмом под названием «Андерсен. Жизнь без любви». Лента, посвященная жизни и творчеству знаменитого датского сказочника Ханса Кристиана Андерсена, не является биографической в полном смысле — в ней реальные события тесно переплетены с вполне сказочными историями, недаром рабочий подзаголовок фильма был «Фантазия на тему». Самого сказочника (а также иногда героев его историй) сыграют: в детстве — Ваня Харатьян, сын Дмитрия Харатьяна; в молодости — Станислав Рядинский; в зрелом возрасте — Сергей Мигицко. Кроме того, в ленте задействованы такие корифеи актерского цеха, как Олег Табаков, Вячеслав Тихонов, Лия Ахеджакова, Андрей Толубеев, Мария Аронова.
«Старкон», конвент поклонников «Звездных войн» (уже седьмой по счету), проходил 7–9 июля в московском ДК ВВЦ. В программе присутствовало несколько презентаций ролевых игр «по мотивам», прошли турниры по фехтованию на макетах световых мечей, по тактическим карточным играм, по стрельбе, семинар «Переводы «Звездных войн» на русский язык», доклады, концерты, премьеры фильмов-фанфиков «Холод» и «Ф.О.Р.С.», костюмированные представления.