Зола сверлила его спину взглядом до тех пор, пока он не скрылся среди магазинных полок.
– Извините нас. – Она пыталась придумать какое-нибудь оправдание. – Он… ну вы поняли. Тоже с Луны.
– Он – один из ее цепных псов.
Зола повернулась к обиженной женщине и посмотрела ей в глаза.
– Уже больше нет.
Женщина отвернулась и переставила вентилятор так, чтобы он обдувал Золу получше.
– Настоящая храбрость выражается множеством разных способов. Сами понимаете. – Ее лицо озарилось гордой улыбкой.
– Наверное.
– Может быть, ваш друг был храбр настолько, что согласился стать гвардейцем. А мой сын – настолько, чтобы этого не сделать.
Задумчиво потирая запястье, Зола оперлась боком о прилавок.
– Так что-то действительно случилось? После этого?
– Конечно. – На ее лице смешались гордость, злоба и горе. – Спустя три дня после смерти сына к нам пришли двое. Они вытолкали мужа на улицу и заставили его молить королеву о прощении за то, что воспитал такого вероломного ребенка. А потом они все равно убили его, в наказание. И как урок для остальных новобранцев, замышлявших не покориться королеве. – Ее глаза наполнились слезами, но она сдержалась и выдала полную боли улыбку. – Мне потребовалось почти четыре года, чтобы найти корабль, на борт которого меня согласились принять как беженку. Четыре года я делала вид, что не питаю к ней ненависти. Притворялась, что я – такая же верная подданная, как и все остальные.
Зола тяжело сглотнула.
– Я так вам сочувствую!
Женщина приблизилась к ней и нежно коснулась ладонью ее щеки.
– Спасибо вам за то, что вы смогли противостоять ей так, как никогда не могла я. – В ее голосе зазвенела сталь. – Надеюсь, вы ее убьете.
– Вы поставляете фентанил-десять? – спросил Ясин, вернувшийся из-за стеллажей. Он положил на прилавок три небольшие коробочки.
Сердито поджав губы, женщина забрала портскрин у него из рук.
– Я лучше сама все сделаю. – Она обошла прилавок и скрылась в передней части магазина.
– Вот и я так подумал, – пробормотал он.
Зола подперла голову металлической рукой и удивленно уставилась на него.
– Никогда не думала, что от поста королевского гвардейца нельзя отказаться.
– Некоторым можно. Но многие люди мечтают, чтобы их избрали. На Луне это – большая честь.
– И ты тоже мечтал?
Он искоса посмотрел на нее.
– Нет. Я всегда хотел стать доктором.
Хотя его голос был полон сарказма, детектор Золы не выявил лжи. Она скрестила руки на груди.
– Так кого ты в таком случае пытался уберечь?
– Что ты имеешь в виду?
Раздался скрежет металла об пол: хозяйка двигала пыльные ящики в глубине магазина.