- Генри уже спит. - Робко сказала блондинка.
- Что-то рано он. – Переведя взгляд на янтарную жидкость, брюнетка начала крутить стакан в руке.
- Он очень устал, помогал мне разбирать вещи. Я обустроилась в гостевой комнате, надеюсь, ты не против.
- Вовсе нет. - Реджина оголила зубки в широкой улыбке, оглядывая девушку, сидящую напротив неё. Допив остатки своего напитка, брюнетка скинула с себя туфли на шпильке.
- Ты идёшь спать? - Поинтересовалась Эмма.
- Да.
- Тебя отвести наверх?
- А ты думаешь, я сама не дойду? - Когда брюнетка приподняла одну бровь, Свон начало казаться, что она флиртует.
- Ну, вдруг ты упадешь, или, может, ты устала так, что готова лечь прямо здесь, на диване.
- Хах, ты мила, - теперь настала очередь Эммы краснеть. - Знаешь, да, проводи меня.
Свон держала Реджину под локоть, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Эмма шикала на брюнетку, когда та начала смеяться, рассказывая что-то весёлое, да и блондинка сама не сдерживала звонкий смех. Пожелав друг другу спокойной ночи, женщины скрылись за дверьми своих комнат с улыбками на лицах.
Уже вторую ночь подряд Реджину не мучили кошмары, отчего настроение было на высоте. Миллс начала думать, что это общение с Эммой так благоприятно на неё влияет и, возможно, даже она была права.
Свон уехала в участок, предупредив Генри о том, что ей придётся задержаться на работе, пока мальчик тихо ел на кухне хлопья, залитые молоком, и читал комикс.
В мэрии Реджина слонялась по кабинету без дела. Она пыталась узнать по поводу оборудования в больницу, но на звонок, будто специально никто не отвечал. Позже ей позвонили, узнать номер местного сантехника, отчего Миллс пришла в ярость. На каком основании мэра города сравнили со справочной? Но большую часть времени Реджина провела за ноутбуком, убивая время за игрой в покер.
***
Брюнетка забрала сына позже обычного. На днях Генри заявил родной матери о том, что хочет научиться играть в шахматы, и записался на кружок после школы. После первого занятия, мальчик бежал к матери навстречу с деревянной шахматной доской в руках, что купили ему бабушка и дедушка.
Генри без остановки рассказывал про своего учителя мистера Лофта и про других детей, что были с ним в одной группе. Среди них был один его друг. У Генри вообще было не так много друзей, большинство не хотело иметь что-то общее с сыном самого мэра, а после того, как проклятие пало, над мальчиком даже издевались первое время в классе, но Генри никому об этом не говорил.
Когда рассказ о первом занятии в шахматном клубе закончился, мальчик начал нервно теребить руками свою жилетку на переднем сидении авто, будто боясь что-то спросить, и Реджина заметила это.
- Милый, что-то случилось?
- Нет, мам, я просто хотел спросить, могу ли я пойти сегодня в гости к Эдди?
- Эдди Скаво? - Реджина продолжала внимательно следить за дорогой, боясь пропустить нужный поворот.
- Да. - Миллс вспомнила, что этот мальчик является одноклассником Генри. Хоть Реджина и удивилась, ведь раньше её сын был часто один и редко куда ходил, она все же радовалась за него. Иметь друзей в его возрасте очень важно.
- А его мама не против?
- Нет. Она меня может привезти домой.
- Хорошо, милый, только обещай вести себя прилично. И без происшествий, - Генри широко улыбнулся матери. - Когда тебя отвезти?
- Сейчас.
- А уроки? - Прищурилась Реджина, когда солнце начало светить прямо в глаза. Опустив козырёк, мэр направилась в сторону дома семьи Скаво. Вот что-что, а память у неё была хорошая.
- Я с Эдди сделаю, обещаю.
- Ладно.
Реджина лично передала сына в руки Роуз Скаво, рыжеволосой женщине, что пообещала привезти Генри не позднее девяти часов вечера, а после Миллс направилась домой, продолжая радоваться за сына, который громко хохоча, побежал с другом играть на задний двор.