Протоколы с претензией: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   Еврей в Европе – лакей.

   В России – шут.

   В Германии – символ стойкости.

  Баронесса уже слышала от Б. о его классификации. Она даже знает, что к такому определению евреев Германии он пришел, когда услышал от кого-то о пожилой немке, которая сказала своим еврейским соседям: “Чего уж, живите, – ведь вас, как тараканов, окончательно вывести невозможно”.

  – Ты слишком суров к ним, – нахмурилась тогда Баронесса. – Это всего лишь люди, им предложили возможность пожить лучше, они согласились.

  – У этого “лучше” – аромат того самого “мыла”, – упрямо ответил Б. – Ты бы с этим мылом пошла в душевую? Ведь это всего лишь мыло! А немцев я вполне понимаю, – продолжил он, – в возвращении евреев есть что-то успокаивающее. Вот ведь только выветрились газы – и они вернулись. “Род проходит и род приходит...” Это не о тараканах сказано у Екклезиаста?

  – Вы обратили внимание, как выглядят приезжающие к нам по делам американцы англосаксы? Веселые, непринужденные, раскованные – в общем как жители Еврейского Государства, дворяне как дворяне, – вступил Б.

  – А американцы-евреи?

  – А американцы-евреи серьезны, внушительны, на нарушение дистанции, тем более на фамильярность, реагируют болезненно.

  – И что это означает?

  – Что все-таки не хватает им уверенности. А так ничего – богаты, устроены, признаны, ничего не скажешь.

  – Не стыдно тебе так отзываться о них? Ведь они нам помогают, сочувствуют нам,– упрекнула Б. Баронесса.

  – Стыдно, – сказал Б.

  – И что, совсем нет раскованных американских евреев? – спросила она.

  – Ну что ты, конечно, есть.

  – Кто?

  – Роберт Де Ниро.

  – Он же итальянец.

  – Он сыграл стольких евреев, что это не могло не отразиться на его самоидентификации!

  Не откладывая дела в долгий ящик, Кнессет решает присвоить Роберту Де Ниро звание Почетного Еврея.

  – Без обрезания? – поинтересовался А.

  – Конечно, без, – ответил Я. – Мне рассказывал один приятель, который проделал эту процедуру в зрелом возрасте, о том, какая это была мука, когда у него каждое утро лопались швы.

  А. понимающе хмыкнул, и все посмотрели на него с изумлением, но он мрачно молчал, и всеобщее осуждение обрушилось на засмеявшуюся Баронессу.

    – Проблемы женщин никогда не являются для нас объектом насмешек, – сказал ей Б. с укором.

  А. согласно кивнул. Баронесса попыталась было сделать строгое лицо, но тут же снова засмеялась.

  – Вернемся к Де Ниро, – сказал Я.

  – Не пейте слишком много субботнего вина, – советует актеру заботливый Кнессет, – от него может заболеть желудок и вспучить не только живот, но и мысли.

  Кнессет пытается объяснить господину Де Ниро, как заправляются брюки в носки по внесезонной моде ортодоксальных евреев.

  – Этому я еще вас научу, – гордо отказался Де Ниро.

  – Поздравля-яем! – машут члены Кнессета в экран телевизора, – Р-о-берт!