Октавия повернула трясущуюся голову, чтобы взглянуть на Талоса. Тот сидел относительно спокойно, позади него к стене капсулы было пристегнуто его оружие. Она даже не была уверена, что это он кричал через вокс-динамики.
Ксарл откинулся назад и взвыл в полный голос. Динамики шлема исказили звук, добавив дребезжания, однако громкость от этого никоим образом не уменьшилась. Четверо смертных прикрыли уши, даже Пес, который из-за того, что капсулу трясло, не мог сказать ни слова. На фоне грохота его слабый голосок было бы невозможно услышать.
— Пятнадцать секунд, — крикнул ей Талос.
— Хорошо.
— Всегда хотел собственный корабль, — наклонившись вперед, заорал Сайрион. — Талос, можешь забрать себе следующий, который мы украдем.
Октавия вздрогнула от шума, но все же улыбнулась. Она поймала взгляд Септима, сидящего в другом конце капсулы. И впервые за все время обнаружила, что не в силах выдержать его.
— Пять. Четыре. Три. Два. О…
Ей никогда прежде не приходилось ощущать ничего похожего на этот удар. Несколько секунд, от которых замерло сердце, ей действительно казалось, будто она умерла. Невозможно пережить сотрясающее кости столкновение с корпусом боевого корабля на такой скорости. По сравнению с грохотом удара предшествующий звук полета капсулы казался тихим, как полуночный башенный сад ее отца. На его фоне были незначительны гром и раскатистый шум бившихся о корпус волн варпа. Она прикрыла уши, но все равно была уверена, что будет слышать этот опустошительный океанический гул всю свою оставшуюся краткую и лишенную слуха жизнь.
Она попыталась сказать: «Кажется, я умерла», но не услышала собственного голоса.
В дальнем конце капсулы заструился свет. Искусственное бледное и нездоровое свечение ворвалось внутрь и принесло с собой непрошеный смрад. Октавия закашлялась от острой вони немытых тел, ржавого металла и людей, которые испражнялись под себя ради мгновения тошнотворного тепла в мерзлых коридорах.
— Уф, — фыркнул один из Повелителей Ночи. — Тут разит, как в Зенице Ада.
Талос молча сорвал со стены оружие и вышел из капсулы. Братья последовали за ним. Рабам пришлось бежать, чтобы не отстать. Октавия выбралась последней, уже явно в сотый раз проверяя свой пистолет.
— Vishi tha?— раздался голос изнутри капсулы.
Впереди в коридоре она видела Септима, Марука и гигантские фигуры Первого Когтя. Какое-то мгновение Октавия не могла ни двинуться следом, ни обернуться.
— Vishi tha? — снова спросила маленькая девочка. Судя по звуку, она сидела в капсуле на одном из огромных тронов.
— Ты мертва, — выдавила Октавия сквозь сжатые зубы. — Давно мертва.
— Я все еще могу тебя убить, — сладким голосом произнесла девочка на готике. Октавия обернулась, вскинув пистолет и целясь в пустую капсулу.
— Не отставай, — окликнул ее Септим. — Идем.
До сих пор это была весьма бескровная операция — за исключением нескольких прискорбных инцидентов — и Вариэль смотрел на оккулус с чувством, близким к гордости. Экипаж нервничал, сомневался и волновался, загрязняя воздух запахом пота и страха. Вариэль ненавидел дышать всем этим. Он надел шлем просто для того, чтобы не дать человеческой вони попасть в легкие, удовлетворившись затхлым воздухом системы жизнеобеспечения доспеха.
Он был не в силах понять, почему подобное кажется Повелителям Ночи опьяняющими.
Флот Красных Корсаров оставался на низкой орбите, демонстративно сконцентрировавшись на планете, которая находилась внизу. Вокс и ауспик были бесполезны, и невозможно было знать наверняка, заметил ли вообще какой-либо из кораблей микроскопические абордажные снаряды, пронесшиеся в пространстве к корпусу «Эха».
Громадные размеры флота сами по себе служили маскировкой. Ни одна столь крупная армада не могла позволить своим кораблям дрейфовать рядом на орбитальной стоянке. При построении флотилии требовалось рассчитать, чтобы между наиболее крупными крейсерами были сотни километров. Между громоздкими боевыми кораблями перемещались эскорты, готовые среагировать на угрозы, которые бы возникли из варпа вне системы.
Вариэль наблюдал, как мимо проплыл отряд эсминцев. Их обтекаемые кинжальные носы рассекали пространство между «Заветом» и «Эхом». Скорость отряда все время оставалась неизменной. Двигаясь по постоянно изменяющимся дуговым траекториям, они полетели сквозь пустоту к другому скоплению крейсеров.
Обычный патруль. Все в порядке.
— Повелитель? — позвала женщина-офицер, которую он невольно и неофициально повысил, только из-за того, что она была рядом в момент убийства.
— Да?
— Капитан Калеб… активен, сэр.
Он ждал недолго.
Очистка не была несчастным случаем или простым сбоем. Системы тревоги биоатаки внутри ангара не включились, что исключало наличие реальной угрозы. На пусковой палубе сохранялся вакуум, входы были лишены щитов и открыты пустоте. На немногом оставшемся в ангаре оборудовании мерцал тонкий налет ледяных кристаллов, окрашивавших металлические десантно-штурмовые корабли морозной патиной.
Корабли еще не были заправлены. Это исключало наиболее очевидный выход, даже если бы двигатели удалось запустить в холодном вакууме.