Чувства существа вернулись в его разум, словно хлесткий удар чрезмерно натянутого каната. Потребовалось несколько тошнотворных мгновений, чтобы угасло восприятие Люкорифа — омерзительное ощущение человеческой плоти, невыносимое зрение глаз, созданных в материальном царстве и слепых к тонкостям эфира.
— Кровоточащие Глаза на грани успеха, — прорычало создание.
— Приказы, мой повелитель? — спросил палубный офицер.
Демон подался вперед на троне. Доспех зарычал, но его громкости не хватило, чтобы скрыть ужасающий скрип и треск нечеловеческих мышц.
— Вперед на две трети.
— Есть, повелитель.
Возвышенный внимательно посмотрел на оккулус, прежде чем ввести несколько поправок в гололитическое отображение системы.
— Встать на траверзе первой орбитальной защитной платформы. Запустить «Громовые ястребы», чтобы забрать десантные капсулы до прибытия Корсаров.
— Как пожелаете, повелитель.
— И приготовить варп-маяк. Как только наши «Громовые ястребы» окажутся на подлете к доку, вызвать флот Гурона.
XX
ПАДЕНИЕ ВИЛАМУСА
Сайрион присоединился к ним последним. Он с грохотом вбежал в комнату, держа в руке болтер, и чуть не поскользнулся, тормозя на каменном полу с вытравленными литаниями.
— Я заблудился, — признался он.
Ксарл и Талос с натренированной плавностью совершили одинаковые движения, заняв позиции по обе стороны широкого дверного проема, через который только что вошел Сайрион.
— Похоже, ты привел с собой друзей, — заметил пророк. — Сколько?
Сайрион стоял рядом с Меркуцианом, они оба подготавливали болтеры. Узас не обращал внимания на братьев, но его рогатая голова задергалась с нетерпением охотничьего пса, когда он услышал приближающиеся шаги.
— Достаточно, — сказал Сайрион. — Десятки. Но это всего лишь смертные. Я не видел ни одного Странствующего Десантника.
Воин, наконец, осмотрел помещение, отметив, что огромный круглый зал полностью очищен от мебели. Все мертвые тела, скамьи и изукрашенные столы оттащили к стенам, оставив центр пустым.
— А вы были заняты, — отметил Сайрион. Остальные оставили его комментарий без внимания, что его не удивило и не расстроило.
Талос ударил потрескивающим клинком меча по каменной кладке, чтобы привлечь внимание Узаса. На ней осталась подпалина.
— Болтер, — произнес он.
— Что?
— Пользуйся болтером, брат. Мы держим оборону в этом помещении. Нападает слишком много врагов.
Узас заколебался, возможно, не понимая. Он посмотрел на топор и гладий, которые держал в руках.
— Пользуйся болтером, — бросил Ксарл. — Посмотри, мы прижались к стене, урод. Похоже, будто мы нападаем?
Наконец Узас убрал оружие в ножны и отстегнул болтер. Пророк заметил это, и его кольнуло воспоминание. Это была та же реликвия, которой Малхарион почтил деяния Узаса в более светлые, лучшие времена.
— Узас, — сказал он.
— Ммм?
Талос слышал, как приближаются шаги и богатые ругательствами ободряющие крики взводных офицеров.
— Брат, я помню, когда тебе вручили это оружие. А ты?