Перед бурей (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— О чём загадываешь? — поинтересовался он небрежно.

— Чтобы ты нашёл своих, — просто сказала Мона. — И чтобы вспоминал нас хотя бы иногда.

Гарий сглотнул. Зашарил рукой у пояса, решая, то ли повязать просто гашник, то ли отхватить ножом клок от подола рубахи.

— Я вовсе не собираюсь уезжать…

— …Прямо сейчас, — докончил за него Александр, вдруг появившись рядом. Его ладонь легла на плечо ученику. — Так что у вас ещё будет время…

Учитель посмотрел на дерево.

— У нас повязанное лентами дерево считалось колдовским. Мол, злые Еретики насылают проклятья и болезни на честных людей.

Дети посмеялись вместе с ним, и учитель ушёл, потянув Гария за собой.

До самого вечера у Гария не было возможности поговорить с Моной. Учитель утащил его к травному дому, где под наскоро сбитыми навесами собирали фургоны. Представительный мастер гонял сыновей и подмастерий и озадачивал всех попадающихся под руку поручениями типа подай-принеси-найди-скажи. Визжали пилы, сыпля жёлтые опилки, стучали топоры. Вкусно пахло деревом.

Позже запахло менее приятно, пропиткой для дерева и плотной парусины, предназначенной на обтяжку фургонов. Основная работа кончилась, и Гарий подумывал, не удрать ли ему. Решил, что не стоит — мало ли какие ещё работы нужно сделать.

Собирая щепки и опилы, вспомнил своё обещание. Подобрал подходящую деревяшку и принялся резать, устроившись в наветренной стороне от вонючего действа. Рядом дядька Шон и сыновья собирали запасные колёса, Бэзил тоже расположился со своими ремнями и дратвой.

Несколькими уверенными резами наметив форму будущей игрушки, Гарий заработал ножом и скоро позабыл обо всём.

— Ловко выходит, — одобрил дядька Шон, заглядывая ему через плечо. Гарий невольно вздрогнул. — Не думал мастером деревянных дел стать?

— Нет, — мальчишка покачал головой и хотел объяснить, что вообще-то собирается уехать на этих самых фургонах, скелеты которых стоят под навесами. Что за нужда учиться какой-нибудь работе, если не знаешь, пригодится ли она там, куда едешь? Вот если поиски окончатся благополучно, и мать согласится отправиться назад, в земли страшных Еретиков, тогда можно задумываться о ремесле… Пока Гарию было интересно всё, и он учился всему понемногу, благо среди друзей-приятелей было немало знатоков разных дел, которые лишь из-за недостатка возраста и опыта не были пока подмастерьями. А Кнопка так и вовсе ухитрилась…

С Кнопки мысли перескочили на её подругу, и тут-то Гарий вспомнил, что никуда не едет. А ведь в самом деле, теперь придётся выбирать себе ремесло, учиться, и не как-нибудь, а старательно и вдумчиво.

— Нет, не задумывался, — и он по-новому посмотрел на фургоны.

— Так вот, подумай, — посоветовал дядька Шон. — Чутьё к дереву у тебя есть…

Гарий благодарно кивнул и обещал подумать. Дядька начал было расписывать, какое у дереводела необходимое ремесло, вдруг крякнул и заткнулся. От него потянуло досадой и презрением, почти брезгливостью. Мясистые губы зашевелились, сплёвывая беззвучные ругательства.

Троллик удивлённо вскинул глаза.

Из травного дома медленно выковылял давешний берич. Он немного поправился, но выглядел всё ещё болезненно. Высокий, когда-то, должно быть, тяжёлый и мощный, но сейчас свободная одежда болталась на нём как на тренировочном болване. Лицо худое, вытянутое, заросшее жёстким чёрным волосом.

Берич опирался на корявую палку и жмурился от солнца. И, наверное, от чужих недобрых взглядов, устремлённых на него со всех сторон.

Кое-то, впрочем, смотрел удивлённо.

— Это ещё кто? — пробормотали за спиной. То ли не узнали, то ли не слышали это историю.

Дядька Шон повернулся к младшему сыну и что-то негромко сказал. Тот удивлённо уставился, вздрогнул от резкого окрика и метнулся прочь.

Вернулся очень быстро, сжимая в руках трость. Палка была сделала с любовью и тщанием — искусная резьба, оплётка из подрезанных и оставленных на дереве полосок коры, прозрачный лак, набалдашник и пятка из меди.

— Папа, — жалобно начал парень. Шон зыркнул, и сын неохотно сделал шаг к травному дому.

Тут берич, который всё ещё неловко топтался на его пороге, повернулся и вошёл внутрь, словно выдавленный с улицы чужой неприязнью. Колыхнулась занавесь с иеро "вита", Жизнь. Юный древодел беспомощно оглянулся на отца, Шон снова тихо выругался и жестом подозвал его.

— Потом вручим подарок… — буркнул, забирая трость. — Проводник его проводи, выполз, выползок болотный, всё настроение испохабил… Наум!.. — рявкнул.

Из-под навеса, где возились люди химического цеха, явился шустрый старичок.

— Чего тебе, Шогонар? — спросил, близоруко щурясь.