НЛП. Современные психотехнологии: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Даже два человека визуального типа, которые, казалось бы, должны прекрасно понимать друг друга, общаясь посредством обмена яркими зрительными образами, тем не менее могут не получать никакого удовлетворения от беседы, если один из них – неисправимый ворчун, а другой – стопроцентный оптимист. Каждый из этих людей в полную силу использует особенности своего сенсорного восприятия, общие для них обоих, но придерживается при этом собственной жизненной стратегии.

Ваш подход к работе и вообще к жизни, оптимистический или пессимистический, может послужить хорошим примером макростратегии высшего уровня, или мета-программы. Слово «мета» имеет греческое происхождение и означает «над», «за» или «на ином уровне». Мета-программы определяют развитие огромного количества самых разных событий на нижележащих уровнях. Вплоть до того, как вы прореагируете на брошенное мимоходом замечание шефа, какой фразой начнете письмо или как вы решите провести свой отпуск. У каждого из нас на уровне психики существуют такие чрезвычайно устойчивые программы, которые пропускают через некий фильтр все намеченное нами. Отбрасывая то, что не соответствует определенному критерию, эти программы в значительной степени определяют наше поведение.

Мета-программы обычно описываются психологами вне зависимости от их конкретного содержания. Не имеет значения, о чем вы размышляете: о месячном отчете, дне рождения Лизы или же о предстоящем шахматном турнире. Каким бы ни было конкретное содержание события, каждый человек фильтрует свой опыт в соответствии со сформировавшимися у него представлениями о реальности.

Подстраиваясь к стратегии поведения собеседника, можно значительно повысить эффективность общения с ним, как и при любом другом способе воплощения принципа уподобления. Два тревожных человека прекрасно проведут вместе время, поверяя друг другу свои бесконечные терзания и беспокойства. Точно так же оптимистично настроенный предприниматель, представитель академической науки или политический деятель получит удовольствие от общения с людьми сходного с ними типа. Успешность общения может быть значительно повышена, если собеседники постараются понять друг друга и, по возможности, подстроиться к стратегиям друг друга.

Как часто бывает, что скучный, натянутый разговор вдруг оживляется, когда его участникам удается найти общую тему! Итак, необходимым условием эффективного общения является стремление понять базовые стратегии мышления, или мета-программы собеседника. Именно они и составляют карту его реальности, без осознания которой невозможно установить с ним контакт.

Давайте рассмотрим несколько примеров подобных мета-программ.

Все мы стремимся поступать так, чтобы испытать как можно больше удовольствия и как можно меньше боли. Конечно, у каждого свои представления об удовольствии, и то, чем один человек наслаждается, другой может считать сущим наказанием. Но при этом одни люди склонны стремиться к тому, что приносит удовольствие, в то время как другие стремятся убежать прочь от того, что может причинить им боль. Эти два мотива могут привести к сходным результатам и быть в одинаковой степени сильными. Хотя позитивный обычно все же бывает более выраженным.

Один человек будет говорить о том, чего он хочет, а другой – о том, чего он не хочет. Одного по утрам поднимает с постели мысль, что произойдет нечто ужасное, если он сейчас же не займется делом. Другой же каждое утро просыпается в предвкушении новых удовольствий, пусть даже самых обычных, которые готовит ему день. Один, размышляя о старости, ломает голову над тем, как бы понадежнее защитить себя от ужасов финансовой зависимости и одиночества, другой же, находясь в аналогичной ситуации, думает о преимуществах, которые влечет за собой выход на пенсию. Один человек постоянно говорит сам себе: «Если ты не сделаешь, то…», в то время как другой думает: «Если сделать это, то…». В некоторых случаях люди считают счастьем простое отсутствие страданий, хотя чаще они все-таки имеют более высокие требования к жизни.

Выработка наших стратегий происходит в процессе приобретения нами уникального и разнообразного жизненного опыта, особенно в детские годы, когда мы испытываем на себе наиболее сильное влияние со стороны окружающего мира.

Как правило, каждому из нас свойственна какая-то преобладающая ориентация, и хороший контакт может возникнуть только между людьми сходной ориентации.

Нас побуждает к действию надежда на какое-то вознаграждение за наши труды. Но если один человек имеет некое внутреннее мерило успеха и чувствует удовлетворение от хорошо выполненной работы, другой человек нуждается в каком-то внешнем признании. Другими словами, для одного главным является внутренний критерий оценки его деятельности, а другой в большей степени ориентирован на ее внешнюю оценку.

Человек, для которого наиболее важна внутренняя оценка, будет прекрасно справляться с заданиями при условии ограничения числа контактов с окружающими людьми, отсутствия постоянного внешнего контроля и необходимости получения каких-то осязаемых, вещественных результатов. Этот человек обычно все «и так знает», у него нет необходимости прислушиваться к мнению окружающих, он и так «чувствует», что все хорошо. А другого человека надо постоянно «подстегивать», пусть даже в самой мягкой форме, для того чтобы он не утратил четкого ориентира. Широкое использование всякого рода свидетельств признания вроде различных сертификатов и грамот (например, «лучшему работнику торговой сети») обусловлено потребностью многих людей во внешних критериях успеха.

Обычно недооценивается то обстоятельство, что люди, для которых наиболее важна внутренняя мотивация, мыслят и действуют несколько иначе. Они способны брать на себя большую ответственность при условии отсутствия постоянного мелочного надзора или же могут продуктивно работать над долговременными проектами, которые не предполагают каких-то промежуточных результатов. Возможно, все, что им нужно, – это чтобы кто-то лишний раз заметил: «Неплохо сделано».

Человек, ориентированный на внешние критерии оценки своей деятельности, будет обращать внимание на рекомендательные письма или на громкие имена, как бы невзначай упомянутые в разговоре. На человека же с доминирующими внутренними мотивациями все это не произведет особого впечатления.

Попробуйте определить характер доминирующей стратегии (внешний/внутренний) своего шефа, коллег или подчиненных. Если вам это удастся, вы сможете более успешно общаться с ними, поскольку теперь будете знать их «слабое место». Одному может быть достаточно короткого «благодарю вас», другому же необходимо более убедительное подтверждение успешности в делах (например, принятие на вооружение разработанной им стратегии другими отделами компании или даже конкурирующей фирмой). В некоторых случаях признание должно быть выражено публично или иметь некоторые осязаемые проявления. С другой стороны, щедрые похвалы, а также разного рода награды и премии могут совершенно не побуждать к действию людей, у которых на первом месте стоит интересная и творческая работа.

Такого рода стратегии не определены раз и навсегда, часто мы ведем себя так или иначе в зависимости от конкретной ситуации. Например, заняв более высокий пост, человек может в большей степени начать ориентироваться на внешние критерии успеха, несмотря на то что до этих пор он в основном полагался на внутренние критерии. Но характер доминирующей стратегии человека обычно можно определить более или менее четко. Если вам это удастся, вы сможете значительно успешнее побуждать этого человека к тем или иным действиям. И это будет стоить вам гораздо меньших усилий.

Еще одним параметром, по которому люди отличаются друг от друга, является их отношение ко времени. Одни как бы обитают в прошлом, другие устремлены в будущее, а третьи живут только сегодняшним днем. Целеустремленный человек, четко сознающий, чего он хочет от жизни, обычно довольно много времени затрачивает на размышления о том, куда он идет и каковы возможные результаты его деятельности. Скорее всего, человек визуального типа при этом будет стремиться ясно и отчетливо увидеть в воображении итог своей работы. Но в аналогичной ситуации другой человек визуального типа столь же отчетливо вспомнит какие-то события из прошлого, словно он постоянно носит их в себе и именно они определяют его сегодняшнее поведение. Такому человеку сложнее будет справиться с жизненными трудностями, найти новые способы решения проблемы.

Культурные традиции определенным образом отражаются на нашем восприятии времени. Западный человек склонен воспринимать время линейно, как некую прямую, вдоль которой он движется. Базовая же концепция времени в рамках арабской культуры предполагает вечно длящееся настоящее и прошлое, которое всегда находится позади нас. Эти различия в представлении нашей, так называемой индивидуальной «оси времени» отражаются на нейрологическом уровне в тех понятиях, которыми мы оперируем, вспоминая прошлое или представляя себе будущее.

Большинство людей представляют образы прошлого и будущего перед собой, как бы глядя на них со стороны. При этом прошлое обычно располагается с одной стороны, а будущее – с другой. Такой тип восприятия времени получил название «сквозь время».

Некоторые представляют время в виде некой прямой, проходящей спереди назад. При этом прошлое располагается позади, и некоторая часть времени оказывается как бы «внутри» нас. В этом случае, для того чтобы вспомнить события прошлого, вам придется как бы обернуться назад. Этот тип восприятия получил название «во времени», поскольку часть временной оси находится внутри нас. Как и тогда, когда мы имеем дело с другими стратегиями мышления, довольно трудно представить себе, как это другие могут воспринимать мир иначе, чем мы.

Подобные различия в восприятии времени могут определенным образом сказаться на эффективности общения. Наше субъективное время до сих пор во многом является загадкой. Так, когда мы засыпаем, то и время для нас как бы останавливается. Наутро же, через несколько часов после этой остановки, оно возобновляет свой бег. Нечто похожее происходит, если нам случается задремать днем или просто глубоко погрузиться в свои мысли (такое состояние называют «вне времени»). И наоборот, когда мы сосредоточены на реальности настоящего, мы явственнее ощущаем ход времени. Время может тянуться или лететь в зависимости от того, чем мы занимаемся. Наше восприятие времени постоянно меняется. Но, несмотря на это, у каждого из нас есть некие неподверженные внешним и внутренним влияниям индивидуальные особенности этого восприятия. Одному человеку часто случается «упустить момент», тогда как другой «ни разу в жизни не опаздывал». Следует постоянно помнить об этих различиях, а также о том, как они влияют на процесс общения.

Мы должны осознавать, что восприятие времени другими людьми может существенно отличаться от нашего, вследствие чего общение может оказаться неэффективным. Но, так же как и сенсорные предпочтения, те или иные характерные слова и обороты могут дать ключ к пониманию человека. Фразы типа «Я не вижу никакого будущего» или «Я представляю себе нашу будущую встречу», возможно, следует понимать куда более буквально, чем мы это делаем. Аналогично, произнесенная каким-либо человеком фраза «Я должен заглянуть в прошлое» точно отражает тип восприятия времени, характерный для этого человека.

Наиболее ярко различия между людьми типа «сквозь время» и типа «во времени» проявляются в процессе межкультурных взаимодействий. Многие никак не могут понять, что такие понятия, как «африканское время» или «арабское время» отражают различные типы восприятия времени. Ведь время – это прежде всего его образ в нашем сознании. Но даже люди, сходным образом воспринимающие время (например, люди с типом восприятия «сквозь время»), могут по-разному его себе представлять. В одних случаях прошлое может представляться менее сфокусированным, чем будущее, в других же случаях – наоборот. Это зависит от того, какое значение каждый из нас придает настоящему, прошлому и будущему.

Отчетливое представление и прошлого и будущего обычно означает, что человек в достаточной степени осознает движение времени и поэтому может быть, например, хорошим диспетчером. Человек, менее четко представляющий себе временную ось, в большей степени живет настоящим. Он не видит особого смысла в соблюдении какого бы то ни было режима. Поэтому легко может пропустить назначенную встречу. Корни этих различий уходят в глубь нашего сознания (и затрагивают даже уровень электрохимических процессов).

Определите сами, каким образом воспринимают время ваши знакомые.

• Что их больше всего заботит, живут ли они преимущественно прошлым или будущим, или всецело поглощены настоящим?

• Каким видится им будущее – ясным и светлым или же туманным и угрожающим?

• Как они представляют свое далекое прошлое и события недавних дней?

• Насколько реальны их представления о прошлом и о будущем? И могут ли эти их представления призвать к действиям?

Вы лучше поймете человека, если допустите, что между вашими способами восприятия времени (а следовательно, и между вашими картами реальности) могут существовать значительные различия. Используйте соответствующие слова и выражения, чтобы подстроиться к собеседнику. Так же как вы подстраивались к его сенсорным (зрительным, слуховым или осязательным) предпочтениям. В случае неудачи у вас просто испортится настроение, но в следующий раз вам наверняка повезет. Вы сделаете более осмысленный выбор соответствующего типа поведения.