Наша тайна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Дело не в деньгах.

Она прикрыла глаза рукой. Странно, раньше они с Грэгом всегда разговаривали в это время дня. Это был один из немногих периодов, когда он не беседовал по телефону и не сидел за компьютером. Тогда Дебора не обращала на это внимания. Сейчас это ее беспокоило.

— Хорошо, — сказал Грэг. — Я все пытаюсь дозвониться Грейс. У нее что-то с телефоном?

— Она его выключила. Не хочет ни с кем разговаривать.

— Ты имеешь в виду, со мной?

— После аварии она и со своими друзьями не хочет общаться. — Дебора потерла виски. — Грейс как черепаха спряталась в своем панцире.

— Плохо, — протянул Грэг. — И что ты планируешь предпринять?

Планируешь? Деборе хотелось рассмеяться. Не так давно она пришла к выводу, что планировать что-либо просто не имеет смысла.

— Собираюсь дать ей время.

— Может, Грейс нужно побеседовать со специалистом?

— Ей не нужен специалист. Прошло всего четыре дня. Сегодня вечером в школе проводилась поминальная служба. Воспоминания об аварии еще слишком свежи.

— Ладно. Но я хочу с ней поговорить.

— Попробуй завтра утром.

— Как я могу ей дозвониться, если она не включает телефон?

В очередной раз удивившись ограниченности мужского воображения, Дебора спокойно сказала:

У нас дома есть еще и стационарный телефон. Позвони сюда. Завтра во второй половине дня у Грейс серьезные соревнования по бегу. Почему бы тебе не позвонить утром, чтобы пожелать ей удачи?

8

Выходные Деборы начались не очень удачно. Ей пришлось бежать в офис, потому что папа, который должен был принимать пациентов в субботу, позвонил в последнюю минуту и попросил его подменить. По дороге домой, думая, что же могло с ним произойти, она поссорилась с Диланом, который не хотел идти на музыку, и с Грейс, которая в ее отсутствие отказалась разговаривать с отцом по телефону, из-за чего Грэг позвонил бывшей жене и стал жаловаться. Дебора накричала на Дилана, когда тот никак не мог найти бейсбольную биту, а потом не могла избавиться от чувства вины, когда он сказал, что не видит ее. Дебора поругалась с Грейс, когда та заявила, что у нее судороги и она не может участвовать в соревновании, а потом чувствовала себя виноватой, когда девочка сошла с половины дистанции и очень расстроенная закрылась в своей комнате, как только они приехали домой.

В поисках дружеской поддержки Дебора встретилась с Карен, чтобы выпить по чашечке кофе. Но поскольку она, естественно, не могла рассказать Карен ни о Грейс, ни о своем отце, ни о своей сестре, ни о Холе, в итоге ей стало еще хуже.

В субботу вечером Дебора могла бы пойти с Диланом в кино — прекрасное развлечение для ребенка, которому нужно, чтобы все было большим и ярким. Но Грейс продолжала настаивать на том, что не хочет встречаться с друзьями, и из-за ссоры по этому поводу Деборе было так плохо, что она не смогла оставить дочь одну.

Они заказали пиццу, но ужин получился безрадостным, а в фильме по телевизору было столько крови, что Дебора выключила его, не досмотрев до конца. Дилан возразил, что видел и похуже. Грейс говорила, что все смотрят жестокие фильмы и что в таком случае вообще не надо было покупать телевизор. Затем они оба ушли в свои комнаты. Дилан слушал песню «Knockin’ On Heavens Door» снова, снова и снова, пока Грейс с плачем не пожаловалась на него Деборе. Когда мать попыталась ее утешить, девочка не захотела разговаривать, а когда Дебора попросила Дилана выключить песню — эта песня и ее приводила в уныние, — он проворчал, что папа никогда не заставлял бы его сделать это.

Неудивительно, что после всего этого Деборе не спалось. Она несколько раз просыпалась с тяжестью в животе и ужасным ощущением, что она теряет контроль над своей жизнью. Становилось все хуже и хуже, а она, похоже, была не в силах это остановить.

Дебора надеялась, что воскресенье окажется более удачным. Был прекрасный, почти майский день, теплый и ясный. На дубах появились листья, на азалиях перед домом — бутоны. В противоположность хаосу, который царил здесь после грозы, тихая погода принесла ощущение порядка. В такие дни Дебора чувствовала себя хозяйкой своей жизни.

С годами у нее появилась привычка готовить по воскресеньям праздничный завтрак. Это задумывалось как развлечение для детей. Традиционно воскресенье было днем, когда у Деборы было время готовить, когда можно было рассчитывать, что Грэг будет дома, когда заходили в гости ее родители. После того как Рут умерла, Майкл заходил один. Теперь, когда Грэг их оставил, дети еще больше нуждались в дедушке.

В это воскресенье Майкл позвонил и сказал, что не сможет прийти. По голосу было похоже, что у него похмелье, а нервы Деборы были натянуты как струны, и она не смогла промолчать.

— Что происходит, папа?

— Что ты имеешь в виду?

— Мне кажется, что у тебя… что тебе плохо. — Она не смогла заставить себя произнести слово «похмелье».

Майкл прокашлялся.

— Похоже, я подхватил грипп на прошлой неделе, когда принимал Буркесов.