— Быть тем, кем я хочу. Возможно, не замечать моих ошибок. Например, что я пью.
— Ты алкоголик?
Он подумал.
— Еще нет.
— Думаешь, станешь?
— Не хочу.
— А что нужно сделать, чтобы не стать алкоголиком?
— Во-первых, признать правду. Это может быть трудно.
— Не всегда, — сказала Грейс. — Когда правда об аварии выйдет наружу, не думаю, что меня посадят в тюрьму, но в моей биографии это останется навсегда. И это может сделать мою жизнь легче.
— В каком смысле?
— Если ты один раз ошибся, требования становятся ниже. Я ненавижу то, что всегда должна быть лучшей.
Ее мобильный задребезжал виброзвонком.
— Кто же этого требует? — спросил дед.
— Мама. Ты. И мой отец. Если кто-то и возненавидит меня за то, что я сделала, так это он.
Дребезжание повторилось.
— Думаешь, он никогда не пил?
— Я знаю, что пил, но теперь он ведет совершенно правильный образ жизни. Он и Ребекка вегетарианцы. Они сами выращивают то, что едят.
Сигнал повторился в третий раз.
— Это в прошлом. Грейс, ответь на звонок.
— Это не важно.
— Ответь, пожалуйста.
Грейс вытащила телефон из кармана, посмотрела на экран и открыла.
— Я с дедушкой, — сказала она маме.
Дебора, похоже, была напугана.
— Я приехала сюда, и никто не знает, куда ты делась.
— Мы разговариваем. Все в порядке, мама. Правда.
— Сколько ты еще там будешь?
— Недолго. Дедушка уговаривает меня встретиться с папой. Все в порядке. Правда.
Все действительно было в порядке. Дедушка не читал нотаций. Он не игнорировал ее чувства. Он разговаривал с ней, как со взрослой. Помогло еще и то, что у него были собственные проблемы. Он тоже был не идеален.
— Почему тебя нужно уговаривать встретиться с папой? — спросил дедушка, когда Грейс выключила телефон.