— Эй, Лесь, ты окей? — Сашка помахала рукой перед ее носом. Леська медленно перевела на нее взгляд.
— Уже можно считать, что да, — с долей сомнения ответила она.
— А с рукой что? — вдруг заорала Сашка.
Леська посмотрела и охнула — кровь с пальцев уже залила рукав. Ведьма, недолго думая, начала зашептывать.
— Ни ума, ни фантазии! — выругалась она, закончив. — Что ты, что этот твой ненаглядный — два дурака пара!
— Он не мой ненаглядный, — вяло отбивалась Леська.
— Хорошо, как тебе угодно, пусть он будет просто дурак, — огрызнулась Сашка, помогая подруге запихнуть в сумку блокнот и ручку. — Что-нибудь узнала?
Леська только покачала головой:
— Можешь оставить декана в покое, он не маг.
— Fuck. А остальные?
— Не-а, никого. У немки кольцо-амулет сияло, и все.
Сашка огорченно выругалась. Она уже успела свыкнуться с мыслью, что во всем виноват именно декан, хотя неясно, откуда у ведьмы мог взяться такой зуб на бывшее начальство. К тому же опять было непонятно — с чего начинать поиски.
— «Обрадуем» остальных, — сказала Сашка и надолго замолчала. Леська тоже загрустила. Если бы их эпопея принесла какой-нибудь положительный результат, было бы проще — победителей не судят, и вряд ли тот же Глеб стал бы ругаться на рискованное предприятие. А так…
— Я сейчас не в редакцию, — вспомнила вдруг Леська.
— Что? Ты бросишь меня на растерзание этим стервятникам?
— Тебя растерзаешь, как же… Нет, меня Витка просила зайти к ней на работу. Присоединюсь к тебе позже. Можешь подождать с откровениями до моего прихода, если боишься.
Сашка только фыркнула. Она терпеть не могла, когда ее начинали подозревать в каких-либо фобиях, и мигом выработала план. Девизом послужило: если опасаешься, что тебя в чем-нибудь обвинят, не стесняйся и обвиняй первой. По дороге она со вкусом обсмаковала эту идею, и в итоге в редакцию ввалилась очень злая ведьма, с порога накинувшаяся на Антона:
— Почему ты не рассказал мне о побочных эффектах этой настойки, тудыть ее растудыть?!
После этой нехитрой фразы всем стало все ясно, можно даже было не рассказывать подробности. У Чертова Викинга только что пар из ушей не пошел от злости, и за спиной ведьмы полыхнула дверь. Та не осталась в долгу, и офис прошил разряд молнии, чудом никого не задев.
— Ти-ххо!!! — нечеловеческим голосом рявкнул Глеб.
Все замерли. Дэн, все это время просидевший не меняя положения, чинно поднялся с места, взял ведро и вышел.
— Ты понял, что они сделали? — поинтересовался Антон, едва сдерживаясь.
— Да уж, не дебил, — едко ответил Глеб и почти спокойно поинтересовался: — Ну, и что там с деканом?
— Человек, — глядя на спокойного Глеба, Сашке тоже расхотелось буянить.
Дэн вернулся, таща наполненное ведро, и метко выплеснул его на дымящийся дверной косяк.
— А пол теперь сами мойте, — объявил он, усаживаясь на место.
Совместный труд сближает, а труд физический еще и облагораживает, если верить классику, поэтому после того, как Сашка отжала тряпку, а Антон отнес швабру и вылил ведро, смотреть друг на друга они стали гораздо теплее. В редакции воцарился мир и покой, и только Глеб приготовился наслаждаться этой редкой атмосферой, на пороге возникла Леська и упавшим голосом заявила:
— Народ, шухер, Витка пригласила нас всех на свою свадьбу!
Все любят свадьбы.
Прежде всего, свадьбы нравятся невестам. Женихам не всегда, но и они чаще всего расценивают это позитивно. Свадьбы нравятся гостям — за возможность красиво одеться, вкусно напиться и от души повеселиться. В общем, куда не кинь, свадьба — это приятное, красивое, радостное событие.