Чертов Викинг наших дней (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— С ней хорошо работать, — вдруг проронил Чертов Викинг. — Легко колдовать.

— Конечно, — проворчал Глеб, догадавшись, что речь идет о его подчиненной, — ты огонь, она воздух, бессознательно друг друга усиливаете…

— Это может пригодиться, — задумчиво протянул Антон.

— Даже не думай втравливать ее в свои игры. Не нравится мне эта история с некромантом.

— Я-то не втравливаю, — Антон был серьезен, что было ему не свойственно, — но она все равно может оказаться замешана. Некроманту нужен маг, помнишь? И использующий силу стихии подошел бы ему лучше всего.

— Тебе не кажется, что лучше всем все рассказать? Предупредить, а? Чтоб были поосторожней.

— А как это поможет? Вы и так не светитесь. А если девочки будут нервничать или, еще того хуже, начнут сами за ним охотится?

Глебу об этом не думал, а подумав, вздрогнул от открывающихся перпектив. Он не сомневался, что с обеих подруг станется вывесить на каждом углу города еще какое-нибудь дурацкое объявление, призванное спровоцировать подлого некроманта, и ведь спровоцируют же! На свою голову.

— Ты прав, лучше ничего не говорить, — быстро согласился он.

— В любом случае, едва он поймет, что за ним идет охота, все пропало. Уедет, затаится, подождет… Кто знает, сколько он сможет прождать. Я столько прождать не смогу, — Антон покрутил ошейник.

«Прождет, а потом все равно устроит глобальный трындец», — додумал за него Глеб, мысленно награждая парой ласковых и некроманта, и темных альвов, и их книгу, и наглость Антона, оказавшегося не в то время не в том месте.

«Хороший сегодня был день», — с чувством глубокого удовлетворения думала Леська, сидя с бокалом вина на верхнем этаже торгово-развлекательного центра. Напротив нее на столе стояла коробка с только что купленными босоножками — материальное воплощение сегодняшней премии. «Лучший подарок — тот, который сам себе купил», — пробормотала она, чокаясь с коробкой. По извинительным причинам коллективное празднование сегодня накрылось, точнее, было перенесено на пятницу, и первый раз за всю жизнь Леська отмечала день рождения одна. Но одинокой она себя почему-то не чувствовала. Скорее было ощущение, что сегодня она нашла бриллиант. Где-то глубоко в душе все еще звучал смех.

Глава 4. О пользе свежего воздуха

В издательство Леська зашла сильно не в духе, шумно плюхнула рюкзак на стол, уселась на свое рабочее место и уставилась на выключенный монитор. Антон проводил ее вопрошающим взглядом, но наушников не снял, продолжая покачивать головой в такт музыке. Глеб трепался по телефону, а когда закончил, повернулся к ней и с живым интересом спросил:

— Что за хрень у вас в универе творится, Лесь?

— Шило в заднице у начальства, — хмуро процедила та.

— Не понял. При чем здесь начальство?

— А то, что когда им приспичивает размять кости, то весь универ должен в едином порыве подняться и ехать! А я не хочу!

— Куда ехать? — Глеб выглядел растерянным.

— Как куда? На турбазу. Четверг, пятница, суббота объявлены Днями здоровья.

Каждую весну все факультеты по очереди выезжали на турбазу университета на три дня. Учитывая, что в этом году «отдых» решил захватить часть майских праздников, возмущение студентов можно было понять. Увы, к Дням здоровья ректор относился серьезней, чем ко всему остальному. Леська с Сашкой попытались было отмазаться, но после того, как замдекана по воспитательной работе показала им кулак и поставила под сомнение их успешную сдачу летней сессии, попытки прекратились. Все это Леська и изложила шефу, постепенно спуская пар. Потом спохватилась:

— Подожди, а ты разве не об этом спрашивал?

— Нет, я имел в виду убийство на вашем факультете.

— Ах, это…

— Я не понял, тебя уже трупы сокурсников вообще не впечатляют? — возмутился Глеб. — Дурацкая турбаза тебе важнее? Ты вообще журналист или где?

— Журналист, — с достоинством ответила Леська, — именно поэтому меня сейчас больше возмущает турбаза, как самая свежая новость. Труп сокурсника случился еще в пятницу, а сегодня, заметь, среда. Но если хочешь, я тебе и про труп расскажу.

Глеб хотел. Минувшую неделю он провел в Москве, остальные как раз переживали убийство на родном факультете, и в редакции появлялся только Антон, который об убийстве слышал, но без подробностей, от Дэна, и удовлетворить любопытство Глеба не мог.

Убили Петра Горовцова, в узких кругах более известного как Морт, певца местной готической рок-группы. Морт и выглядел так, что даже у преподавателей язык с трудом поворачивался называть его Петей. Надо сказать, что на факультете иностранных языков традиционно нормальных людей не было, так что Леськиных косичек и колец явно было недостаточно, чтобы выделяться из кошмарной пестрой толпы, заполонявшей коридоры на переменах. Сашку тоже не относили к диву дивному. Ну подумаешь, панк, подумаешь, маленький рост, вон преподаватель аналитики еще меньше ее, и ничего, даже прозвище «гном» не заслужила. Но Морт все же выделялся. Высоченный, с длинными черными волосами и выбеленным гримом лицом, он всегда одевался только в черное, носил кучу готической бижутерии типа крестов, улыбался исключительно зловеще, как Леська подозревала, даже специально репетировал такую улыбку перед зеркалом, почти не имел друзей, а от его взгляда люди с непривычки шарахались.

Причина смерти была неясна. По крайней мере, когда Леськина группа ввалилась в аудиторию и наткнулась там на скрюченный труп, они смогли заметить, что из тела не торчал топор и рядом не валялась склянка с ядом. Подробнее, конечно, никто из опешивших студенток рассматривать не стал. Тело увезли, но самое веселое только начиналось. Мало того, что со всеми побеседовал милиция, так теперь еще, прежде чем зайти в аудиторию, ее отпирали и сначала осторожно заглядывали внутрь, в туалет ходили по двое минимум, а если случались вечерние пары, то после занятий вся группа, во главе с преподавателем, содрогаясь, пробиралась к выходу по плохо освещенным коридорам, кляня на чем свет стоит политику сбережения электроэнергии, проводимую начальством. Всего лишь однажды вынырнувшая из-за угла уборщица со шваброй заставила половину группы заикаться. Не говоря уже о том, что от визга девчонки сорвали голос, а сама уборщица получила по голове словарем.

Потом стало известно, что Морта отравили. Точнее, официально никто ничего не объявлял, новость пришла с Оксаной в качестве слухов. Реакция общества была предсказуемой: теперь все бойкотировали университетскую столовую и буфет. Яства, подаваемые там, и раньше вызывали ропот возмущения, а теперь народный бунт достиг апогея. Столовую проверили, ничего интересного там не нашли, но никто этому не поверил. Буфетчицы жаловались декану, потом ректору, но гонимые голодом студенты теперь покупали только черствые бублики да диетические коржики, сочтя этот рацион самым безопасным.