— Да, полицейские машины. Но их не много.
— Плотно идут. Боюсь, что это опасно. У нас ведь нет опыта воздушных боев.
— Почему же вы не тренировались друг с другом?
— Мы никогда не думали, что нам придется брать штурмом Госпиталь. Поэтому мы…
— Черт подери, что это такое?
Парлет наклонился вперед, опершись руками о пульт управления. Он смотрел не отрываясь на Госпиталь и ничего не ответил.
Гарри пожал плечами.
— Что бы это значило? Похоже, одна сторона Госпиталя горит.
Парлет, казалось, онемел от ужаса.
И вдруг одна часть Госпиталя отделилась от главного здания и стала медленно удаляться. Оранжевое пламя взметнулось у ее основания.
Миллард Парлет медленно, как во сне, произнес:
— Так это же взлетел корабль «Планк».
Полли устроилась в верхнем кресле слева. Она старалась передвигать рычаги управления очень плавно, но они не слушались и поворачивались рывками. Должно быть, в той цепи, по которой шла команда от кресла пилота к ядерным двигателям, что-то заржавело за столько лет бездействия и сейчас нехотя поддавалось.
Наконец двигатели нагрелись.
Полли попробовала включить клапаны, регулирующие подачу воды.
Ей смутно помнилось, что давным-давно кто-то принял решение о том, что корабли, на которых сюда прилетели первые посланцы, должны всегда быть готовы к быстрому взлету. Это, очевидно, произошло в те давние времена, когда никто, ни члены Экипажа, ни колонисты, не были уверены, что космическая колония вообще может здесь существовать. Потом об этом решении забыли, но степень готовности к быстрому взлету сохранилась практически без изменения.
С тех давних пор корабли превратились в часть Госпиталя, и их внутреннее устройство теперь представляло собой лабиринт лестниц и аварийных устройств. Банки органов и реанимационные палаты были, правда, вынесены за пределы кораблей, а сами они использовались практически как импровизированные электростанции, если, конёчно, не принимать во внимание комнат для допросов и некоторых других секретных помещений.
И все же на кораблях сохранились кладовки с инструментами и шкафы для хранения космических костюмов, хотя двери в них не открывались уже в течение нескольких веков. В топливных баках все еще была вода, а в посадочных двигателях — уран. Вода, к счастью, не испарилась, по крайней мере из тех баков, которые были специально оборудованы для того, чтобы сохранить воду в условиях космического вакуума. И уран…
Полли подала немного воды к разогревшимся двигателям, и корабль взревел. Она закричала от радости. Весь корпус корабля теперь содрогался. Из-за заваренной двери люка раздались приглушенные крики.
Ну уж она сыграет с ними шутку! Хотя главный реактор «Планка» был остановлен, реактор «Артура Кларка» должен был работать на полную мощность. Полли решила, что она поднимется на «Планке» на сколько сможет, а затем бросит его на «Артура Кларка». Взрыв, несомненно, снесет всю верхнюю часть плато Альфа.
— Ну, давай же поднимайся, — прошептала она.
«Планк» медленно оторвался от скалы, поднялся на несколько футов и завис подобно шляпке гигантского гриба. Огромный корабль, казалось, раздумывал, покачиваясь из стороны в сторону. Полли открыла до отказа клапан подачи топлива, но напрасно. Существующий запас воды и урана, очевидно, не мог дать большего.
Полли издала низкий рычащий звук. Корабль уже не мог подняться в воздух. 0,8 g Удивительной Горы стали для него непосильным грузом. Если бы не воздушная подушка, которая образовалась в результате работы посадочных двигателей, он вообще бы не двигался.
Полли быстро потянулась к сиденью справа от нее. Один из переключателей скользнул вниз под ее рукой, и тотчас же, как бы повинуясь ее движению, в задней части «Планка» выдвинулись два стабилизатора, напоминавшие гигантские плавники. Корабль наклонился на одну сторону, подался слегка назад и стал ударяться о здание Госпиталя, сначала совсем несильно, а потом все увеличивая силу удара.
Огонь ревел во всем Госпитале. Он разогрел воду до высочайшей температуры; практически до того предела, когда вода разлагается на кислород и водород и создает взрывоопасную смесь. Подобно смерчу огонь несся по коридорам, преодолевая стены и уничтожая все на своем пути. Он убивал людей, прежде чем они осознали, откуда идет опасность, ибо раскаленный пар выжигал им глаза до того, как они могли увидеть огонь.
Огонь уже охватил треть нижнего этажа.
Для людей, находившихся в Госпитале или поблизости от него, для людей, которые не были знакомы между собой и уже никогда не познакомятся, все произошло буквально мгновенно. Некоторые, правда, пытались куда-нибудь спрятаться, чтобы переждать этот ужас, но огонь не щадил никого.
— Лэйни. Это, должно быть, Лэйни, — сказал Джей Худ. — Она сумела пробиться.
— Элейн Мэтсон?
— Да, она пробилась к «Планку». Это невероятно, но факт!