Осколок Империи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На какое-то мгновение он почувствовал, что его тело онемело. Но это быстро прошло. А затем его охватила паника. Неужели луч звукового парализатора? В первый раз за время полета он оглянулся. Двадцать или тридцать машин Специальной полиции преследовали его.

Луч снова задел его вскользь. Мэт до отказа задвинул рычаг 1–3. Машина завалилась влево, наклонившись под углом сорок пять градусов или даже больше, прежде чем он начал выравнивать ее. Теперь он со все возрастающей скоростью двигался к внешнему краю плато Альфа.

Он снова почувствовал онемение, но на этот раз оно не прошло. Мэт понял, что если раньше они просто пытались заставить его приземлиться, то теперь они хотели, чтобы он разбился, прежде чем успеет рухнуть в пропасть. У него потемнело в глазах, и он полностью потерял контроль над своим телом. Машина летела, снижаясь, по направлению к земле и к краю пропасти.

Онемение постепенно ослабевало. Он попытался поднять руку, но она лишь конвульсивно дернулась. Затем луч настиг его снова, но с гораздо меньшей интенсивностью. И он знал почему. Он далеко опередил полицию, потому что те не хотели лететь так низко, как он, из страха врезаться в край пропасти. Это была отчаянная игра.

Сквозь пелену в глазах он видел, как темный край скалы надвигался на него. Он пролетел всего в нескольких ярдах над ним. Теперь его тело снова могло двигаться, хотя и рывками. Повернув голову, он увидел, как машины снижаются за ним. Теперь они должны были знать, что упустили его, но они, по крайней мере, хотели увидеть, как он упадет в пропасть.

Как далеко внизу был туман? Он этого не знал. Конечно, несколько миль. А может быть, десятки миль? Они будут парить над ним до тех пор, пока он не исчезнет в тумане. Он не мог вернуться обратно на плато. Они бы парализовали его, подождали немного и вытащили бы то, что осталось от него после катастрофы. Теперь для него был открыт только один путь.

Мэт перевернул машину вверх дном.

Полицейские спускались за ним до тех пор, пока у них не стало закладывать уши. Тогда они зависли над пропастью в ожидании. Прошло несколько минут, прежде чем машина беглеца исчезла из видимости. Она двигалась перевернутой и, удаляясь, превращалась в неясную темную точку, пересекающую тонкую линию тени на границе тумана. Еще раз мелькнула на пределе человеческого зрения и исчезла.

— Ужасный конец, — сказал кто-то. Это прозвучало во всех переговорных устройствах, и никто не возразил.

Полицейские повернули свои машины в сторону Госпиталя, который теперь находился высоко над ними. Они великолепно знали, что их машины не были полностью герметичными. В последние годы некоторые смельчаки опускались на своих машинах в пропасть, чтобы доказать свою храбрость и измерить ту границу, за которой воздух становился ядовитым. Эта граница начиналась намного выше тумана. Некто, по имени Грилли, даже совершил дерзкий трюк, предоставив своей машине падать с выключенными моторами до тех пор, пока ядовитый туман не стал просачиваться в кабину. Он падал около четырех миль, окруженный со всех сторон горячим ядовитым туманом, прежде чем остановился. Ему посчастливилось вернуться обратно, прежде чем он потерял сознание. А Госпиталю даже пришлось заменить ему легкие. На плато Альфа он до сих пор считался настоящим героем.

Но даже Грилли никогда бы не пришло в голову перевернуть свою машину и падать штопором в направлении дна. И никто не сделал бы этого. По крайней мере никто из тех, кто знал хоть что-нибудь об устройстве машины. Она могла развалиться в воздухе. Но Мэту это не пришло в голову. У него не было никаких знаний о летающих машинах. Колонисты знали только то, что было необходимо для их жизни, а знание техники для них считалось роскошью. Им нужны были дешевые дома, плодоносящие фруктовые деревья и ковры, которые не нужно было ткать руками. И им совсем не нужны были электрические посудомойки, холодильники, бритвы и машины. Эта сложная техника производилась сложными машинами, а Экипаж старался не отдавать колонистам никаких машин. То небольшое количество техники, которым они располагали, принадлежало всем колонистам. Самой сложной машиной, которую Мэт видел за всю свою жизнь, был велосипед.

Летающая машина не была предназначена для полетов с выключенным гироскопом, но Мэту удалось сделать это. Ему нужно было спуститься вниз в туман, чтобы спрятаться от полиции. И чем быстрее он будет там, тем дальше оторвется от них.

Сначала он был вжат в кресло силой, в полтора раза превышающей силу тяжести на Удивительной Горе. Свист ветра за бортом стал слышен даже сквозь звуконепроницаемый корпус. Сопротивление воздуха, толкающее машину вверх, все возрастало, до тех пор пока не скомпенсировало ускорение работающих винтов. И тогда машина оказалась в свободном падении. Постепенно стала исчезать сила тяжести, и Мэт чуть было не упал на крышу кабины. Он подозревал, что заставляет машину делать что-то ей несвойственное. Но что именно, не знал. Когда удерживаться на кресле стало невозможно, он схватился за подлокотники и стал лихорадочно озираться вокруг в поисках чего-нибудь, что помогло бы ему не упасть. Он обнаружил привязные ремни. Они не только помогли ему удержаться на месте после того, как ему удалось застегнуть их, но также вселили в него уверенность. Очевидно, они были предназначены именно на такой случай.

Постепенно становилось темнее. Даже небо, которое сейчас находилось над его ногами, потемнело. Полицейских машин не было видно. Очень хорошо. Мэт задвинул все рычаги до отказа, отключив винты.

Прилившая к голове кровь чуть не задушила его. Он перевернул машину в нормальное положение. Давление вжало его в кресло с силой, которую ни один человек не испытывал со времен технически несовершенных химических ракет. Но теперь он мог его выдержать. А вот что было действительно невыносимым, так это жара и боль в ушах, а также неприятный привкус во рту.

Он снова запустил винты. Теперь он хотел как можно быстрее остановиться.

Однако как он поймет, что остановился? Вокруг теперь был не легкий туман, а темная непрозрачная среда, не дающая никаких указаний относительно скорости. Если смотреть на туман сверху, с края пропасти, он казался белым, но здесь, в глубине, он казался черным. И затеряться здесь было бы ужасно. Слава Богу, что по крайней мере он знал, где находится верх. Туман был слегка светлее в этом направлении.

Воздух имел вкус раскаленной патоки.

Он запустил винты на полную мощность. Но ядовитый воздух по-прежнему проникал внутрь. Мэт закрыл рот краем рубашки и попытался дышать через нос. Но это не помогало. Что-то похожее на темную стену внезапно вынырнуло перед ним из непрозрачного тумана, и ему с трудом удалось развернуть машину, чтобы избежать удара о край Удивительной Горы. Он стал подниматься рядом с этой стеной, наблюдая, как она стремительно несется вниз. Он надеялся, что его будет труднее обнаружить под прикрытием края скалы.

Туман кончился. Он вынырнул наверх и оказался в лучах ослепительно яркого солнца. Когда он решил, что удалился от ядовитого тумана на достаточное расстояние, и когда он уже не мог дышать ядовитыми испарениями, накопившимися в кабине, ни секунды больше, он открыл окно. Машина рванулась в сторону и опять попыталась перевернуться. По кабине пронесся ураган. Этот ураган был горячим, густым и влажным, но им, по крайней мере, можно было дышать.

Наверху он увидел край плато и слегка задвинул рычаги, чтобы замедлить движение. Тошнота подступила к горлу, и впервые за то время, как он забрался в машину, его вырвало. Его желудок, казалось, пытался вывернуться наизнанку, и голова раскалывалась от внезапных смен давления, а все мышцы болели и судорожно дергались, как следствие воздействия парализующих лучей. Ему с трудом удавалось удерживать машину в горизонтальном положении до тех пор, пока край плато не поравнялся с ним. В этом месте вдоль края шла каменная стена. Он направил машину вбок и перелетел через стену, а затем осторожно поворачивал до тех пор, пока она не зависла неподвижно, и позволил ей упасть.

Машина упала с высоты около четырех футов. Мэт открыл дверь, чтобы выйти, но задержался. Он чувствовал, что может упасть в обморок. И тут же он вспомнил, что не отключил винты. Он нащупал переключатель… «Нейтральный»… «Земля»… «Воздух»… Он перевел переключатель «Воздух» вперед не глядя. Он очень устал, плохо себя чувствовал, и ему хотелось лечь.

Переключатель остановился около позиции «Земля».

Мэт буквально вывалился из двери. Вывалился, потому что машина вдруг начала подниматься. Она поднялась на четыре дюйма над землей и начала скользить. Во время своих полусознательных экспериментов Мэт, должно быть, включил регулятор высоты, и теперь машина перешла в режим движения на воздушной подушке. Он попытался догнать ее, но не смог. Стоя на четвереньках, он смотрел, как она двигается над неровной землей, ударяется о стену, снова двигается вперед и снова ударяется о стену. Таким образом она достигла конца стены и свалилась в пропасть.

Мэт перевернулся на спину и закрыл глаза. Больше всего на свете ему не хотелось еще раз испытать ужас полета в этой машине.

Все последствия полета — тошнота, результаты воздействия парализующих лучей и ядовитого воздуха, смена давлений — все это, казалось, навалилось на него одновременно, и ему захотелось умереть. Затем постепенно все это начало проходить. Он обнаружил, что там, где он лежал, никого не было. Рядом находился дом, но он выглядел нежилым. Через некоторое время Мэт сел и проверил свои ощущения.

У него болело горло, и во рту все еще держался неприятный привкус.

Он по-прежнему находился на плато Альфа. Ведь, конечно, только Экипажу могла прийти в голову идея строительства стены вдоль края пропасти. Итак, он оказался в ловушке. Когда он впервые задумал добраться до плато Альфа, не имея машины, его шансы были практически равны нулю. И теперь, когда он вновь лишился машины, он, конечно же, не сможет покинуть его.

Стоявший рядом дом был построен из архитектурного коралла. Хотя он был значительно больше, чем те, к которым привык Мэт, это все же было здание из коралла.

А это означало, что дом, должно быть, был покинут около сорока лет тому назад.