— Кто говорит, что я хочу избавиться от Ненси? — произнес он так, чтобы казаться чуть-чуть обиженным ее предположением. — Я вовсе не собираюсь просто бросить ее на тебя. Завтра мне надо будет уехать, но до тех пор помогу чем смогу.
— Каким же образом?
— Я буду дежурить в свою смену. Я соберу чемодан и сегодня же перееду сюда, в комнату хозяина дома.
Глава 5
Последнее заявление шокировало Мей. Она сглотнула, запихнула за ухо непослушную прядь волос — нервозный жест, который привлек внимание Адама к ее шее, длинной и нежной.
— Если мы поженимся, то обязаны будем жить под одной крышей, — заметил он. — Ты же не хочешь создать у чиновников впечатление, что мы женаты только на бумаге. Что ты мошенничаешь.
— Но…
Она не смогла сформулировать свои возражения, потому что Ненси — как раз вовремя — начала плакать.
— Что ей надо, как ты думаешь? — спросил он растерянно.
— По-моему, она сама отвечает тебе попытками сосать твою шею.
— Она что, голодна?
— Ее надо кормить регулярно. И регулярно менять ей подгузники. Не сомневаюсь, в ее сумке есть бутылочка и детское питание.
Она прошла в спальню, взяла сумку и вытряхнула ее содержимое на стол.
— Тут только одна коробка. Что бы это значило?
— Что вскоре нам потребуется купить что-то еще, — заметил он, догадавшись, что она пытается сделать из этого вывод о том, как надолго Саффи хотела оставить девочку у них.
— Адам! — воскликнула она и стала вертеть коробку в руках, ища инструкцию.
— Я могу распланировать деловую встречу посекундно, но тут я совершенно беспомощен.
— Тогда найди помощь!
— Я делаю для этого все, что в моих силах. Если бы ты была со мной заодно, мы смогли бы жить дальше.
Мей изо всех сил старалась сохранять спокойствие с той самой минуты, как он вдруг возник под деревом и назвал ее глупым детским именем. Но внутри у нее все бурлило. Сердце билось отчаянно.
— Адам, пожалуйста… — Слова застряли у нее в горле. Просто пытка какая-то. — Не надо.
Он поднял руку и погладил ее по щеке, чтобы успокоить. От этого нежного прикосновения волна тепла разлилась по ее телу, смывая напряжение в суставах.
— Это было бы не так плохо, правда, Мышка?
Плохо? Насколько хуже еще может стать?
— Это, кажется, некоторая… крайность, — сказала она, собрав всю волю, чтобы не прислониться к нему, не отдать ему все, включая свое достоинство.
— Потерять дом, потерять дело — вот это крайность, — настоятельно заметил он. — А брак — просто кусок бумаги. — Не для нее. — Взаимовыгодный контракт, который можно разорвать по договоренности. Подумай о Робби, Мей. Куда она пойдет, если ты лишишься этого дома?
— У нее есть пенсия. Есть сестра…
— А твое дело? — не сдавался он. — А что будет с твоими животными? Кто их возьмет? Ты же понимаешь, что от большинства из них придется избавиться.
— Не надо! — Ее горло сжалось так сильно, что слова едва нашли путь наружу.
— Эй, — сказал он, привлекая ее к себе так, что они все трое как бы соединились вместе. — Я твой телохранитель, помни об этом. Правда, я всегда опаздываю, но, появившись, немедленно протягиваю руку помощи.