— А! Карту так и не нашел. Извини.
— «Извини»? — изумился курсант. — Борзеешь, Стасик. С какой горы, вдруг рухнув, я тебе долг прощать буду? Дружба дружбой, а финчи врозь.
— Финчи?
— Финансовые чеки на карте! — разозлился. — В дурака не играй, а то им и станешь! Короче, к вечеру долг не вернешь, включу счетчик. Усек?
Развернулся и пошел, а Стася осталась искать определение: чекам, счетчику и усек.
Радарный счетчик она знала, но Соня явно имел ввиду совсем другое.
— Н-да, что ни день, то просто бездна новой информации.
И узрев Тео, перехватила его. Попросила, сгорая от стыда и унижения:
— Извини, просьба небольшая. Если галеты не будешь, принеси, пожалуйста.
Тот посмотрел на нее как на букашку и бросил, как господин слуге:
— Фрэш.
«Понятно», — поджала губы Стася.
— Свободен.
И ругая себя, все же пошла в столовую. Побродила и подошла к Гаврику:
— Привет. Вопрос есть, чего здесь стоишь?
— Сам знаешь. Чеков нет, — отвернулся.
— Почему нет?
— Потому что асуру в долг финчи не дают, а карта оплаты на нулевом балансе. А все что удалось скопить, я за обучение отдал. Ясно? — разозлился. Стася поняла, что это больная тема всех, кого не коснись.
— Ясно, — кивнула. — Поэтому столовая только снится?
— Слушай, Стас, что ты ко мне пристал? Ну, хочешь ты Тео достать, сдать как ярого инсургента, я — то причем?
Русанова закашлялась: да здесь у всех видно паранойя. Почему это не удивляет?
— Ладно. Опровергать не буду, знаю — бесполезно. Другой вопрос — где и как получить карту?
— А ты не знаешь? — скривился. — Звонишь папочке с мамочкой и получаешь.
— Угу? Другой вариант.
— Заработать.
— Как? Почему ты не заработал?
— А мне дали? Что я, по-твоему, здесь стою?
И вдруг рванул к парню, что вышел из зала номер один с пачкой то ли печенья, то ли вафель.
— Котя, а Котя, дай, — протянул руку. — Ты же все равно не будешь.
— Танцуй, — хохотнул тот и поднял вверх пачку. К ужасу Стаси Гаврик начал кружить вокруг нее как дрессированная собачка. — А теперь ритму!