А ведь узнай кто — спишут, ежу ясно, — подумал уныло и через силу улыбнулся Яну: все хорошо, малыш, только уйди, а?
Парень нехотя вышел и словно унес с собой боль. Сердце отпустило.
Николай оттер со лба выступивший пот и мотнул головой: что же это было-то?
Поднялся осторожно, прислушиваясь к ощущениям в груди, постоял и, нацепив маску бодрости на лицо, вышел из душевой.
Кир накладывал регенерирующую мазь на рану, а Дон придерживал голову Стаси и ругался с Вит:
— Не долетит, слышишь?! Снижайся!
— Ни черта!
— Заряд прошел навылет! Она не выдержит перегрузки! Ты посмотри, кровищи сколько!!
— Не мельтиши, — буркнул Кир. Кровь под слоем мази сворачивалась на глазах, образуя струп. — Все в норме. Прорвется.
— Чуть повысится давление и струп сорвет.
— Не сорвет, я нанон ввел.
— Ей нужно пару дней…
— Да нет у нас этих пару дней!.. И хватит.
Дон осел рядом с женщиной, взъерошил и без того стоящие дыбом волосы:
— Шульгин голову оторвет.
— На гильотину еще добраться надо.
— За нами хвост, — бросил Вит. Мужчины повернули головы в сторону окна заднего обзора. По небу, черной густой стаей шли планеры, пытаясь взять в кольцо своего собрата.
— Всю армаду подняли, — хмыкнул Кир.
— Обломятся, — отмахнулся Дон и двинулся к панели управления. — Где-то у них здесь должна быть кнопка замены поврежденных систем. Ага! — нашел реле и отжал его до упора.
Планер дернуло, двигатели дружно смолкли и он, как фантик от конфеты начал фланировать по воздушным потокам, стремясь вниз. Секунда, толчок и двигатели взвыли вновь, заработали дружно и слаженно. Планер быстро набрал высоту и скорость.
— О! Вот это техника! Молодца технократы! — похлопал по обшивке салона ладонью. — С трепетом к технике.
— Займись связью. Мне нужна база, — приказал Вит.
— Легко. У них здесь на все случаи жизни платы.
Присел у нижней панели с радарными дисплеями, соображая как ее вскрыть.
— Время пошло, — предупредил капитан. Планер выходил на заданную высоту и нужное направление.
Горло сдавливала то ли боль, то ли сожаление, но то и другое тонуло в остром чувстве вины и потери. Она попыталась встать не понимая, вернее не принимая, что ранена, что Тео остался далеко и так же безвозвратно канул во времени и пространстве, как тот миг, что был отмерян им и истрачен на ерунду. Все что было важно, все что было главным для нее теперь показалось песчинкой по сравнению с гигантом, тем самым что спокойно стоял и ждал, когда обратит на нее внимания, а она усиленно разыскивала песчинку, укрытая его тенью.
— Лежи! — грубо потребовал Кир и прижал к полу.
Тео! — имя легло легкой красноватой пеной на губы, но так и не слетело с них.
— Молчи. У тебя связки в хлам, — предупредил робот.
— Придержи ее, идем на исходную, — бросил товарищу Вит.