Артиллерия, огонь!: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На другом участке обороны сражались с немецкими танками артиллеристы полка, которым командовал капитан А. М. Ботвинник. 1 июля они уничтожили 15 танков и десятки солдат противника.

Но враг не унимался. Он перенес свой удар ближе к шоссе Минск — Москва и захватил мост через реку Березину.

Ночью туда же, ближе к дороге, переместились и батареи полка Ботвинника. Они приготовились стрелять по атакующим танкам с открытых позиций.

Утром 2 июля густой туман повис над землей. Но к одиннадцати часам он рассеялся, и фашисты возобновили наступление. На нашу пехоту и артиллерию обрушились сотни снарядов и мин. В воздухе появились большие группы бомбардировщиков. Дым от разрывов бомб и снарядов закрыл позиции советских войск. В этот момент в атаку двинулись фашистские танки. Наши артиллеристы не дрогнули. Они искусно вели огонь по бронированным машинам и пехоте врага. Вот уже подбит один танк, два, три… Но на смену им по мосту спешили другие. Много их было тогда у фашистов! И на них гитлеровские генералы возлагали свою глазную надежду. Казалось, сомнут они сейчас наши батареи и устремятся дальше. Но не тут-то было! Советские артиллеристы стояли насмерть. От их метких выстрелов все больше вражеских танков выходило из строя.

— Герои ребята! Орлы! — восхищался командир мотострелкового полка майор П. Г. Новиков, находившийся на наблюдательном пункте вместе с капитаном Ботвинником. — Ты посмотри только!

Несколько танков выползли из прибрежного кустарника и, ведя огонь из орудий и пулеметов, устремились на одну из наших батарей. Еще минута, и они раздавят орудия. Но этого не произошло: их встретил губительный огонь артиллеристов. Одна за другой замерли подбитые вражеские машины, а уцелевшие попятились назад.

Но и батарея понесла большие потери. Осталась исправной одна пушка, а в живых — лейтенант С. Гомельский и пять бойцов. А когда немецкие танки снова перешли в атаку, артиллеристы открыли огонь из пушки. И фашисты отступили, так и не прорвавшись на этом участке.

Раненный в ногу лейтенант Гомельский с помощью трех батарейцев пришел на НП.

— Товарищ майор, — обратился он к командиру полка, — уничтожено семь фашистских танков. Мы потеряли четыре орудия.

Новиков и Ботвинник, а также бойцы, находящиеся на наблюдательном пункте, с восхищением смотрели на лейтенанта и его боевых товарищей. Они хорошо знали их еще по довоенному времени. Батарея под командованием лейтенанта С. Гомельского осенью 1940 года отличилась на маневрах войск Московского военного округа. Ее личный состав показал тогда замечательное мастерство, с высокой оценкой выполнил все поставленные перед батареей задачи. Она была признана одной из лучших в военном округе, а Гомельский заслужил благодарность заместителя командующего войсками округа. В те первые дни особенно было заметно, как умели насмерть разить врага наши воины. Я говорю об этом с гордостью: абсолютное большинство воинов-артиллеристов учились до войны с полным напряжением сил. В жесточайших схватках с превосходящим противником они продемонстрировали боевое мастерство, стойкость, высокую идейную закалку. И грязной клеветой на наших воинов являются утверждения некоторых зарубежных «историков», будто Красная Армия, в том числе и ее артиллерия, были плохо обучены и не были готовы к сражениям с сильными умелым врагом. Сам ход оборонительных сражений наших войск в первые месяцы войны, их итог, выразившийся в разгроме лучших сил фашистского вермахта и в крушении стратегических замыслов гитлеровского генерального штаба наглядно опровергает злобные вымыслы современных буржуазных фальсификаторов истории.

Но вернемся к тому времени. И 1 и 2 июля 1941 года все попытки гитлеровцев прорвать оборону Московской мотострелковой дивизии и захватить шоссе, чтобы устремиться на восток, потерпели провал. Враг понес большие потери в живой силе и технике и, в который уже раз с начала войны! — почувствовал великую силу сопротивления наших войск.

Вспоминаю: в единоборстве с фашистскими танками в те дни особенно отличились бойцы и командиры 12-го танкового полка. Свыше двух часов отражали они ожесточенный натиск врага и все же остановили его.

Особенно памятным для Московской стрелковой дивизии был день 6 июля. Впервые с начала боев она перешла в наступление и разгромила противника. А произошло, скажу кратко, вот что.

Вечером 5 июля гитлеровцы прорвались на Минское шоссе и захватили его на участке от Славени до Толочина. Частям дивизии было приказано отбить у противника Толочино и освободить шоссе. В результате яростного боя наши воины отбросили фашистов на 17–20 километров и успешно выполнили поставленную задачу. Враг потерял до 200 солдат убитыми, 800 пленными, оставив на поле боя 350 исправных автомашин.

Несмотря на большие потери, гитлеровцы рвались на восток. Утром 10 июля части Московской стрелковой дивизии заняли оборону на берегу реки Ардов, западнее города Орша. И сразу же на них обрушились удары немецкой авиации и артиллерии. А затем начались атаки пехоты и танков.

Москвичи стояли насмерть. Многие и многие фашисты нашли здесь свою гибель от меткого огня наших воинов. Были отбиты пять танковых атак врага. Но он не прекращал попыток пробить брешь в нашей обороне: подбрасывал на поле боя все новые и новые силы. И вот уже в шестой раз двинулись немецкие танки в атаку на огневые позиции советских артиллеристов. Началась грозная дуэль между танками и орудиями. При отражении этой атаки бессмертной славой покрыл себя наводчик орудия старший сержант Николай Дмитриев.

Еще в мирное время он был замечательным мастером своего дела, дисциплинированным и исполнительным воином. За успехи в боевой и политической подготовке удостоился знака «Отличник РККА». Подлинное боевое мастерство, смелость и отвагу показал сержант Дмитриев и в боях. Вместе с товарищами по орудийному расчету за десять дней он уничтожил пять танков, восемь пулеметов и несколько десятков солдат врага.

Как только была подана команда «Расчет, к орудию! По танкам, бронебойным, огонь!», Дмитриев занял свое место наводчика. Проворно вращая ручками подъемного и поворотного механизмов, он навел перекрестие панорамы на башню головного танка. Секунду выждал и нажал на спусковой рычаг: раздался выстрел. Вражеский танк замер. Еще выстрел — для верности. Над башней показался дымок.

Второй танк успел выстрелить по орудию. Взрывной волной Николая швырнуло к станине, и он потерял сознание.

Сколько продолжалось беспамятство, он не знал. Может быть минуту, может, и пять. Когда пришел в себя и огляделся, то первое, что бросилось ему в глаза, — безжизненные тела товарищей.

«Неужели один остался? Нет. Кто-то шевелится». Это был командир орудия, молоденький сержант, только сегодня прибывший в расчет. Дмитриев приподнялся и, превозмогая боль от раны в плече, подполз к сержанту.

— Куда вас? — спросил он.

Командир орудия открыл глаза, тихо, но твердо приказал:

— К орудию! По танкам — огонь!

Николай, чувствуя, как с каждой минутой силы возвращаются к нему, встал на ноги, дослал снаряд в казенник. Потом прильнул к панораме. Приземистые бронированные машины ползли на орудие.

Выстрел. Один танк остановился. «Теперь бы сразу по второму ударить… Но надо зарядить орудие, потом уточнить наводку. Бегут драгоценные секунды. Был бы еще кто-нибудь! Нет никого. Самому надо все делать…» Дмитриев взял снаряд, зарядил орудие. Секунда — и перекрестие панорамы на башне фашистского танка. Выстрел! Есть!

Дмитриев о себе не думал. Перед его глазами стояли товарищи — еще несколько минут назад живые, веселые. Они лежали мертвые и словно взывали к нему о мщении — за них самих, за их матерей и жен, за поруганную родную землю. Дмитриев действовал почти автоматически, не обращая внимания на то, что враги вели частый огонь по нему и снаряды разрывались близко. Подбил еще один танк. Теперь их уже четыре. И два бронетранспортера.

Когда врага отогнали, наши солдаты нашли сержанта Дмитриева у орудия. Он был тяжело ранен. В госпитале хирурги извлекли из его тела семнадцать осколков. Он выжил.

«Пройдут дни, недели, месяцы, — думал я. — О подвиге Николая Дмитриева расскажут агитаторы и политработники нашей армии и флота. О нем напишут газеты. И то, что совершил Дмитриев, повторят сотни наводчиков, ибо у наших воинов всегда на вооружении окрыляющий девиз: «Бери себе в пример героя и следуй за ним».

А вскоре Президиум Верховного Совета СССР за этот подвиг присвоил Николаю Михайловичу Дмитриеву звание Героя Советского Союза.