Я рухнул в кресло и рассмеялся.
— Звучит здорово, но сегодня вечером у меня нет для этого желания.
— Прости? У тебя нет желания? Это третий раз, когда ты в Нью-Йорке и снова отказываешь мне?
— Если моя память мне не изменяет, то это ты отказала мне два других раза.
— Они не в счет. Мы были пьяны, а я не занимаюсь пьяным сексом. — Она подошла ко мне и притворилась, будто проверяет мой лоб на жар. — Подожди минуту. Вы с Одри снова вместе?
— Нет.
— Ладно... Ты недавно заявил о своих гомосексуальных наклонностях? Ты гей?
— Прости?
— Боже мой! Все бы обрело смысл! Все эти годы! Вот почему ты бросил Одри, не так ли? И тот факт, что я стою тут полуголая, а ты даже не возбудился, делает его еще более очевидным! Итак, кто же этот счастливчик? — Она начала надевать свою одежду обратно.
— Стейси, я далеко не гей. Поверь мне. Я просто не хочу этого.
— Эм-м… хм-м-м. — Она скрестила руки на груди и поджала губы. — Тогда как же ее зовут?
— Кого ее?
Она закатила глаза и вытащила меня из кресла.
— Если мы не будем ничем заниматься, то самое малое, что ты можешь сделать, так это купить мне выпивку, крепкую, и рассказать, кто лишил меня шанса на хороший секс сегодня вечером.
Я поднялся с ней на лифте на крышу, в бар, и заказал нам пару бокалов крепких напитков.
В любой другой вечер мы бы с ней вернулись в мой гостиничный номер и занимались сексом на каждой поверхности, болтали бы о всякой всячине, о том, что происходило в наших жизнях. Мы бы смеялись над тем, чего не понимали в карьере друг друга: я никогда не понимал, почему так серьезно относятся к модной индустрии, а она никогда не могла понять шумихи вокруг инновационных технологий.
Но сегодня, когда я увидел, что она стоит полуголая в моей спальне, единственное, о чем я мог думать, так это о Клэр и ее умничающем ротике.
— Ты когда-нибудь встречалась с более молодым парнем, Стейси? — Я вылавливал ложкой дольку лимона из своей водки.
— Да. Два раза.
— И что случилось?
— Первому парню был двадцать один год, в то время как мне было двадцать шесть, а второму парню было двадцать три года, когда мне было двадцать восемь. Вот что было... А сколько ей лет?
— Ей только что исполнилось сорок, в прошлую пятницу.
— Вау…
— Что вау?
— Ничего, просто — вау... Я на самом деле думаю, что вариант «зрелая женщина — молодой парень» довольно-таки горячий. Поскольку она старше, то, может, научит тебя каким-нибудь приемчикам в постели.
— Я никогда не получал каких-либо жалоб.
— Это была шутка, Джонатан. — Она закатила глаза. — В любом случае, почему тебя заботит ее возраст?
— Меня — нет. Ее заботит.
Стейси кивнула.
— Это понятно. Ну, просто покажи ей, что это не имеет значения. Я имею в виду, это же просто секс, верно? Я уверена, что когда вы переходите к нему, то ваш возраст — это последнее, что у нее на уме, поэтому…