Читать книгу «Яростный поход. Танковый ад 1941 года» онлайн.

Для усиления зенитного вооружения в состав бронепоезда включили бронеплощадки с 20-миллиметровыми зенитными автоматами и одной спаренной 37-миллиметровой зенитной пушкой.

На обычных железнодорожных платформах, прикрытых с бортов листами брони, стояли легкие танки Pz.Kpfw.II Ausf.F и чешские Pz.38(t). Это делалось для увеличения боевой гибкости бронепоезда. В случае повреждения железнодорожного полотна танки могли действовать автономно, прикрывая бронепоезд. Здесь немцы позаимствовали опыт поляков, которые проводили подобные опыты еще в 1920 году.

— Вот черт! — выругался сквозь зубы советский танкист.

Сражаться в одиночку с целым взводом танков на железнодорожном ходу было все же очень тяжело.

Башни бронеплощадок с танковыми пушками развернулись в сторону «Клима Ворошилова» и трехбашенного Т-28. Немцы ударили из всего, что у них было — вокруг советских машин заплясали фонтаны взрывов.

— Маневрируй!

КВ-1 сорвался с места и закружился в смертоносном танце. Механик-водитель Степан Никифорович Стеценко был виртуозом в своем деле. Он перебрасывал передачи, ворочал рычагами фрикционов, выжимая из многотонной машины даже сверх того, что было в ней заложено инженерами и конструкторами. «Клим Ворошилов» рыл широкими гусеницами землю, рычал натруженным дизелем и блестяще, по-другому и не скажешь, уходил от огня противника.

А вот прикрывающему КВ-1 среднему танку не повезло. Трофейные гаубицы ударили по нему в упор вместе с башенными артиллерийскими установками. Трехбашенный средний танк получил несколько попаданий в корму, моторно-трансмиссионное отделение. Правая пулеметная башня Т-28 была уничтожена полностью, а в борту главной башни появилась пробоина с рваными краями, словно рваная рана. Броня советского танка не выдержала. Даже 37-миллиметровые чешские пушки в башенных установках бронепоезда были опасны на малой дистанции. А фугасные снаряды 105-миллиметровых французских гаубиц, бьющих прямой наводкой, сбивали прицелы и расшатывали броневые плиты. Один из снарядов взорвался возле гусеницы Т-28. Стальные пальцы, скрепляющие траки, не выдержали, и стальная лента рассыпалась. Пытавшийся маневрировать танк был окончательно обездвижен. И тут же немецкие артиллеристы накрыли многобашенный советский танк залпом прямой наводкой. Т-28 скрылся в черных дымно-огненных фонтанах. И вдруг грянул чудовищный взрыв: броня раскололась, выпуская на волю клокочущее яростное пламя, орудийную башню сорвало с погона и отшвырнуло прочь со страшной силой.

Оглушающий грохот взрыва был слышен даже сквозь толстую броню КВ-1 и рев дизеля. Развернув башню, Николай Горелов увидел лиши опаленные дымящиеся руины брони на месте трехбашенного советского танка.

Огневая мощь бронепоезда была исключительно высокой как при поддержке своих войск, так и в непосредственной атаке против бронированных сил противника. Но гитлеровское военное руководство использовало свои бронепоезда в основном только во втором эшелоне и в тылу для защиты железнодорожных путей от партизан.

Первым бронепоездом, начавшим боевые действия во Второй мировой войне, стал германский бронепоезд «Panzer Zug № 3». Этот состав был построен еще в начале 30-х годов как «грузовой защищенный поезд». В августе 1939 года он снял «овечью шкуру», показав клыки орудий и пулеметов. «Грузовой защищенный поезд» был переоборудован в бронепоезд, дополнительно получив в состав трофейную чехословацкую артиллерийскую площадку.

А к моменту нападения Германии на Советский Союз в Вермахте имелось уже четырнадцать бронепоездов — номерных «Panzer Zug». Немецкое командование придавало «железнодорожным крепостям» большое значение. За один только предвоенный год их количество увеличилось в два раза. Большинство бронепоездов было сосредоточена на Востоке.

Германское командование после начала войны с Советским Союзом столкнулось с проблемой, доставившей много хлопот железнодорожным войскам. Дело в том, что в Европе железнодорожные пути были с шириной колеи в 1435 миллиметров, а в СССР была принята колея шириной 1524 миллиметров. Для использования немецкого подвижного состава требовалось или заменять колесные тележки, или перешивать железнодорожное полотно под европейские стандарты.

Но и с этим немцы справлялись весьма оперативно и с присущим им порядком в организации дел.

А кроме того, на заключительном этапе планирования операции «Барбаросса» весной 1941 года встал вопрос о необходимости постройки бронепоездов с широкой, русской колеей. Естественно, планировались к использованию в России бронепоезда нормальной европейской колеи, но возможность их немедленного применения без предварительной перешивки путей с широких на европейские исключалась. Было принято решение сосредоточить усилия на постройке «бронепоездов 1941 года». Началась постройка пяти таких поездов. В состав включили две контрольных платформы, три бронеплатформы с танками и паровоз серии «57», переделанный на колею 1524 миллиметров. Впоследствии было принято решение об обязательном включении в состав бронепоездов платформ с низкими бронестенками, в которых имелись бы амбразуры.

Немцы также широко использовали и трофейные чешские и, особенно, польские бронеплощадки, а также бронированные локомотивы для формирования своих бронепоездов.

С первых же дней нападения Германии на Советский Союз немецкие бронепоезда вступили в бой.

Однако германское командование стало использовать бронепоезда на вторых ролях — в основном для охраны железных дорог, отведя с линии фронта в тыловые районы. И тому были серьезные причины, главная из которых — авиация. Несмотря на то, что в состав современных сороковым годам бронепоездов входили уже зенитные бронеплатформы с пулеметами и скорострельными пушками, лишенные маневренности, стесненные колеями составы становились легкой добычей крылатых стальных хищников.

А вот охрана железнодорожных путей и станций с каждым днем становилась все актуальнее для немцев, поскольку в их тылу действовали многочисленные группы советских войск, попавших в окружение и пытающиеся пробиться к своим. Объектом их нападений часто становились грузовые эшелоны, двигавшиеся к фронту, к тому же они перебирались через железнодорожные пути, становясь добычей для немецких бронепоездов.

В начале Великой Отечественной войны в руки германской армии попало немало трофеев, в том числе и бронепоезда. И тут завоевателей ждало разочарование: выяснилось, что оригинальные германские бронепоезда были просто примитивными по сравнению с советскими аналогами и совершенно не годились для использования в условиях суровой зимы. Полностью закрытые броневагоны советского образца обеспечивали экипажам бронепоездов несоизмеримо более высокий уровень защищенности в бою и комфорта в быту. И гитлеровцы по достоинству оценили это, используя трофейную технику. В состав немецких бронепоездов включаются как пехотные, так и артиллерийские броневагоны. Нередко германские паровозы в составе бронепоездов заменялись советскими серии «Ов» — «Овечки». Гитлеровцами использовались и полностью «советские» бронепоезда.

Но все это будет позже, а пока германские бронепоезда активно поддерживали стремительные танковые прорывы панцерваффе и помогали сломить отчаянно смелое и яростное сопротивление советских войск.

Николай Горелов всадил уже несколько бронебойных и осколочно-фугасных снарядов в бронированную громаду. Одна из орудийных башен с 37-миллиметровой пушкой была разбита. Другую заклинило. Пулеметный огонь был уже не таким сильным, да он и не мог доставить КВ-1 никаких неприятностей.

Но сцепка двух бронированных, похожих на гробы локомотивов, уже развела пары, и ударный эшелон тронулся с места. Так что снаряды советского тяжелого танка лишь разворотили контрольную платформу на конце состава и пехотный броневагон. Но экипажу «Panzer Zug» удалось отцепить поврежденные вагоны, и теперь весь бронепоезд мог маневрировать — неуклюже, не на полной скорости, но все же это лучше, чем представлять из себя статичную цель.

К тому же немецких железнодорожников спасало то, что пока не было доступно солдатам панцерваффе, и то, что русские блестяще внедрили в своих новых танках, — рациональные углы наклона броневых листов. К 1941 немецкие конструкторы только подходили к этому принципу.

Но все же, несмотря на наклонную броню и общие размеры железнодорожного состава, «Panzer Zug» уже сильно пострадал от огня «Клима Ворошилова». Рваные пробоины испещрили его бронированные бока. Несколько казематов с 47-миллиметровыми противотанковыми пушками «4.7-cm KPUV vz.38» были разбиты. Поврежденные вагоны сильно тормозили движение бронированного левиафана.

С зенитной бронеплатформы, яростно заливаясь, лаял четырехствольный зенитный автомат. Скорострельные 20-миллиметровые пушки Flak.38 появились на фронте в 1940 году, и в том же году была создана счетверенная установка на их базе. Она зарекомендовала себя не только как эффективное зенитное средство, но и как мощное оружие для борьбы с пехотой и небронированной техникой.

Светящиеся трассеры счетверенной зенитной пушки впивались в толстую броню советского танка и выбивали из нее искры рикошетов. Смотрелось все это эффектно, да вот толку не было никакого. Николай Горелов даже не стал тратить на зенитчиков снаряд — просто «причесал» пушку длинной очередью из спаренного пулемета. Ответные искры рикошетов прошлись по немецкой «скорострелке» и нашли-таки брешь в бронещите. Коротко вскрикнув, с окровавленным лицом завалился наводчик, а потом и еще двое зенитчиков повалились на рифленый металлический пол бронеплощадки, усыпанной стреляными гильзами 20-миллиметровых унитаров.

Николай Горелов зарядил пушку и навел перекрестье прицела прямо на жирный черный крест в ярко-белой окантовке на фоне серо-зеленых камуфляжных пятен. «Хорошая метка, промахнуться трудно», — зло усмехнулся лейтенант-танкист. Он нажал на электроспуск, и орудие отозвалось знакомым грохотом и отдачей. Башню заволокло сизым кислым дымом сгоревшего пороха. В прицеле мелькнула дымно-огненная вспышка разрыва. Еще одна орудийная башня вражеского бронепоезда превратилась в обгорелые руины. Конструкции на основе трофейных чешских башен от танков LT-5L и Pz.38(t) имели одну неприятную для находящегося внутри них экипажа: при сильных ударах заклепки, соединяющие бронелисты, отлетали вместе с кусками с внутренней стороны брони. Такая «шрапнель» ранила и калечила солдат. Так что разрыв фугасного снаряда КВ-1 для экипажа данного броневагона имел весьма печальные последствия.

— Получите, гады! — Горелов вытащил из боеукладки очередной снаряд, на этот раз — бронебойный.

В башню «Клима Ворошилова» снова ударило. Горелов выронил унитар на дно боевого отделения.