А дальше включил свои свалку и молотилку. "Тя" - не то местоимение, не то - междометие. "Юлька" - имя моей горбушки, возница её так пару раз называл. А дальше? Заглянул в горбушкин мешок. А ухватила она оттуда пук сухого мха. Хотя какой он сухой на морозе... Так, с инеем... Смёрзшийся. А зачем даме посреди дороги срочно понадобился сушёный мох? А затем же, зачем и тампекс моим прежним современницам. А кровь на Руси называют "руда". Путём логических рассуждений установлено... Обнаружен ранее неизвестный науке факт -- в Древней Руси у женщин бывали месячные. Ни в одной летописи такого не написано. Нобелевку мне...
Правда, когда меня самого припекло - стало не до смеха. Рукавицы - не сдёрнуть. А в них - только в отсутствующий памперс. Так намучился, что и в снег от дороги не полез. Обновил, так сказать, дорожную разметку.
Ну почему же тут все так сложно и неудобно. Любое естественное действие - куча заморочек. И начинать всегда надо заблаговременно. "Готовь сани летом, а телегу зимой". Хороший принцип. Но - в меру. А то к поносу нужно готовится с рождения. Что, впрочем, местные и делают. В форме тренировки режима работы кишечного тракта. Только у меня этих навыков нет. И этих тоже ...
Шли мы в Киев три дня. Километров по 20-30 в день. Ну или - вёрст. Остонадоело. Все хорошо: и погода отличная - солнышко, не сильно холодно. И не сам ножками, а как... "вятшего человека" - на санях. И кормёжка нормальная, и постой. В избах, где останавливались - овчинку на пол, сверху шубейку, под голову - куколь из рукавиц и платков - спи-отдыхай. Правда, "курная изба"... это не для рафинированных и эстетизированных. Особенно - без противогаза. Отнюдь-с.
"Здесь русский дух, здесь Русью пахнет". А чем это именно конкретно?
Перечисляю: потом. Мужским, женским, конским, коровьим... Дерьмом. Разных видов, происхождений, консистенций и степеней засушенности. Мочой разной, свежей и старой. Это при том, что нужники у всех во дворе и более менее исправны. А что можно сломать в выгребной яме? Кожей. Выделанной, невыделанной, плохо выделанной. Аналогично - шкуры. Раз попалась волчья. Кобылка потом долго к саням не подпускала. Кострищем. Свежим с дымком. И старым, остывшим. Едой. Подгоревшей, скисшей, сгнившей, запаренной...
И вдруг, во всем этом букете - запах свежего хлеба. Свежеиспечённого. Аж слезу вышибает. Каждая хозяйка сама печёт хлеб, и он в каждой избе разный. Большей частью тяжёлый тёмный кругляш, подгоревший снаружи и вязкий, сырой внутри. Но иногда... Какие там французские булки с эклерами! Правильно сделанный, поднявшийся, выпеченный ржаной хлеб... Это у древних римлян чистый ржаной хлеб даже рабам нельзя давать - только с примесью пшеничной муки или просяной. А у нас... И уже сыт вроде, а все не оторваться, еще отщипнуть, еще кусочек...
Дорога... Место встреч и разлук. Меня разлуки не пугают - я и так уже все потерял. А встречи... Так, путевые зарисовки.
Снег, солнце, все искрится. Впереди река делает поворот, а мы останавливаемся. Что-то вознице в упряжи поправить надо. Перевязать. В конской упряжи резьбовых соединений нет - только завязки. Так что, под кобылу с гаечным ключом не лазят.
Из-за речного мыса вылетает... кавалькада. Все на белых конях. Двое всадников впереди, затем сани... Сани... лебединые. Белые, резные, высокие, с какими-то цвета "яростного лета" занавесками. Густой зелёный с ярко-желто-солнечным. Тройка цугом. Кони большие, здоровые, ражие... На облучке саней - парень. Стоит. В одной красной рубашке. Кнутом над головой крутит, орёт чего-то радостно-куражное, сам себе и коням... Я аж загляделся. Вот бы вскочить с наших розвальней и с ними... Типа: "Задрав штаны бежать за комсомолом". Тут передний верховой "комсомолец" да по нашей кобылке - кнутом хрясь. Та аж взвыла. Вполне человеческим голосом. На дыбы и - прыжком с дороги в сугроб. Мы с горбуньей из наших розвальней - аналогично кувырком. Снег аж... ну везде. А из пролетающих саней - женский смех. Девичий. Серебряными колокольцами. Мда... Классика. Олицетворение мечтаний прыщеватого подростка в пейзажно-гендерно-транспортном исполнении.
Ну а мы... вынули из-под наших розвальней возницу. Потом долго распутывали упряжь, успокаивали кобылку, собирали рассыпанные вещи. Возница хромает - зашибло санями. Но охает не о себе, а вокруг кобылки. Мужик, оно конечно... Но кобыла - дороже.
Идём дальше - уже все пешком. Хромой возница, шкандыбающая горбунья и я, замотанный. Через час-два впереди две закутанных фигуры - по-больше и по-меньше. Догоняем, и они чего-то начинают говорить. Мне сзади слышно только: "ця, ця". Возница вдруг выдёргивает из-за пояса кнут и бьёт меньшую фигуру по голове. Та визжит и падает в сторону с дороги. Вторая фигура кидается к ней. Мы проходим мимо, я все оглядываюсь, недоуменно смотрю на горбунью. Она отмахивается, но объясняет. Просто как ребёнку: "побирушки". И передразнивает: "хлеб-ця".
Догоняем большой обоз. Возов 30-40. С последнего воза слезает мужик, дожидается пока мы поравняемся рядом. Внимательно оглядев нас с горбуньей, спрашивает возницу:
-- Бабы есть?
-- Не...
-- Не боись, мы заплатим.
-- Не...
-- А малая? (это про меня)
-- Малец. Хворый. А то - лекарка.
-- А... Худо. Киев скоро. Идём издалека. У меня мужики - как жеребцы стоялые. А в Киеве... там бабы весёлые... втрое дерут. Мы бы по дороге бы набаловались бы и полегчало бы. А то в стольном городе мудями позвенишь, а дома кисой только пошелестишь.
И вдруг начинает орать глядя вперёд на одного из своих: "Ты... у тя конь вожжу заступил! ... На ходу спишь...!"
Типаж знакомый - бригадир дальнобойщиков. Сходные проблемы, сходные методы, сходные выражения. Но - на конской тяге. Правильнее - на гужевой. Гуж - это ремень такой в конской упряжи.
А киса - это не домашнее, усатое, хвостатое, мышей ловит. Это - мешочек такой. Для денег. По смыслу - кошелёк, по виду - кисет.
Мужики эти нашли то, что искали. В тот же вечер, в той же избе, где и мы ночевать встали. Хозяйку. Она их и ублажала. Сдельно. Всю ночь. Под присмотром мужа, чтобы "не сотворили чего худого". В смысле, чтобы счёт был правильный и плата полная. Впрочем, в избах внутренних стен нет. Так что счёт вели все присутствующие. Включая двух малолетних сыновей этой дамы. С полным восприятием подаваемых участниками реплик. Типа:
-- Да куда ты со своим гулькиным... Тут оглоблей работать надо.
-- А перевернуть?
-- (Хозяин) Порвёшь-попортишь-поломаешь - гривну отдашь.
-- А полторы как за коня не хошь?
Какая-то возня, баба ойкает. И назидательно-поучительный голос бригадира:
-- Ты баба. Ты должна раз - лежать, и два - молча.