Буратино: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

   А вторую ножку? А вот по подъёму... А по щиколотке, по косточке. С внутренней стороны... Ну не жмись ты так. Ну нет так нет. Зато очень удобно приподнять подол. Рубаха длинная - как раз до щиколоток. Только приподнять. Чуть-чуть. Скромненько. Только до середины голени. Такое вполне консервативное миди. Двумя руками, без натягивания или прижимания полотна. И чуть покачать. Деточка, не надо так задыхаться. Да, знаю я что такое изменение воздушных потоков в этом пространстве. И какое впечатление оказывают вариации режима вентиляции и перераспределения температур. Все-таки, мини - это для мужчин. Для женщин эмоционально богаче макси.

   А теперь попробуем икорки. Не про то, что рыбы мечут, а вот про то, что у меня тут перед глазами маячит. Икры женские. Вот тут можно и язычком. Мокреньким. Коротенький такой укол между плотно сжатыми. Правильный "ойк" получается. И снова. Но уже с потягом, от косточки щиколотки до коленки. Всей шириной. С внутренней стороны. Эк тебя колотит, милая. Аж стучат. Коленки.

   Теперь можно и на ноги встать. Жаль, что у неё глаза завязаны. Я люблю видеть глаза женщин. Не всегда, но есть моменты... Вот как сейчас, когда я начинаю своим коленом давить между её... До колен я не достаю, все-таки она на полторы головы меня выше. Но и я коленкой не заканчиваюсь. Дальше у меня и бедро есть. Без рывков, без существенных усилий. Потом, в другой раз, можно будет и иначе. А пока просто медленно усиливая давление. Не испугать. Ну, милая, раскалывайся. Или придётся исполнить UnDo.

   Есть. Выдохнула. Аж со стоном, лицо в сторону. Хотя глаза завязаны, а все равно - отвернуться приличия ради. Она уже отдалась. Уже на все согласна. Покорна. Вот теперь кромку подола рубахи натянуть в руках и прижать к её телу. И от чуть выше колен... Не дай бог рывком - стилистически неверно. Медленно, чтоб всей кожей почувствовала - вверх. Не хватая, не лапая-щипая-дергая по дороге. Не прикасаясь руками к телу - только кромка ткани ползёт. Сама собой, как нечто неизбежное, неостановимое и неотвратимое.

   Но это дело поправимое. Первое касание грудь в грудь. Ух какие у неё груди. А соски! Эт хорошо, что я до них только плечами достаю. А то... если бы как при моем прежнем росте - штаны можно было бы и не снимать. Или снимать уже для постирушки. Приподнимемся. Не отстраняясь. Кожей по коже. Мотивировано - закинем ей её рубаху за затылок, пусть спинку побережёт. А ей уже плевать на мотивированность. Плохо. Рано. И взяться не за что. Плечи у неё сожжены, спина, ягодицы - тоже. Голова, а главное - шея, уши - платком завязаны. Работаем с тем, что имеем. Чуть наклонится и обхватить сосок языком. Никаких рук. Руки сейчас при деле - опояску развязывают, порты здешние сами сваливаются. На Руси всяких трико не носят - эти неприличные костюмы западных рыцарей здесь не в ходу. Интересно, у самураем ведь тоже костюм широкий, хотя полный доспех - 14 предметов...

   А теперь свернуть язык в трубочку, охватить со всех сторон... Ну со всех... при таком соске... - это мания величия. Сколько смогу. И медленно, но сильно втянуть. Уже не ойкает, уже ахает. Это хорошо, но мало. Взять за подбородок и повернуть лицо к себе. Пусть и в повязке, но смотреть будешь на меня. И мне прямо скажешь.

  -- Хочет ли благородная боярыня Марьяна Акимовна чтобы раб её сотворил такое же действо и с иным её соском.

   Мне мычание не нужно. Сейчас мне интересно услышать чёткую, однозначную, бесстыдную фразу. Я тебя развращаю, девочка. Или раскрепощаю. Или - дарю наслаждение. Кому как нравится.

  -- Или рабу следует прекратить эти игры и удалится?

  -- Нет, нет!

  -- Тогда скажи. Повторяй за мной: я, боярыня Марьяна Акимовна, прошу и умоляю раба моего Ивана, взять сосок левой груди моей на язык и втянуть в уста его прекрасные.

   Повторила. Запинаясь, почти не слышно. Но - осмелилась. Темп действа несколько сбился. Но это неплохо. В монотонном режиме женщины часто впадают в разновидность прострации. Одним мужикам это нравится, мне - нет. Мне нужно чувствовать, делать и получать отклик.

   А темп - дело поправимое. Как насчёт - чуть зубками. По сосочку. Причём здесь как минимум три разных оттенка. И для неё, и для меня. Чуть прикусить самую головку... Как она... Да она просто испугалась. Панически. Господи, как же их запугали здесь, если зубки любовника, прикосновение их к соску, воспринимается как опасность? Дёргается, рвётся, "нет, нет". Если бы я принимал за правду всякое женское "нет"... - жизнь была бы много скучнее. А такой настрой дамы ломается более сильным воздействием. Не-дамским. Где у меня ножка? Правильно, между её бёдрами. И ручка там их по внутренней стороне поглаживает. А теперь средним пальчиком прямо в... во "всенародные ворота".

   Почему "всенародные"? Так присказка такая есть, русская народная: "Ты откуда, Федот? - Из тех же ворот что и весь народ".

   Чем хорош фольк - пока вспомнишь - успокоишься. А то ведь тут не только одна Марьяша разогревается и дышит. Одна-одинёшенька. Сама по себе. Соком наливается.

   Ты, Ванюха, на себя посмотри. Кстати, а смотреть-то и не надо. На себя в столь ярком выражении - не надо смотреть... А оставить так девушку... "Сам погибай, а подругу ублажай".

   Теперь, чуть расталкивая её бедра, переместим в середину и вторую ногу. Не надо так расставляться. Мне нужен постоянный контакт. Кожа у тебя, девочка, с внутренней стороны бёдер... не оторваться. Даже не касаться -- просто рядом стоять -- уже кайф.

   И коронованным моим по внутренним губкам. Ага, места знакомые. По ночным похождениям. Но теперь, при свете дня, возможно уточнение рельефа и геометрии визуальными методами. Пальчиками чуть раздвинем эти складочки. А то как-бы корольку... головку не снесло. Предчувствия меня не обманули - практически "царица". В здешнем жаргоне наверное - "княгиня". Не самый мой любимый вариант. Некоторые ограничения по комбинации поз. И рост... Это в постели рост не имеет значения. А вот так стоя... А плевать - ни у неё, ни у меня ревматизма в коленных суставах не наблюдается. Попробуем. Однако как же? Её же ни за ягодицы, ни за поясницу брать нельзя - сожжено. Так. Берём её соски двумя руками по два пальца. Никакой щепоти - это для неуверенных. Кто не уверен, что удержит без применения силы. А мне насилие не надо. Мне надо, чтобы намёка на намерение хватало. Берём как дамы сигарету берут - средними суставами. Чуть прижимаемся и... королёк скользит между губок вниз. И она начинает приседать. Не хочет, чтоб уходил. Это хорошо, но рано. А теперь, не теряя контакта с бёдрами, не форсируя, но и не ослабляя, ни с животиком, ни с сосками - постепенно вверх. Сквозь строй малых и, как говорят некоторые дураки, срамных губ. Но обязательно мимо. Ох как она подставляется. Ищет. Как бы показать малышу где тут... вход. И еще раз - вниз, а на обратном проходе остановка. Нам еще нужно вербальное закрепление. Она потом над этими фразами будет и смеяться, и плакать, от стыда краснеть, и от смелости своей радоваться. Реперные точки воспоминания. Об удовольствии. Надолго.

  -- Желает ли госпожа, чтобы ничтожный раб поял её как мужчина женщину?

  -- А? Д-да.

  -- Чтобы вошёл в неё на всю длину уда его на сколько сил хватит?

   И такое... четверть-миллиметровое колебание вверх-вниз, вправо-влево. Ловит, ищет.

  -- Да!

  -- И был в ней сколь пожелает он долго и излил в неё семя своё?

  -- Да!!!

   Сейчас она на все "да" скажет. Нашла, наделась. Ну и я немножко... на цыпочках приподнялся. До упора. Резковато получилось. На всю глубину со столкновением лобков. Маловат я для неё. Но... мастерство не пропьёшь. Будем работать. Первые несколько раз моя "детскость" не сильно чувствуется.

   Ух как она... увеличивает амплитуду. При её силе и темпераменте... Как бы и ножик мой из стены не вынесла. Вместе со стеной. Ещё порежется. А ухватить её... сосков не хватает. Ну не буду же я их рвать. А вот посмотреть кто там из капюшончика вылез, по головке погладить... Господи, ну кто ж так... Спиной об стенку... Совсем сорвалась. Теперь снова придётся. Ухватывать. Под капюшончик. Но уже чуть жёстче - по-хозяйски. Поставить и выровнять тело, раздвинуть ей правильно ноги, согнуть коленки. Ну, девочка, попробуем. Вверх-вниз. Не то. Настрой сбила. Не у меня - у себя. У меня настрой сейчас как у боевого вертолёта - только "стингером" сбить... И то -- если в форточку пилота попадёшь.

   Ещё чуть-чуть и торможение у неё будет усиливаться, так и останется не "организованной". Это не от "организация", это от "оргазм". Нехорошо. Меняемся. Имеется ввиду расстановку ног. Не вынимая. Вот так. Теперь твои ножки внутри, а мои снаружи. Нехорошо, поскольку я не могу к твоим обгорелым бёдрам прикоснуться. Зато внутри у тебя - контакт весьма полный. Женщины бывают трёх типов: преимущественно клиторные, преимущественно вагинальные и преимущественно смешанные. Как у тебя капюшонистый персонаж живёт-дышит - я ночью понял. Так мне до него не добраться. Но... ты же так старалась держать коленки сомкнутыми. Сбылась твоя мечта. Держи. Но с моим коронованным внутри. А коленки согни. Ещё. В полуприсяд. Так и замри. Теперь я сам. Какая женщина! Руки над головой связаны, спиной не опереться, колени полусогнуты. Ни крепежа, ни стопоров, ни фиксаторов. Как их все-таки супружеская жизнь тренирует-воспитывает - поза настолько неудобна и утомительна, а никаких попыток... Как мужик положил-поставил... Но двигается вполне... гармонически. Со мной. А вот и твой момент, девочка. Стон сквозь выдох, выдох со стоном. Вздох со стоном и всхлипом... Голову не разбей. Ох как хорошо, ох как тебя... А теперь я тебя быстренько догоню. И сильно. Но-но. Распрямляться не нужно. А вот повязку с глаз я у тебя сдёрну. Глаза... еще туман, но обретают ясность.

  -- Нет. Нет. Не надо.

   Люблю смотреть в глаза женщин в том момент когда я кончаю. Когда спазмы любовной судороги раз за разом выплёскивают внутрь очередную порцию. И оба чувствуют каждый толчок. Внутри себя, внутри друг друга.