– Скоро я стану сильнее, чем ты можешь представить. – Плэгас тяжело сглотнул и промолвил: – Но пойдем. Нам есть что обсудить.
Сидиус проследовал за ним в прохладные покои, где была лишь кровать, два нехитрых стула, комод и искусно вытканный квадратный коврик. Предложив Сидиусу один из стульев, Плэгас с трудом опустился на второй. Выдержав долгую паузу, он наконец удовлетворенно кивнул.
– Мне приятно видеть, как сильно ты изменился – как выросло твое могущество, владыка Сидиус. То, что произошло на Корусканте, рано или поздно должно было случиться, но я нахожу утешение в том, что эти прискорбные события выковали из тебя истинного владыку ситов. Ты готов узнать тайны, которые я столь бережно хранил.
– Что это за место, учитель?
Плэгас помешкал, собираясь с силами, и ответил:
– Считай его сосудом, который содержит все самое ценное, что у меня есть. Все, к чему я испытываю любовь.
– На моей памяти вы впервые употребили это слово.
– Лишь потому, что нет иного выражения, которое с полной адекватностью передавало бы мою безмерную привязанность к тем существам и созданиям, что делят со мной это обиталище. Любовь без сострадания, конечно, ибо состраданию нет места в этом доме.
– Этот бит, Венамис…
– Его послал Тенебрус, чтобы испытать меня – и устранить, если я провалю испытание. Но Венамис стал для меня подарком. Помог раскрыть самые непостижимые тайны Силы. И каждое живое существо, которое ты увидел или почувствовал здесь, – это тоже дар свыше. Ты и сам в этом убедишься, когда я посвящу тебя в свои тайны.
– Что имел в виду дроид, говоря «плоды магистра»?
Губы Плэгаса под дыхательной маской изогнулись в усмешке:
– То, что плоды эти были рождены не привычным всем способом, а лишь благодаря Силе.
В голубых глазах Сидиуса отразилось изумление и неверие.
– Силе?
– Да, – задумчиво произнес Плэгас. – Но я не соблюдал должной осторожности. Когда мы силимся вырвать власть над жизнью и смертью из рук Силы, когда стремимся пошатнуть равновесие, Сила противится нам. Действие и противодействие, Сидиус. Нечто сходное с законами термодинамики. Я вел себя дерзко, и Сила решила испытать меня, как испытывал Тенебрус. Мидихлорианы не так-то просто убедить исполнять волю того, кто лишь недавно постиг их тайны. Силу нужно побороть – особенно если мы собираемся добиться чего-то с помощью ее темной стороны. Ее нужно убедить, что ситам достанет умения взять могущество в свои руки. В противном случае она сорвет наши замыслы. Она вызовет беды и напасти. Она нанесет ответный удар.
– Маладианцы…
– Возможно. В любом случае, именно по этой причине Орден джедаев пришел в упадок и тянет Республику вниз. Джедаи лишились расположения Силы. Да, они по-прежнему черпают из нее свою энергию, но их умение направлять Силу слабеет. Каждое их действие порождает противодействие Силы – часто незаметное глазу, но это противодействие выгодно тем, кто живет в согласии с темной стороной. Противодействие, которое поддерживает усилия ситов и множит нашу мощь. Но обращаться с этой мощью мы должны со всей деликатностью. Мы должны всегда быть начеку – ловить момент, когда светлая сторона даст слабину и откроется брешь. Тогда и только тогда – когда все обстоятельства будут нам благоволить – мы сможем действовать, не боясь столкнуться с сопротивлением.
Сказать, что Сила есть непостижимое таинство, – все равно что признать свое невежество, ибо в любую тайну можно проникнуть – нужны лишь знания и настойчивость. Мы нашли свой подход к Сенату, найдем и к Республике с джедаями, а рано или поздно – и к самой Силе.
Сидя в благоговейном молчании, Сидиус совершенно не представлял, что на это ответить. Он спросил лишь:
– Что будет с нами дальше, учитель?
Транспиратор издал череду звуков, и Плэгас сделал глубокий вдох:
– Я намерен обосноваться в Тайнике – уделять больше внимания моим исследованиям, решению первоочередных задач и самоисцелению.
– Что станет с Аборой?
– Какое-то время она послужит нам хранилищем.
– А с «Капиталами Дамаска»?
– Компания не будет реформирована. Возможно, я продолжу проводить в Тайнике ежегодные Собрания. И я буду лично наставлять Сэна Хилла, чтобы подготовить его к председательству в Банковском клане.
– Зачем они все нам?
– Потому что на повестке дня война, Сидиус, – процедил Плэгас. – Но мы должны быть предельно осмотрительны. Сделаем ставку на планеты, которые уже раздирают мелочные конфликты. Планеты, где можно без помех подстрекать к насилию, вкладывать деньги в нужные нам операции… Мы сделаем так, чтобы миры Внешнего кольца страдали, пока Ядро благоденствует. И пусть эти планеты – жалкое захолустье, у нас нет выбора – будем использовать то, что есть.
МБК поможет нам финансировать войну, которую мы медленно, но верно развяжем. Нам понадобятся ресурсы Банковского клана, чтобы оплатить труды производителей оружия и поддержать альтернативную экономику будущих врагов Республики. – Плэгас заглянул Сидиусу в глаза. – Нашему успеху будут предшествовать знамения. Тебе еще многое предстоит узнать о йинчорри и каминоанцах. Но всему свое время. Прямо сейчас, Сидиус, ты должен знать одно: ты – клинок, который мы вонзим в сердце Сената, Республики и Ордена джедаев, а я – твой проводник на пути к обновленной Галактике. Вместе мы – две новорожденные звезды, что формируют целое созвездие – созвездие ситов.