Смерть беспозвоночным: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не знаю. Поэтому и попросила вас узнать.

— Нет, я имею в виду пациента пани Годлевской.

Тут мне следовало бы тоже сразу же сказать — не знаю, не помню. Но проклятый телефонный звонок Седляка вывел меня из привычного состояния, я плохо соображала и не сразу ответила. А тут еще глаза пана инспектора хитро блеснули.

— Только прошу вас не вешать мне лапши на уши, — попросил Гурский и спрятал клочок бумаги с моей записью. — Я же вижу, что собираетесь.

— Поренч, — пришлось сознаться. — Флориан Поренч.

— Его вы знаете. Кто он?

С трудом удержалась от кретинского вопроса — откуда он знает, что я его знаю. Раз двери квартиры открыл не хозяин и потом он же, уже в здоровом виде, вышел из квартиры — значит, хозяина я должна знать.

— Трудно сказать, кто он, — неохотно начала я. — Скорей всего, мошенник и аферист, а с виду привлекательный бездельник, втерся на телевидение, притворяется режиссером, легко охмуряет женщин и так же легко их бросает, часто живет за их счет, нанес моральный ущерб Мартусе — о, вы же знаете Мартусю? И все это я о нем знаю по слухам, потому как близко мы не были знакомы, хотя, кажется, одно время ухлестывал и за мной. Он любит баб творческих или богатых, за счет которых можно поживиться. Так что я его когда‑то видела и запомнила, но со мной номер не прошел. Так вот, я уверена — двери открыл не он, а вроде бы я звонила в его квартиру. Больше ничего не знаю.

— А где это было?

— На улице Винни–Пуха. Сегодня в первой половине дня.

Ну и конечно, моя память опять сыграла со мной злую шутку. Какой Поренч, откуда я там взяла Поренча, ведь по сведениям, полученным от Мартуси, эта квартира принадлежит другим людям, он в ней только одну комнату снимает. Так что тип с ангиной мог быть просто хозяином квартиры, а Поренч не имел права там прописаться! Да, но ведь Кшися на рецепте написала его адрес… А ну их всех, даже если я здорово напутала и перемешала в одном котле всякую глупость, может, хоть немного отвлекла Гурского от Эвы Марш, а проявления склероза не преследуются законом…

Какое‑то время Гурский еще постоял, глядя в окно и держась обеими руками за спинку стула.

— Не исключено, что действительно буду вам благодарен, — бросил он наконец и отправился к выходу.

Ох, как я взвинтилась! Кинулась за ним, умоляя не нервировать меня и пояснить, что означают его слова. Гурский не вышел из комнаты, а в полном молчании сделал круг по комнате. Обернулся ко мне только в дверях.

— Буду выкручиваться и лгать! — таинственно проговорил он и ушел.

— Ты дома? — спросила Магда как‑то беспокойно, и вообще в этом не было надобности, ведь она звонила мне по домашнему телефону. Но тут же спохватилась. — Ну да, дома, слышу же. Тогда я к тебе сейчас же приеду, если не помешают пробки — уложусь в полчаса. Пожалуйста, не уходи никуда!

А я и не собиралась выходить, сама только что пришла из магазина канцтоваров, куда собиралась сто лет, и хотела спокойно побыть себе дома, тем более что уже с порога почувствовала аппетитнейший запах из кухни. Что‑то вкусненькое? Ох, черт побери!

Уронив сумки с покупками, ринулась в кухню. Там у меня на плите высилось над маленьким огоньком целое сооружение. Большая кастрюля с водой, на ней дуршлаг, в него я высыпала целую упаковку покупных вареников с мясом, то есть пельменей, если называть их правильно, сверху дуршлаг плотно прикрыт специально подобранной крышкой.

Успела в последний момент. Вода почти вся выкипела, на дне кастрюли поблескивали капли воспоминания о ней. А ведь я так старалась, организовывая хитроумное устройство для приготовления пищи для меня на весь день. И я хотела, чтобы она всегда была в горячем состоянии. Время от времени за едой следовало приглядывать, но я как ушла из дома, так и насмерть забыла о зажженной газовой плите, а ведь это небезопасно. Впрочем, не в первый и не в последний раз…

Ничего страшного. Я долила воды, добавила газа — все в порядке. На соседнюю горелку поставила сковородку, чтобы приготовить в растопленном жиру приправы к пельменям.

— О, едой пахнет! — входя, заметила Магда. — Вкусной! Что это?

— Еда на две или даже три персоны, мечтающие похудеть. К этому можно подать бруснику или корнишоны. Ты что хочешь?

— И то и другое!

— Лень возиться с помидорами, а они лучше всего…

— Плевать мне на помидоры, в другой раз съем.

Поедая четырнадцать малюсеньких вареников, они же пельмени, сдобренные соусом, поджаренным в смальце лучком, мы без малейшего труда убедили друг друга: важно не ЧТО едят, а СКОЛЬКО. По разному проявляют себя пять штук или целая гора. Самое вредное для людей, которые хотят похудеть или боятся растолстеть, можно есть безопасно, если не накладывать вредной еды полную миску, а взять немножко. Затем мы с Магдой опять же единодушно пришли к выводу, что не стоит принимать пищу семь раз в день, лучше всего — один раз, а еще лучше и вовсе не каждый день, это если речь идет о высококалорийных продуктах, которые можно перемежать не такими калорийными и вредоносными. С отвращением вспомнили известных нам особей с избыточным весом, которые тем не менее жрут не зная меры. Ну и наконец, Магда приступила к делу, ради которого приехала ко мне.

— Поверь, Иоанна, я не специально подгадываю к тебе в то время, когда ты собираешься есть, просто так получается, а я очень не хочу говорить об этом по телефону. Нет, не боюсь, что подслушивают, тут совсем другое…

— После того, что нам пришлось вытерпеть в прежние времена, после того, как появились Эриксоновские лицензии и установлен контроль над телефоном, меня уже ничего не удивит, — перебила я гостью. Даже муха с крохотным подслушивающим устройством во рту, которая летает по комнате…

Магда невольно огляделась.

— Где твоя муха? Не вижу.