— Ну, на Земле ход событий несколько вышел из-под контроля, — признала Гея. — Однако такого больше не повторится.
— Да ну? Что ж, попробуем представить себе различные варианты развития событий. Допустим, случится восстание, внезапный рост веры в другого бога. Как, интересно, вы с этим справитесь?
Гея мягко улыбнулась:
— Видите ли, в прошлом мне приходилось справляться с различного рода проблемами. При необходимости я вполне могу проявить твердость.
— Будьте добры, поясните.
— Раз, помнится, Уран спрятал Циклопа в Тартар — чтобы тот света белого не видел. Это причинило мне ощутимую боль: в некотором роде, если вам не известно, Тартар является частью моих внутренностей. В общем, я смастерила большой серп, и когда Уран заглянул по обыкновению ко мне в покои вроде как поболтать о самочувствии моего отца, мой сын Хронос укоротил ему этим самым серпом причиндал. — При воспоминании об этом Гея чуть в ладоши не захлопала. — Славная ночка выдалась. Мне кажется, я ответила на ваш вопрос. Строгая, но справедливая — вот мой девиз. Серп этот, кстати, у меня где-то завалялся: никогда не знаешь, когда такая вещь пригодится.
Хиллмен крепко сжал ноги, ощущая себя так, словно это ему серпом по яйцам полоснули. Он надеялся только, что такого испытать ему больше не доведется никогда. Придвинув к себе резюме Геи, он размашисто написал на нем:
Только через мой труп.
Асгард
Зафод шагнул в самую вонючую обитель греха, из каких его только вышибали, и мгновенно почувствовал себя как дома.
Вот это место для меня, подумал он. Даже воздух такой… угрожающий.
И он не преувеличивал. В воздухе буквально клубились разноцветные сгустки миазмов, тщетно пытавшихся заразить окостеневших зомби и полубогов. Зафод мысленно помянул добрым словом Левый Мозг, который снабдил его во сне прививкой от всех известных инфекций — от А до Я.
Облако с жужжанием окутало голову Зафода, нашептывая ему на ухо: «Раскройся, расслабься». Однако запах антивирусной вакцины в поту отпугнул вредных микробов.
Случись такое в кино, все бы застыли и отвлеклись от своих занятий, чтобы покоситься на симпатичного незнакомца. Однако подавляющее большинство завсегдатаев «Колодца Урдов» уже так набралось, что и кружки на столе перед собой видели с трудом, не говоря о незнакомцах. Послышался, правда, одинокий женский голос: «С днем рождения, мистер президент!» — но вполне возможно, этот выкрик можно отнести на счет белой горячки.
Зафод спустился на три ступеньки и, осторожно обходя зловещего вида дымящиеся лужи, подошел к барной стойке — огромной, нависавшей над ним подобно горному утесу.
Бледный, оживленный магией бармен-викинг, на блестящей башке которого сохранилось еще с полдюжины волос, посмотрел на него сверху вниз.
— Чем могу помочь, парень?
— Можешь, например, сказать мне, где Тор, — ответил Зафод.
Бармен присвистнул дырочкой в правой щеке.
— И с чего бы это тебе искать Тора? Вид у тебя здоровый, процветающий и все такое.
— Ты хочешь сказать, он сейчас не в духе?
— Можно сказать и так, — согласился бармен. — Он теперь только и делает, что квасит и режется в шахматы. И чем больше проигрывает, тем больше пьет.
— Что, так вообще и не выигрывает?
Бармен хихикнул.
— Выигрывать? Здесь у нас выигрывающих нет, парень.
Зафод повнимательнее вгляделся в викинга.
— Тебя ведь Лейфом звать, не так ли?
Бармен вдруг рассвирепел. Он выхватил из наплечных ножен маленький боевой топорик и принялся крушить стойку.
— Передай Эрику, пусть сам явится, коль хочет поговорить о глазах. Так и передай ему от моего имени. Пусть сам приходит, тогда и поговорим.
— Обязательно передам, — пообещал Зафод. — Если только останусь в живых после беседы с Тором.