— Хорошо еще, что мне не приснился ночной клуб в Коттингтоне, а то щеголял бы сейчас в помочах.
— Зато кепочка классная.
Артур поспешно сорвал с головы кепку и сунул в карман.
— Я даже и не заметил, как ее нацепил. Привычка, должно быть. Ты Форда не видела?
— Вообще-то видела. Протрусил мимо меня в направлении мостика.
— А в нем ничего особенного не заметила?
Триллиан нахмурилась.
— Волосы как-то сильно блестели. Да, и еще, они у него теперь голубые.
Артура это почему-то не особенно удивило.
— Ему только время дай… Кстати, компьютер у тебя в каюте — от чьего лица он с тобой разговаривает?
— Моего кота, Коперника. Можешь себе такое представить? Очень лихо сработано. А у тебя?
Артур уставился в иллюминатор, в бездонную черноту космоса.
— Просто компьютер. Никаких лиц. Ни на кого не похож.
Изящная золотая межзвездная ладья-драккар Гавбеггера бесшумно неслась к Альфе Центавра. На корме вращались работающие на темной материи двигатели, над ней реял солнечный парус, а под ней болталось как новорожденный флабуз в родительской сумке пришвартованное «Золотое сердце».
Необходимое пояснение. Вопреки практически всеобщему правилу новорожденное потомство у флабузов вскармливают именно самцы. В сумке взрослого флабуза может поместиться до полусотни молодняка, однако обыкновенно число их ограничивается двумя, поскольку самцы редко выходят из дома без небольшого аварийного запаса: скажем, пары банок пива и свежего номера «Еженедельного пушка».
Форд Префект пошатался по мостику, который произвел на него сильное впечатление.
— Классная штука у вас, Гавбеггер. Темная материя. Вселенная на семьдесят процентов состоит из нее, а мы ее и увидеть не в состоянии. Как это вам удалось соорудить из нее корабль?
Гавбеггер пожал плечами.
— «Тангриснир»? Я просто купил его у одного типа.
— Вот просто так и купили?
— Он божился, что угнал его у самого Тора. Того самого, Громовержца. Это его драккар, отсюда и ретро-стилистика.
— Я знаю, кто такой Тор. Встречался с ним как-то на вечеринке.
— Тангрисниром, кажется, звали одного из его козлов. Я хотел поначалу заменить носовую фигуру с рогами, но слышал, что Тор немного подслеповат, и испугался, вдруг он не узнает корабля с новой фигурой на носу. Я надеялся, что он примет меня за угонщика и вышибет мне мозги своим молотом.
— Мечтать не вредно, — согласился Форд.
— Я тоже так думаю. Но пока ни разу его не встречал. — Гавбеггер едва не выпрыгнул из капитанского кресла. — Послушай, можешь не прикасаться к этому?
Рэндом теребила пальцем светящуюся на пульте кнопку.
— Извините, — буркнула она, хотя по виду ее раскаяния не ощущалось.
— Просто я довольно давно путешествую сам по себе, и порядки у меня на борту такие, какие мне нравятся. Стоит нажать не на ту кнопку, и нас всех может вывернуть наизнанку, ушами внутрь. Что мне доставит небольшие неприятности, но для вас, землян, может обернуться куда серьезнее.
— А что это за кнопка такая, за которую вы так переживаете?
— Это моя кофеварка.