— Разнесу? Ты уверен, Заф, что это необходимо? Говорю тебе: я не собираюсь еще раз идти под трибунал… тем более, мы до сих пор не знаем, какой отклик мочилово с бессмертным получило в суб-эте.
Хиллмен безмятежно улыбнулся:
— Никаких трибуналов, милорд. Вы просто защищаете вашу планету. Все согласно контракту.
— Именно так, — подтвердил Зафод. — Это просто гениальный пиар. Уничтожение вогонского бюрокрейсера выведет тебя на первые страницы всех новостных агентств. Всех основных каналов. Би-Би-Эс, «Орбиты», «Новы»… даже «Левиафана», хотя там сейчас сплошь партизаны окопались. Религиозная аудитория любит тех, кто мочит нехороших парней, почти так же сильно, как мучеников.
Тор взмыл в воздух и сделал несколько пробных петель.
— Надеюсь, на этот раз мне удастся устроить все зрелищнее. Ну, в смысле, добавить драматизма. Чуть более похоже на папу. Ну, ты понимаешь… божественнее, что ли. Мне кажется, я сейчас и чувствую себя божественнее.
Зафод похлопал его по ляжке.
— Вот и круто. Тут, правда, или они, или мы, так что тебе, возможно, пора.
Тор застыл, не докрутив виража.
— Пора? Это звучит как приказ, Заф. А боги не подчиняются приказам смертных.
Зафод изобразил уязвленный вид.
— Я никогда и ничего тебе не приказывал, о Могущественный. Я даже в мыслях такого не имел. Я не более чем манипулирую тобой — ради твоего же блага.
Необходимое пояснение. Тот факт, что Зафод Библброкс вообще был способен манипулировать хоть кем-то, многое говорит о хрупкой самооценке той личности, которой он манипулировал. Особенно с учетом того, что сам президент Библброкс узнал слово «манипулировать» всего за месяц до описываемых событий, да и то вряд ли читал в словаре дальше базового определения.
Тор пожевал кончик уса.
— Это…
— Это хорошо, парень. Это позитивно и уважаемо.
— Ты уверен?
— Абсо — Зарк меня побери — лютно.
— Очень хорошо, смертный. Я спасу эту планету от зла.
Зафод врезал кулаком по воздуху.
— Слышал это, Хиллмен? Вот это серьезный разговор. Кто-то должен снимать этого парня на видео.
Тор выбрал на рукояти молота музыкальное меню и прокручивал список до тех пор, пока не добрался до трека «Ну-ка, помолотим». В банкетном зале грянули первые аккорды древнего боевого гимна.
— Давай-ка! Налегай-ка! Меньше кричи — крепче мочи! — проорал Тор во всю глотку и исполнил вертикальный взлет на форсаже, оставив в поликарбонатной крыше банкетного зала звездообразное отверстие.
— Пошел! — с легким запозданием выкрикнул Зафод вслед своему клиенту. Он, правда, не знал, сможет ли Тор определить разницу между пятнадцатью и двадцатью процентами… впрочем, подумав, решил он, ему и самому это не по силам. Вот Левый Мозг — тот смог бы.
Хиллмен Хантер тоже думал о деньгах.
— Госспади, Зафод. Поговорите потом со своим клиентом, ладно? Эти гребаные панели чертовски дорогие. Он что, в дверь не мог выйти — в простую, нормальную дверь? Разве нельзя устраивать мочилово без нанесения ущерба казенному имуществу?
Зафод склонил единственную оставшуюся голову набок.
— Да ладно тебе, Хиллмен. Он же бог. Боги делают все по-большому. И рассказ об этом в какой-нибудь священной книге, когда ее кто-нибудь напишет, выйдет интереснее.
— Вот этот том пошатнет несколько устоев, — задумчиво пробормотал Хиллмен.
Зафод обвил рукой плечи ирландца.